Минский корпус Рене Генона

Глава XXII Синтетический характер интегрирования

В противоположность образованию арифметической суммы, которая, как мы только что сказали, имела, собственно говоря, аналитический характер, интегрирование должно рассматриваться как операция, в сущности, синтетическая, в том, что она одновременно охватывает все элементы суммы, которые следует сосчитать, сохраняя между ними ту «безразличность», которая соответствует частям содержания, поскольку эти части, вследствие самой природы содержания, не могут быть чем-то неизменным и определённым. Та же самая «безразличность» должна, между прочим, в равной мере поддерживаться, хотя и по несколько иной причине, в отношении дискретных элементов, которые образуют неопределённый ряд, когда желают подсчитать его сумму, так как, если величина каждого из этих элементов мыслится тогда как определённая, их число таковым не является, и мы можем даже сказать точнее, что их множество превосходит всякое число; и тем не менее имеется случай, когда сумма элементов такого ряда стремится к некоторому определённому пределу, когда их множество возрастает до неопределённости. Можно было бы сказать, хотя такой способ высказываться покажется, возможно, немного странным на первый взгляд, что такой дискретный ряд является неопределённым в силу «экстраполяции», тогда как непрерывная совокупность – в силу «интерполяции»; то, что мы хотим этим сказать, так это то, что если взять в дискретном ряду один отрезок, расположенный между двумя какими-либо членами, то в нем нет ничего неопределённого, и такой отрезок является определённым одновременно и в целом, и в своих элементах, но как раз в силу того, что, выходя за пределы этого отрезка, мы никогда не дойдем до последнего члена, этот ряд является неопределённым; напротив, в непрерывной совокупности, определённой в качестве таковой, именно внутрь самой этой совокупности неопределённое оказывается включенным, потому что элементы не являются определёнными и потому что, поскольку непрерывное всегда делимо, в нем нет последних элементов; таким образом, в этом отношении, эти два случая в каком-то роде являются обратными друг другу. Суммирование неопределённого числового ряда никогда не завершается, если все члены следует брать по одному, поскольку нет последнего члена, которым этот ряд мог бы завершиться; в случае, когда такое суммирование возможно, оно, следовательно, может быть получено лишь посредством синтетической процедуры, которая заставляет нас в каком-то роде улавливать сразу же всю неопределённость, рассматриваемую в целом, и это ни в коей мере не предполагает отдельного рассмотрения её элементов, которое, между прочим, невозможно в силу того, что их неопределённое множество. Более того, когда неопределённый ряд дан нам имплицитно, в силу закона его образования, пример чего мы видели в случае последовательности целых чисел, мы можем сказать, что он нам дан в целом синтетически, и он не может быть дан иначе; на самом деле задать такой ряд аналитически значило бы задать отдельно все его члены, что является невозможным.

Следовательно, когда нам приходится рассматривать какую-либо неопределённость, будь это неопределённость дискретной совокупности или неопределённость дискретного ряда, следует во всех случаях прибегать к синтетической операции, чтобы суметь достичь пределов; постепенная прогрессия была бы здесь безрезультатной и никогда не смогла бы для нас завершиться, так как такая прогрессия может завершиться последним членом лишь при двойном условии, что этот член и число степеней, необходимых для его достижения, были бы оба определёнными. Именно поэтому мы не говорили, что пределы неопределённого не могут быть никоим образом достигнуты, и эта невозможность была бы необоснованной ввиду того, что такие пределы существуют, но только они не могут быть достигнуты аналитически; неопределённость не может быть исчерпана степенями, но она может быть включена в свою совокупность посредством одной из тех трансцендентных операций, интегрирование которых дает нам образец в математическом порядке. Можно заметить, что прогрессия степеней соответствовала бы здесь самому изменению величины, непосредственно в случае дискретных рядов, а что касается непрерывного изменения, то оно следует ей в той мере, в какой это позволяет дискретная природа числа; наоборот, посредством синтетической операции, мы располагаемся непосредственно вне и за пределами изменения, как это неизбежно и должно быть, согласно тому, что мы уже говорили выше, чтобы «переход к пределу» мог быть действительно осуществлен; другими словами, анализ достигает лишь переменных, взятых в самом ходе их изменения, и только один синтез достигает их пределов, что здесь является единственным в своем роде окончательным и реально значительным результатом, поскольку необходимо, чтобы можно было говорить о результате, прийти к чему-то такому, что было бы связано исключительно с определёнными и постоянными величинами.

Подразумевается, между прочим, что можно обнаружить аналогию этих синтетических операций и в иных областях, чем область количества, так как ясно, что идея неопределённого развития возможностей применима также и к чему-то совершенно иному, чем количество, например к какому-либо состоянию проявленного существования и к условиям, какими бы они ни были, которым это существование подчинено, рассматривается ли при этом весь космос в целом или какое-то существо в частности, то есть располагаемся ли мы на «макрокосмической» точке зрения или на точке зрения «микрокосмической».1 Можно сказать, что здесь «переход к пределу» соответствует окончательной фиксации результатов проявления в порядке принципов; только благодаря этому на самом деле существо окончательно избегает изменения или «становления», которое неизбежно присуще всякому проявлению как таковому; очевидно, потому, что такая фиксация никоим образом не является «последним членом» развития проявления, но что она, в сущности, располагается вне и за пределами этого развития, потому что она принадлежит другому порядку реальности, трансцендентному по отношению к проявлению и «становлению»; различие проявленного порядка и порядка принципов соответствует по аналогии различию, которое мы установили между областью переменных величин и областью величин постоянных. Кроме того, поскольку речь идёт о постоянных величинах, то очевидно, что никакое изменение не может быть сюда введено посредством какой-либо операции, и что, как следствие, «переход к пределу» имеет следствием не произвести что-то в этой области, но только дать нам об этом знание; кроме того, порядок принципов неизменен, и, чтобы до него дойти, речь не идёт о том, чтобы «осуществить» что-то, что ещё не существовало, но осознать на самом деле то, что есть, постоянным и абсолютным образом. Мы, естественно, должны были, учитывая тему этого исследования, рассматривать более частным образом и прежде всего то, что, собственно говоря, соотносится с количественной областью, в которой идея развития возможностей передается, как мы видели, понятием изменения либо в направлении неопределённо возрастающего, либо в направлении неопределённо уменьшающегося; но эти несколько указаний доказывают, что все вещи способны приобретать благодаря соответствующему преобразованию по аналогии несравнимо более важное значение, чем то, что они, казалось бы, имели сами по себе, поскольку в силу такого переноса интегрирование и другие операции того же рода на самом деле оказываются чем-то вроде символа самой метафизической «реализации».

Очевидна тем самым распространенность различия, которое существует между традиционной наукой, допускающей такие доводы, и профанной наукой наших современников; и по этому поводу мы добавим ещё одно замечание, которое непосредственно связано с различием аналитического познания и познания синтетического. Профанная наука на самом деле является, по существу, исключительно аналитической: она никогда не рассматривает принципы и она теряется в деталях феноменов, неопределённое и до неопределённости изменчивое множество которых для неё на самом деле неисчерпаемо, и поэтому она никогда не может дойти, как познание, до какого-либо реального и окончательного результата; она опирается только на сами феномены, то есть на внешние явления, и она неспособна достичь основы вещей, за что уже Лейбниц упрекал картезианский механицизм. В этом, между прочим, одна из причин, которыми объясняется современный «агностицизм», так как, поскольку имеются вещи, которые могут быть познаны лишь синтетически, тому, кто использует один лишь анализ, приходится тем самым объявлять их «непознаваемыми», потому что они на самом деле для него являются таковыми, так же, как тот, кто опирается на аналитическое видение неопределённости, может верить, что эта неопределённость абсолютно неисчерпаема, тогда как в реальности она является таковой лишь аналитически. Верно, что синтетическое познание, в сущности, является тем, что можно назвать «всеобъемлющим» познанием, каким является познание непрерывной совокупности или неопределённого ряда, элементы которого не даны и не могут быть даны раздельно; но помимо того, что именно в этом и заключается все самое важное, можно всегда, поскольку все содержится в принципе, вновь спуститься отсюда к рассмотрению каких угодно частных вещей, так же как, если, например, неопределённый ряд дается синтетически благодаря знанию закона его образования, всегда можно, когда это необходимо, вычислить, в частности, любой из его членов, тогда как, исходя, наоборот, из тех же самых частных вещей, рассматриваемых сами по себе и в их неопределённых деталях, никогда нельзя возвыситься до принципов; и именно в этом, как мы уже говорили в начале, точка зрения и подход традиционной науки является в некотором роде обратным подходу профанной науки, подобно тому как сам синтез является обратным анализу. Это, между прочим, применение той очевидной истины, что если и можно получить «минус» из «плюса», то, наоборот, никогда нельзя вывести «плюс» из «минуса»; тем не менее именно это и стремится сделать современная наука, со всеми её механистическими и материалистическими концепциями и её исключительно количественной точкой зрения; но как раз потому, что это невозможно, она в реальности и неспособна дать истинное объяснение чему бы то ни было.2

  1. 1. Об аналогичном применении понятия интегрирования см.: «Символизм креста», главы XVIII и XX.⁠ 
  2. 2. Что касается этого последнего пункта, то можно ещё раз обратиться к рассуждениям, которые мы изложили в Царство количества и знамениях времени.⁠ 

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку