Глава III. Небо и земля - Минский корпус Рене Генона

Chapitre III Ciel et terre

« Le Ciel couvre, la Terre supporte » : telle est la formule traditionnelle qui détermine, avec une extrême concision, les rôles de ces deux principes complémentaires, et qui définit symboliquement leurs situations, respectivement supérieure et inférieure, par rapport aux « dix mille êtres », c’est-à-dire à tout l’ensemble de la manifestation universelle¹. Ainsi sont indiqués, d’une part, le caractère « non-agissant » de l’activité du Ciel ou de Purusha², et, d’autre part, la passivité de la Terre ou de Prakriti, qui est proprement un « terrain »³ ou un « support » de manifestation⁴, et qui est aussi, par suite, un plan de résistance et d’arrêt pour les forces ou les influences célestes agissant en sens descendant. Ceci peut d’ailleurs s’appliquer à un niveau quelconque d’existence, puisqu’on peut toujours envisager, en un sens relatif, l’essence et la substance par rapport à tout état de manifestation, comme étant, pour cet état pris en particulier, les principes qui correspondent à ce que sont l’Essence et la Substance universelles pour la totalité des états de la manifestation⁵.

Dans l’Universel, et vus du côté de leur principe commun, le Ciel et la Terre s’assimilent respectivement à la « perfection active » (Khien) et à la « perfection passive » (Khouen), dont ni l’une ni l’autre ne sont d’ailleurs la Perfection au sens absolu, puisqu’il y a déjà là une distinction qui implique forcément une limitation ; vus du côté de la manifestation, ils sont seulement l’Essence et la Substance, qui, comme telles, se situent à un moindre degré d’universalité, puisqu’elles n’apparaissent ainsi précisément que par rapport à la manifestation⁶. Dans tous les cas, et à quelque niveau qu’on les envisage corrélativement, le Ciel et la Terre sont toujours respectivement un principe actif et un principe passif, ou, suivant un des symbolismes les plus généralement employés à cet égard, un principe masculin et un principe féminin, ce qui est bien le type même du complémentarisme par excellence. C’est de là que dérivent, d’une façon générale, tous leurs autres caractères, qui sont en quelque sorte secondaires par rapport à celui-là ; cependant, à cet égard, il faut bien prendre garde à certains échanges d’attributs qui pourraient donner lieu à des méprises, et qui sont d’ailleurs assez fréquents dans le symbolisme traditionnel quand il s’agit des relations entre principes complémentaires ; nous aurons à revenir sur ce point par la suite, notamment au sujet des symboles numériques qui sont rapportés respectivement au Ciel et à la Terre.

On sait que, dans un complémentarisme dont les deux termes sont envisagés comme actif et passif l’un par rapport à l’autre, le terme actif est généralement symbolisé par une ligne verticale et le terme passif par une ligne horizontale⁷ ; le Ciel et la Terre sont aussi représentés parfois conformément à ce symbolisme. Seulement, dans ce cas, les deux lignes ne se traversent pas, comme elles le font le plus habituellement, de façon à former une croix, car il est évident que le symbole du Ciel doit être situé tout entier au-dessus de celui de la Terre : c’est donc une perpendiculaire ayant son pied sur l’horizontale⁸, et ces deux lignes peuvent être considérées comme la hauteur et la base d’un triangle dont les côtés latéraux, partant du « faîte du Ciel », déterminent effectivement la mesure de la surface de la Terre, c’est-à-dire délimitent le « terrain » qui sert de support à la manifestation (fig. 7)⁹.

Cependant, la représentation géométrique qu’on rencontre le plus fréquemment dans la tradition extrême-orientale est celle qui rapporte les formes circulaires au Ciel et les formes carrées à la Terre, ainsi que nous l’avons déjà expliqué ailleurs¹⁰ ; nous rappellerons seulement, à ce sujet, que la marche descendante du cycle de la manifestation (et ceci à tous les degrés de plus ou moins grande extension où un tel cycle peut être envisagé), allant de son pôle supérieur qui est le Ciel à son pôle inférieur qui est la Terre (ou ce qui les représente à un point de vue relatif s’il ne s’agit que d’un cycle particulier), peut être considérée comme partant de la forme la moins « spécifiée » de toutes, qui est la sphère, pour aboutir à celle qui est au contraire la plus « arrêtée », et qui est le cube¹¹ ; et l’on pourrait dire aussi que la première de ces deux formes a un caractère éminemment « dynamique » et la seconde un caractère éminemment « statique », ce qui correspond bien encore à l’actif et au passif. On peut d’ailleurs rattacher d’une certaine façon cette représentation à la précédente, en regardant, dans celle-ci, la ligne horizontale comme la trace d’une surface plane (dont la partie « mesurée » sera un carré¹², et la ligne verticale comme le rayon d’une surface hémisphérique, qui rencontre le plan terrestre suivant la ligne d’horizon. C’est en effet à leur périphérie ou à leurs confins les plus éloignés, c’est-à-dire à l’horizon, que le Ciel et la Terre se joignent suivant les apparences sensibles ; mais il faut noter ici que la réalité symbolisée par ces apparences doit être prise en sens inverse, car, suivant cette réalité, ils s’unissent au contraire par le centre¹³, ou, si on les considère dans l’état de séparation relative nécessaire pour que le Cosmos puisse se développer entre eux, ils communiquent par l’axe qui passe par ce centre¹⁴, et qui précisément les sépare et les unit tout à la fois, ou qui, en d’autres termes, mesure la distance entre le Ciel et la Terre, c’est-à-dire l’extension même du Cosmos suivant le sens vertical qui marque la hiérarchie des états de l’existence manifestée, tout en les reliant l’un à l’autre à travers cette multiplicité d’états, qui apparaissent à cet égard comme autant d’échelons par lesquels un être en voie de retour vers le Principe peut s’élever de la Terre au Ciel¹⁵.

On dit encore que le Ciel, qui enveloppe ou embrasse toutes choses, présente au Cosmos une face « ventrale », c’est-à-dire intérieure, et la Terre, qui les supporte, présente une face « dorsale », c’est-à-dire extérieure¹⁶ ; c’est ce qu’il est facile de voir par la simple inspection de la figure ci-contre, où le Ciel et la Terre sont naturellement représentés respectivement par un cercle et un carré concentriques (fig. 8).

On remarquera que cette figure reproduit la forme des monnaies chinoises, forme qui est d’ailleurs originairement celle de certaines tablettes rituelles¹⁷ : entre le contour circulaire et le vide médian carré, la partie pleine, où s’inscrivent les caractères, correspond évidemment au Cosmos, où se situent les « dix mille êtres »¹⁸, et le fait qu’elle est comprise entre deux vides exprime symboliquement que ce qui n’est pas entre le Ciel et la Terre est par là même en dehors de la manifestation¹⁹. Cependant, il y a un point sur lequel la figure peut paraître inexacte, et qui correspond d’ailleurs à un défaut nécessairement inhérent à toute représentation sensible : si l’on ne prenait garde qu’aux positions respectives apparentes du Ciel et de la Terre, ou plutôt de ce qui les figure, il pourrait sembler que le Ciel soit à l’extérieur et la Terre à l’intérieur ; mais c’est que, là encore, il ne faut pas oublier de faire l’application de l’analogie en sens inverse : en réalité, à tous les points de vue, l’« intériorité » appartient au Ciel et l’« extériorité » à la Terre, et nous retrouverons cette considération un peu plus loin. Du reste, même à prendre simplement la figure telle qu’elle est, on voit que, par rapport au Cosmos, le Ciel et la Terre, par là même qu’ils en sont les extrêmes limites, n’ont véritablement qu’une seule face, et que cette face est intérieure pour le Ciel et extérieure pour la Terre ; si l’on voulait considérer leur autre face, il faudrait dire que celle-ci ne peut exister que par rapport au principe commun en lequel ils s’unifient, et où disparaît toute distinction de l’intérieur et de l’extérieur, comme toute opposition et même tout complémentarisme, pour ne laisser subsister que la « Grande Unité ».

1. Nous avons indiqué ailleurs pourquoi le nombre « dix mille » est pris pour représenter symboliquement l’indéfini (Les Principes du Calcul infinitésimal, ch. IX). – Au sujet du Ciel qui « couvre », nous rappellerons qu’un symbolisme identique est inclus dans le mot grec Ouranos, équivalent du sanscrit Varuna, de la racine var, « couvrir », et aussi dans le latin Caelum, dérivé de caelare, « cacher » ou « couvrir » (voir Le Roi du Monde, ch. VII).⁠ ↑
2. L’« opération du Saint-Esprit », dont nous parlions plus haut, est parfois désignée en langage théologique par le terme obumbratio, qui exprime au fond la même idée.⁠ ↑
3. Le mot anglais ground rendrait encore plus exactement et plus complètement que le mot français correspondant ce que nous voulons dire ici.⁠ ↑
4. Cf. la signification étymologique du mot « substance », littéralement « ce qui se tient dessous ».⁠ ↑
5. Ceci nous permettra notamment de comprendre, par la suite, comment le rôle de « médiateur » peut réellement être attribué à la fois à l’« homme véritable » et à l’« homme transcendant », tandis que, sans cette remarque, il semblerait qu’il ne doive l’être qu’à ce dernier exclusivement.⁠ ↑
6. Cf. Le Symbolisme de la Croix, ch. XXIII. – Le premier des deux points de vue indiqués ici est proprement métaphysique, tandis que le second est plutôt d’ordre cosmologique, et, plus précisément, il constitue le point de départ même de toute cosmologie traditionnelle.⁠ ↑
7. Voir Le Symbolisme de la Croix, ch. VI.⁠ ↑
8. Nous verrons que cette perpendiculaire a encore d’autres significations correspondant à des points de vue différents ; mais nous n’envisageons pour le moment que la représentation géométrique du complémentarisme du Ciel et de la Terre.⁠ ↑
9. La figure formée par la verticale et l’horizontale ainsi disposées est aussi un symbole bien connu jusqu’à nos jours dans la Maçonnerie anglo-saxonne, quoiqu’il soit de ceux que la Maçonnerie dite « latine » n’a pas conservés. Dans le symbolisme constructif en général, la verticale est représentée par la perpendiculaire ou fil à plomb et l’horizontale par le niveau. – Au même symbolisme correspond aussi une disposition similaire des deux lettres alif et ba de l’alphabet arabe.⁠ ↑
10. Le Règne de la Quantité et les Signes des Temps, ch. XX.⁠ ↑
11. Dans la géométrie à trois dimensions, la sphère correspond naturellement au cercle et le cube au carré.⁠ ↑
12. Il faut rapprocher de ceci le fait que, dans les symboles de certains grades maçonniques, l’ouverture du compas, dont les branches correspondent aux côtés latéraux du triangle de la fig. 7, mesure un quart de cercle, dont la corde est le côté du carré inscrit.⁠ ↑
13. C’est par une application similaire du sens inverse que le Paradis terrestre, qui est aussi le point de communication du Ciel et de la Terre, apparaît à la fois comme situé à l’extrémité du monde suivant le point de vue « extérieur » et à son centre suivant le point de vue « intérieur » (voir Le Règne de la Quantité et les Signes des Temps, ch. XXIII).⁠ ↑
14. Cet axe s’identifie naturellement avec le rayon vertical de la figure précédente ; mais, à ce point de vue, ce rayon, au lieu de correspondre au Ciel lui-même, représente seulement la direction suivant laquelle l’influence du Ciel agit sur la Terre.⁠ ↑
15. C’est pourquoi, comme nous le verrons plus loin, l’axe vertical est aussi la « Voie du Ciel » (Tien-Tao).⁠ ↑
16. Cette assimilation apparaîtrait comme immédiatement évidente dans une langue telle que l’arabe, où le ventre est el-batn et l’intérieur el-bâten, le dos ez-zahr et l’extérieur ez-zâher.⁠ ↑
17. Sur la valeur symbolique des monnaies dans les civilisations traditionnelles en général, voir Le Règne de la Quantité et les Signes des Temps, ch. XVI.⁠ ↑
18. Il est à peine besoin de faire remarquer que les caractères sont les noms des êtres, et que par conséquent ils représentent ceux-ci d’une façon toute naturelle, surtout lorsqu’il s’agit d’une écriture idéographique comme c’est le cas pour la langue chinoise.⁠ ↑
19. L’expression Tien-hia, littéralement « sous le Ciel », est employée couramment en chinois pour désigner l’ensemble du Cosmos.⁠ ↑

Глава III Небо и земля

«Небо покрывает, земля поддерживает» – такова традиционная формула, которая кратко определяет роль этих двух взаимно дополнительных принципов и которая символически определяет их расположение, соответственно, высшее и низшее по отношению к «десяти тысячам вещей», то есть ко всему ансамблю универсального проявления¹. Таким способом обозначенные, с одной стороны, «недеятельной» деятельность неба или пуруша², а с другой стороны, пассивность земли или пракрити, являющейся собственно «площадкой»³ или «опорой» проявления⁴ и, как следствие, также плоскостью сопротивления и остановки для сил или небесных влияний, действующих в нисходящем направлении. Впрочем, это может быть применимо к любому уровню существования, потому что всегда можно рассматривать в относительном смысле сущность и субстанцию для всякого частного состояния проявления в качестве принципов, соответствующих тому, чем универсальные сущность и субстанция являются для тотальности состояний проявления⁵.

В универсальном, взятом со стороны их общего принципа, небо и земля ассимилируются соответственно с «активным совершенством» (Khien, Цянь, небо) и «пассивным совершенством» (Khouen, Кунь, земля), из которых ни то, ни другое не есть, однако, совершенство в абсолютном смысле, поскольку здесь уже есть различение, которое с необходимостью предполагает ограничение. Взятые со стороны проявления, они есть только сущность и субстанция, которые как таковые располагаются на более низкой ступени универсальности, потому что они обнаруживаются только лишь по отношению к проявлению⁶. В любом случае, на каком бы уровне их ни рассматривали, небо и земля всегда соответственно активный и пассивный принципы, или, согласно более распространенному символизму, мужской и женский принципы, что, конечно, является в высшей степени самим типом дополнительности. Именно из этого вытекают вообще все их другие свойства, вторичные в определённом роде по сравнению с этим. Тем не менее надо быть очень осторожными с изменениями некоторых атрибутов, которые могут привести к недоразумениям и которые довольно часто встречаются в традиционном символизме, когда речь идёт о взаимно дополнительных принципах. Мы далее к этому ещё вернемся, а именно, в связи с числовыми символами, соотносимыми соответственно с небом и землей.

Известно, что в дополнительности, в которой два термина рассматриваются как активный и пассивный по отношению друг к другу, активный термин обычно символизирован вертикальной линией, а пассивный термин – горизонтальной⁷. небо и земля также иногда представляются согласно этому символизму. Только в этом случае обе линии не пересекаются, как они это делают, образуя крест, так как очевидно, что символ неба должен располагаться над землей целиком: следовательно, это перпендикуляру имеющий своё основание на горизонтали⁸. Эти две линии могут рассматриваться как высота и основание треугольника, боковые стороны которого, исходящие от «вершины неба», в действительности определяют размер поверхности земли, то есть ограничивают «площадку», служащую опорой проявления (рис. 7)⁹.

Тем не менее, геометрическое представление, чаще всего встречающееся в дальневосточной традиции, соотносит круглые формы с небом, а квадратные – с землей, как мы это уже объясняли в другом месте¹⁰; напомним но этому поводу, что нисходящий ход цикла проявления (на всех ступенях большей или меньшей протяженности, когда этот цикл может рассматриваться), идущий от своего верхнего полюса, неба, к низшему полюсу, земле (или к тому, что их представляет с относительной точки зрения, когда речь идёт о конкретном цикле), может рассматриваться как отправляющийся от наименее «специфической» формы из всех, какой является сфера, чтобы достичь формы, которая, напротив, является самой «сложившейся», какой является куб¹¹. Можно также сказать, что первая из двух форм обладает крайне «динамичным» характером, а вторая «статичным», что прекрасно соотносится с активным и пассивным. Впрочем, можно это представление связать определённым образом с предыдущим изображением, рассматривая в нем горизонтальную линию как след от плоской поверхности (который будет «отмеренной» частью квадрата¹²), а вертикальную линию как радиус поверхности полусферы, которая встречается с земной плоскостью, следуя горизонтальной линии. Действительно, на периферии или на самой удаленной границе, то есть не горизонте, небо соединяется с землей в согласии с чувственной видимостью. Но надо здесь отметить, что реальность, символизированная этой видимостью, должна быть принята в обратном смысле, так как, согласно этой реальности, они, напротив, соединяются в центре¹³. Если рассматривать их в состоянии относительного разделения, необходимого для того, чтобы космос мог между ними развернуться, то они сообщаются через ось, проходящую через центр¹⁴, которая одновременно их разделяет и соединяет, иными словами, измеряет расстояние между небом и землей, то есть саму протяженность космоса в вертикальном направлении, которое обозначает иерархию состояний проявленного существования, связывая их между собой через эту множественность состояний, возникающих в этой связи как некие ступени, по которым существо на пути возвращения к Принципу может подняться от земли к небу¹⁵.

Можно сказать также, что небо, которое покрывает или обнимает все вещи, предстает перед космосом «животом», то есть внутренней стороной, а земля, которая их поддерживает, предстает «спиной», то есть внешней стороной¹⁶. Это легко увидеть при рассматривании приводимого рисунка, где небо и земля, естественно, представлены концентрически расположенными кругом и квадратом (рис. 8).

Видно, что это изображение воспроизводит форму китайских монет, форму, которая воспроизводит первоначальную форму некоторых ритуальных табличек¹⁷: заполненная часть между контуром окружности и пустым центральным квадратом, в которую вписываются знаки, соответствует, очевидно, космосу, где располагаются «десять тысяч вещей»¹⁸, и тот факт, что она заключается между двумя пустотами, символически выражает, что то, что не заключено между небом и землей, тем самым находится вне проявления¹⁹. Тем не менее, есть момент, когда это изображение может показаться неточным, впрочем, этот дефект присущ всякому чувственному представлению: если принимать во внимание только взаимные видимые расположения неба и земли или, точнее, того, что их изображает, то может показаться, что небо находится вовне, а земля внутри. Но здесь не надо забывать применять обратную аналогию: в реальности, со всех точек зрения «внутреннее» принадлежит небу, а «внешнее» земле; немного далее мы увидим это. Наконец, даже принимая изображение так, как оно есть, видно, что небо и земля тем самым, что они являются крайними пределами по отношению к космосу, на самом деле имеют одну общую сторону и что эта сторона является внутренней для неба и внешней для земли. Если бы пожелали рассматривать их другую сторону, то надо было бы сказать, что она может существовать только но отношению к общему принципу, в котором они объединяются и где исчезают всякое различие внутреннего и внешнего, как и всякая оппозиция и всякая дополнительность, оставляя только «великое единство».

1. Мы указывали в другом месте, почему число «десять тысяч» принято для того, чтобы символически представлять бесконечность («Принципы исчисления бесконечно малых», гл. IX). По поводу неба, которое «покрывает», мы напомним, что такой же символизм заключен в греческом слове Ouranos, эквивалентном санскритскому Varuna, от корня var, «покрывать», а также латинскому Caelus производному от caelare, «прятать» или «покрывать» (см.: «Царь мира», гл. VII).⁠ ↑
2. «Действие Святого Духа», как мы уже говорили выше, иногда обозначается на языке теологии термином obumbratio (obumbro – осенять), что, по сути, выражает ту же самую идею.⁠ ↑
3. Там же, стр. 250-252 [русскоязычное издание: стр. 251-253].⁠ ↑
4. Сравните этимологическое значение слова «субстанция», буквально «то, что удерживается внизу».⁠ ↑
5. Именно это поможет нам впоследствии понять, каким образом роль «медиатора» реально может приписываться сразу и «универсальному человеку» и «трансцендентному человеку», тогда как без этого замечания она, казалось бы, должна приписываться исключительно последнему.⁠ ↑
6. Ср.: «Символизм креста», гл. XXIII. Первая из отмеченных здесь точек зрения является собственно метафизической, тогда как вторая относится скорее к космологическому порядку, а точнее говоря, она конституирует отправную точку всякой традиционной космологии.⁠ ↑
7. См.: «Символизм креста», гл. VI.⁠ ↑
8. Мы увидим, что этот перпендикуляр имеет и другие значения, соответствующие различным точкам зрения; но в настоящий момент мы рассматриваем только геометрическое представление дополнительности неба и земли.⁠ ↑
9. Фигура, образованная вертикалью и горизонталью, расположенными таким способом, есть хорошо известный вплоть до наших дней символ англо-саксонского масонства, хотя в так называемом «латинском» масонстве это не сохранилось. В строительном символизме вообще вертикаль представлена перпендикуляром или отвесом, а горизонталь – уровнем (нивелиром). Этому же символизму соответствует также сходное соотношение двух букв в арабском алфавите: alif и ba.⁠ ↑
10. «Царство количества и знамения времени», гл. XX⁠ ↑
11. В трехмерной геометрии, естественно, сфера кругу, а куб квадрату.⁠ ↑
12. С этим можно сопоставить тот факт, что в символах некоторых масонских степеней раскрытие циркуля, ножки которого соответствуют боковым сторонам треугольника рисунка 7, измеряет четверть круга, хорда которого есть сторона вписанного квадрата.⁠ ↑
13. Сходным же образом употребляется обратный смысл, когда земной Рай, который также есть точка соединения неба и земли, оказывается одновременно расположенным на краю мира согласно «внешней» точке зрения и в его центре согласно «внутренней точке зрения» (см.: «Царство количества и знамения времени», гл. XXIII).⁠ ↑
14. Естественно, что эта ось отождествляется с вертикальным радиусом предшествующей фигуры; но с этой точки зрения, этот радиус вместо того, чтобы соответствовать самому небу, представляет только лишь направление, согласно которому осуществляется влияние неба на землю.⁠ ↑
15. Вот почему, как мы далее увидим, вертикальная ось есть одновременно «путь неба» (Тянь-Дао).⁠ ↑
16. Это уподобление выглядит особенно очевидным в таком языке, как арабский, где живот это el-batn, а внутреннее это el-baten, спина – ez-zahr, а внешнее – ez-zaher.⁠ ↑
17. Относительно символического значения монет в традиционных цивилизациях см.: «Царство количества и знамения времени», гл. XVI.⁠ ↑
18. Очень важно отметить, что знаки есть имена существ и что, следовательно, они их представляют самым естественным образом, в особенности, когда речь идёт об идеографической письменности, как это происходит в случае китайского языка.⁠ ↑
19. Выражение Тянь-ся (Tien-hia), буквально, «под небом», обычно используется в китайском языке для обозначения всего ансамбля космоса.⁠ ↑

Назад Далее

Минский корпус Рене Генона

Chapitre III Ciel et terre

Глава III Небо и земля

Поиск

Предложить правку