Минский корпус Рене Генона

Каир, 27 января 1937 г.

Уважаемый господин!

Я только что получил ваше письмо от 7-го января и благодарю вас за то, что вы готовы предложить для выпуска, посвящённого тантре; думаю, это было бы очень интересно. – Главная сложность в подготовке этого номера, как мне кажется, в том, чтобы определить границу между тем, что относится к тантре, и тем, что не относится; это гораздо сложнее, чем принято считать на Западе! Во всяком случае, я также не считаю, что здесь надо говорить о позднем происхождении, если только не понимать это как указание на кали-югу, что всё равно отодвинуло бы происхождение тантры достаточно далеко в прошлое... – Как бы то ни было, меня затрудняет сама попытка дать тантризму общее определение; не могли бы вы поделиться своими соображениями на этот счёт?

Также благодарю вас за отрывок из Йозефа Стшиговского, который действительно интересен; надо будет найти повод его процитировать. Похоже, эти люди вынуждены, как будто помимо своей воли, прийти к пониманию некоторых истин, не отдавая, конечно, должного отчёта об их значении; это, конечно, довольно примечательный «симптом» ...

Данное вами объяснение anattā я нахожу гораздо более нормальным, чем общепринятая интерпретация, которая порождает бесконечные трудности и даже противоречия. – Должны ли мы заключить, что буддизм, по крайней мере в форме хинаяны, впоследствии стал гораздо более гетеродоксальным, чем был изначально? И если да, то когда и как могло возникнуть это позднее отклонение?

Примечание, которое вы прислали, можно будет, как я и думал, поместить после вашей статьи в февральском номере.

Соблаговолите принять мои наилучшие пожелания.

Рене Генон

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку