Раздел IV. Некоторые виды символического оружия
Глава 25 Громовые камни1
В одной из статей специального номера Voile d'Isis, посвященного Таро, г-н Орижье написал такую фразу по поводу XVI аркана: «Похоже, существует связь между каменным градом, осыпающим поражаемую им Башню, и словом Beith-el, («божественное жилище»), от которого было образовано слово вефиль, а им семиты обозначали аэролиты и громовые камни». На мысли о такого рода сближении наводит наименование, «Дом Божий» присваиваемое данному аркану, что действительно является буквальным переводом еврейского Бэт-эль. Но нам кажется, что здесь налицо смешение нескольких различных вещей и что прояснение этого вопроса может представлять определенный интерес.
Прежде всего, несомненно, что символическая роль аэролитов или камней, упавших с неба, очень значительна, потому что они есть как раз те «чёрные камни», о которых идёт речь в столь многих и различных традициях, начиная с того, что был олицетворением Кибелы, или «великой богини», и кончая тем, что помещен в Каабу в Мекке и связан с историей Авраама. В Риме также имелся lapis niger, не говоря уже о щитах салийцев, о которых ходили слухи, что они были выточены из аэролита во времена Нумы.2 Эти «чёрные камни», несомненно, могут быть отнесены к разряду вефилей, то есть камней, рассматриваемых как «божественные жилища» или, иными словами, как носители некоторых «духовных влияний»; но все ли вефили упали с неба? Мы этого не думаем и, в частности, не видим никаких указаний, позволяющих предположить, что таков был случай камня, которому Иаков, согласно рассказу Книги Бытия, дал имя вефиль (beith-el), затем распространенное и на само место, где он имел видение, в то время как голова его покоилась на этом камне.
Вефиль есть, собственно, олицетворение омфалоса, то есть символ «центра мира», который совершенно естественно отождествляется с «божественным обиталищем».3 Этот камень мог иметь различные формы, в частности, форму столба; так, Иаков говорит: «Этот камень, который я воздвиг подобно столпу, будет домом Бога». А у кельтских народов некоторые, если не все менгиры имели, то же значение. омфалос мог также олицетворяться камнем конической формы, подобно «чёрному камню» Кибелы, или иметь яйцевидную форму, конус напоминал священную гору, символ «полюса» или «оси мира»; что до яйцевидной формы, то она напрямую соотносится с другим очень важным символом, символом «мирового яйца». Во всех случаях вефиль был «пророческим камнем», «камнем, который говорит», то есть камнем, который вдохновлял оракулов или возле которого вдохновлялись оракулы, благодаря «духовным влияниям», опорой которых он является; и пример омфалоса в Дельфах очень показателен в этом отношении.
Вефили, стало быть, по самой сути своей являются священными камнями, но далеко не все они имели небесное происхождение; однако, вполне вероятно, что по крайней мере символически идею «камня, упавшего с неба» вполне правомочно, некоторым образом, к ним отнести. Что нам позволяет думать так, это их связь с таинственным лузом еврейской традиции; эта связь несомненна для «чёрных камней», которые действительно являются аэролитами, но она не исчерпывается только этим случаем, поскольку в Книге Бытия говорится по поводу вефиля Иакова, что первым именем данного места было Луз. Мы можем даже напомнить в связи с этим, что Грааль был, говорят, выточен из камня, который также упал с неба, и между всем этим существуют весьма тесные связи; но мы не будем останавливаться на этом более подробно, так как развивая подобного рода соображения рискуем сильно отдалится от нашего сюжета.4
В самом деле, идёт ли речь о вефилях вообще, или конкретнее, о «чёрных камнях», ни те, ни другие не имеют ничего общего с «громовыми камнями». И как раз, в связи с этим фраза, которую мы привели вначале, представляет собой серьёзную путаницу, впрочем, естественным образом объяснимую. Вне всяких сомнений возникает искушение предположить, что «камни-молнии» и «гром-камни» должны быть камнями, упавшими с неба, аэролитами, однако это полностью ошибочно. Вероятнее всего об их истинной сущности так и не смогли бы догадаться, если бы не крестьяне, которые, посредством устной традиции, сохранили о том воспоминание. Однако и сами эти крестьяне впадают в ошибку при истолковании, которая показывает, что истинный смысл традиции ускользает от них, когда они полагают, что эти камни упали с молнией или что они есть сама молния. В самом деле, они утверждают, что «гром» падает в двух видах: «огнем» или «камнем»; в первом случае он испепеляет, тогда как во втором он только разбивает. Но они очень хорошо знают «громовые камни» и ошибаются лишь в том, что приписывают им, в силу их наименования, небесное происхождение, которого они вовсе не имеют и никогда не имели.
Истина же заключается в том, что «громовыми камнями» являются камни, символизирующие молнию; они есть не что иное, как доисторические кремневые топоры, так же как «змеиное яйцо», друидический символ «мирового яйца», есть не что иное, по своей материальной природе, как окаменевший морской еж. Каменный топор – это топор, который разбивает и раскалывает, именно поэтому он олицетворяет молнию; впрочем, этот символизм восходит к эпохе исключительно далекой и объясняет существование некоторых так называемых «вотивных топоров», то есть ритуальных предметов, никогда не имевших никакого практического применения в качестве оружия или какого-либо иного инструмента.
Это заставляет вспомнить также и то, о чем уже писалось: каменный топор Парашурамы и каменный молот Тора есть одно и то же оружие;5 а мы добавим, что это оружие есть символ молнии. Отсюда видно также, что символизм «громовых камней» – гиперборейского происхождения, то есть что он связан с самой древней из традиций нынешнего человечества, с той, что действительно является первоначальной для текущей манвантары.6
С другой стороны, здесь уместно заметить очень важную роль, которую играет молния в тибетском символизме: олицетворяющая её ваджра является одним из главных знаков отличия иерархов ламаизма.7 В то же время ваджра символизирует мужской принцип универсального проявления, и таким образом, молния ассоциируется с идеей «божественного отцовства»; эта ассоциация также очень ясно обнаруживается в западной античности, потому что молния в ней есть главный атрибут Зевса-Отца или Юпитера, «отца богов и людей», поражающего молнией Титанов и Гигантов, как Тор и Парашурама поражают эквивалентных персонажей своим каменным оружием.8
Здесь есть даже (и даже на самом современном Западе) другая аналогия, поистине удивительная: Лейбниц в своей Монадологии говорит, что «все сотворённые монады рождаются, так сказать, посредством непрестанных происходящих каждое мгновение ударов божественной молнии»; он ассоциирует, таким образом, и в соответствии с традиционными данными, о которых мы только что напомнили, молнию с идеей образования живых существ. Вполне вероятно, что его университетские комментаторы этого так никогда и не заметили, как не заметили они, и не без оснований, что теории того же философа о «существе» неразрушимом и «обращаемом в малое» после смерти были вдохновлены еврейской концепцией луза как «ядра бессмертия».9
Мы отметим ещё последний пункт, который имеет отношение к масонскому символизму деревянного молотка; между молотком и молотом имеется не только очевидная связь наподобие аналогии между предметами соответствующими так сказать всего лишь двум формам одного и того же инструмента; Действительно, английский масонский историк Р.Ф. Гоудд думает, что «молоток мастера», символизм которого он связывает с символизмом буквы tau, в силу её формы, ведет своё происхождение от молота Тора. Впрочем, и галлы имели «Бога с молотом», который изображен на алтаре, открытом в Майенсе; кажется даже, что это Dis Pater, имя которого очень близко к имени Zeus Pater и которого друиды, по словам Цезаря, называли отцом галльского племени.10 Таким образом, этот молоток выступает также как символический эквивалент ваджры восточных традиций, и, вследствие совпадения, в котором, разумеется, нет ничего случайного, но которое покажется многим, по меньшей мере, неожиданным, оказывается, что масонские мастера обладают атрибутом, имеющим тот же самый смысл, что и соответствующий атрибут тибетских лам. Но кто же в сегодняшнем масонстве мог бы похвастаться тем, что реально достиг таинственного могущества знаком которого является этот атрибут? – могущества единого по сути, но двойственного в своих проявлениях, которые кажутся противоположными лишь с внешней точки зрения. Мы не думаем, что сильно исказим реальность, сказав, что в ещё сохранившихся остатках западных инициатических организаций никто не имеет даже отдаленного представления, о чем идёт речь. Символ остается, но, когда «дух» покинул его, он есть не более чем пустая форма. Надо ли, несмотря ни на что, сохранять надежду, что настанет день, когда эта форма вновь будет оживлена, когда она вновь станет соответствовать реальности, которая есть изначальная причина её существования и которая единственная сообщает ей подлинно инициатический характер?
- 1. Опубл. в V.I., май 1929. ↑
- 2. Г-н Оссендовский сообщил историю «чёрного камня», некогда посланного царем мира Далай-Ламе, потом переданного в Ургу, в Монголии, который затем исчез примерно сто лет назад. Не зная, о чем идёт речь, он попытался объяснить некоторые явления, как, например, появление письмен на поверхности этого камня, предположив, что это была своего рода аспидная доска. ↑
- 3. Это наименование «божественное обиталище», по-еврейски mishkan, впоследствии было дано также и табернаклю: как указывает само указанное наименование, это есть место пребывания Шехины. ↑
- 4. Впрочем, мы довольно пространно высказались по вопросу о лузе, так же, как и об омфалосе, в нашем исследовании «Царь Мира». ↑
- 5. См. статью P. Genty, Sur Thor et Parashu-Râma, в V.I, декабрь 1928. ↑
- 6. Отметим, в связи с этим, что сегодня некоторые, впадая в довольно странную ошибку ведут речь о «гиперборейской Атлантиде»; Гиперборея и Атлантида суть две различные области, как север и запад есть две стороны света, и, как исходная точка традиции, первая намного первичнее второй. Нам представляется тем более важным привлечь к этому внимание, что совершающие указанную ошибку сочли возможным приписать её и нам, тогда как само собой разумеется, что мы никогда не впадали в подобного рода заблуждение: во всех написанных нами материалах мы не в состоянии усмотреть и малейшего повода к подобной интерпретации. ↑
- 7. Vajra – санскритский термин, обозначающий молнию; тибетская форма этого слова – dorje. ↑
- 8. Интересно отметить, что молнии Юпитера выкованы Вулканом, что устанавливает некоторую связь между «небесным огнем» и «огнем подземным», связь, которая не обозначена в случаях, когда речь идёт о каменном оружии: и в самом деле, «подземный огонь» находился в прямой связи с «металлургическим» символизмом, особенно в кабирийских мистериях; Вулкан кует также оружие героев. Впрочем, следует добавить, что существует другая версия, согласно которой Мольнер, или молот Тора будто бы был металлическим и выкованным гномами, которые принадлежат к тому же разряду символических существ, что и кабиры, циклопы, якши и т. д. Отметим также, по поводу огня, что колесница Тора влеклась двумя овнами и что в Индии овен есть верховое животное Агни. ↑
- 9. Другой момент, которого мы можем коснуться лишь мимоходом, это то, что ваджра означает одновременно и «молния», и «алмаз»; это могло бы повести к рассмотрению ещё и других аспектов вопроса, которые мы не намереваемся здесь рассматривать подробно. ↑
- 10. На некоторых галльских монетах можно видеть также изображение загадочного персонажа, держащего в одной руке предмет, похоже, являющийся литиусом, или жезлом авгура, а в другой – молоток, которым он стучит по некоему подобию наковальни. Этот персонаж, в силу своих атрибутов, был назван «жрецом-кузнецом». ↑