Перевод важных понятий
- Manifestation и производные слова. В некоторых работах передано как «манифестация», в других – как «проявление» или «проявленность», или «явление», если речь идёт о личности. Мы не видим необходимости в употреблении заимствованного слова при наличии подходящего русского, постепенно переводы будут приведены в единообразный вид.
- Soi и moi. Полностью подходящих эквивалентов, соответствующих смыслу, в которых эти слова употреблены Геноном, в русском языке нет. Soi переводилось как «высшее я», «сверх-я», «Сверх-Я», «Самость», «Само», «Я», Генон часто отождествлял его с понятием «Атман» (Soi во французском и ātman в санскрите – возвратные местоимения, букв. «сам, себя»). Moi переводилось как «я» и «эго». Предпочтительным видится вариант «высшее я» для Soi и «я» для moi.
- Devenir и libération. Заглавие работы L'Homme et son devenir selon le Vêdânta. Переводилось как «Человек и его осуществление согласно Веданте» и как «Человек и его становление согласно Веданте». Слово devenir происходит от venire («идти», «приходить», «становиться»), и может быть переведено как «становление» (как devenir grosse, «беременеть» или se devenir «становиться самим собой»), но такой перевод не видится удачным, т. к. человек в результате devenir скорее не «становится человеком», а превосходит человеческое. Таким образом, перевод как «осуществление» (приближение, или достижение «сущего», «сути») видится предпочтительным. Также обратим внимание, что Генон употреблял libération («освобождение») и devenir («осуществление») различно, что не всегда передано в переводах. Это различие будет постепенно уточнено во всех переводах.
- Être и exister и их производные. Пожалуй, самый сложный и объёмный вопрос. Помимо того, что у этих понятий, в тех смыслах, которые вкладывает в них Генон, нет прямых аналогов в русском языке, и также в русском языке есть некоторое смешение в понимании глаголов «быть» и «существовать» и производных словах.
В современном русском языке понятие «бытие» часто используется как указатель на более высокую и причастную смыслу реальность, а «существование» – как относящееся к области приземлённого, относительного и скорее лишённого смысла[2].
В текстах Генона многое строится как раз на таком сопоставлении и различии понятий, где более временное это exister, а более незыблемое – être (в личном или безличном отношении).
В подавляющем большинстве изданных переводов переводчики выбирали, как будто просто по словарю, «бытие» для être и «существование» для exister, что приводит к появлению странностей типа «человеческое бытие» там, где должно быть «человеческое существо», что не соответствует этимологии, смысловым соответствиям корней и даже словарю ряда важных русских мыслителей.
Наиболее удачным здесь представляется подход Маковчика и Миролюбова, которые использовали слова от корня «сущ» для передачи être[3]. Тем не менее, к недостаткам переводов Миролюбова можно отнести полный отказ от терминов от корня «быть», которые передают производные от exister (что привело к появлению в переводах слов «экзистенция», «наличествование», и «существование» (для exister, а не être).
Изучая сказанное Геноном, мы видим следующее: поскольку понятие être соответствует санскритскому sat[4], (т. е. необусловленному, сути, сущности), а exister (по смыслу), как и «бытие» (по этимологии и смыслу во многих случаях) связано с санскритским корнем bhū и применяется именно относительно обусловленного бытия[5], что согласуется, например с применением слова «бытие» в переводе заглавия «Книги Бытия», где речь идёт именно о проявлении, с которым Генон и соотносит exister, то переводить эти понятия надо как «существование» («сущность» или «существо» в зависимости от контекста) и «бытие». В завершение один из фрагментов, в которых Генон пояснил этот вопрос вполне прямо:
Два [санскритских] корня as и bhū, конечно, не являются синонимами, но их отношение точно соответствует отношению «сущности» и «субстанции»; строго говоря, слово «существовать» [être] действительно должно быть закреплено для перевода as и связанных с ним терминов, тогда как идея, выраженная bhū, – это именно «бытие» [existence], то есть совокупность всех изменений, происходящих из Пракрити[6].
- Modalité и mode. Mode у Генона – общее понятие, которое может быть переведено как «модус» или иначе, а modalité – более специальное понятие, применяемое в основном к модальностям проявления. В некоторых переводах «модус» и «модальность» употреблены непоследовательно, это постепенно исправляется.
- Initiation. В некоторых переводах переведено «инициация», в других «посвящение». Это синонимы, и поскольку русское слово «посвящение» выглядит предпочтительнее, постепенно в переводах первое будет заменено на второе.
- Principe. В русском языке слово «принцип» понимается скорее как «неотступное правило», а не как «начало», что соответствует его латинской этимологии. Генон же при употреблении чаще опирается именно на этимологию и поэтому в переводах на месте principe и производных слов появляются слова «изначальный», «первоначальный» и «принципиальный». Полагаем, что это тот момент, который стоит однозначно передать в переводах, и здесь необходимо найти общее решение.
- Par excellence. В словарях можно встретить перевод этой идиомы как «по преимуществу», однако его точно нельзя признать удачным во всех случаях. Некоторые из переводчиков пользовались этим вариантом, другие заменяли его на что-то, третьи повторяли французский оборот. В зависимости от контекста этот оборот может означать «в высшей степени», «максимально», «исчерпывающе», на что он и заменяется вместо инородного для русского языка словарного оборота «по преимуществу».
- Doctrine. Это слово передано в переводах чаще «учение», в особых случаях используется «доктрина».
- Symbolisme. По-русски – «символизм», не «символика».
- Хотя это часто не так у русских мыслителей: базовым положением в теории всеединства В. С. Соловьева являются три категории: бытие, сущее и сущность. Бытие, согласно Соловьеву, это то, благодаря чему существует сущее, совместно с его проявлением в разных видах. Сущее является безусловным и вечным; бытие является переходящим и относительным. И такая схема терминов соответствует терминологии Генона и этимологии русского языка. То же у Бердяева: «Бытие вторично, есть уже детерминация, необходимость, есть уже объект». С. Франк для обозначения области выше этого вторичного бытия говорит о «Непостижимом бытии» или «Абсолютном Непостижимом», что, при этом критикует Бердяев: «У С. Франка примат “бытия” над “есть”. Но нужно утверждать примат “есть” над “бытием”». И именно такая иерархия, в которой бытие ниже сущности («есть») наиболее оправдана также этимологически. Несколько иной словарь у Лосского: «Сущность и энергия – не две “части” Бога… а два различных модуса бытия Божия, в Своей природе и вне Своей природы; это тот же Бог, пребывающий абсолютно недоступным по Своей сущности и всецело Себя сообщающий в Своей благодати.» Говорится о «двух модусах» бытия, вместо введения второго термина, и здесь «бытие вне Своей природы» точно этимологически соответствует французскому exister и латинскому ex-stare.
- Хотя применять везде только одну форму производного слова в русском языке всё равно возможности нет, одно французское слово нужно передавать перечнем однокоренных русских слов, что и было сделано Миролюбовым.
- Символы священной науки, глава 19: «…олицетворяющего поляризацию, которая, для каждого состояния проявленности, есть аналог того, чем является поляризация sat или чистого Сущего на пару пуруша-пракрити для универсального проявления».
- Множественные состояния существа, глава IV, примечание 44: «Напомним, что exister в этимологическом смысле этого слова (от латинского ex-stare) означает именно быть зависимым или обусловленным, следовательно, не иметь в самом себе собственного принципа или достаточного основания, что как раз характерно для проявления, как мы это объясним позже, точнее определяя его в контексте более точного описания его случайности», что соответствует цитате Лосского выше.
- Рецензия на книгу г-жа Рис Дэвидс, To become or not to become (that is the question!). Episodes in the history of an Indian word. Études Traditionnelles, 1938. Повторная публикация в сотаве сборника Очерки об индуизме.