Минский корпус Рене Генона

Каир, 5 ноября 1936 г.

Уважаемый господин!

Ваше письмо от 22-го октября пришло ко мне одновременно с отправлением, о котором вы сказали в предыдущем письме, ещё раз спасибо! – Г-н Прео сообщает, что также получил от вас отправление с несколькими статьями.

То, что вы сообщаете мне по поводу Patron and Artist и Гарварда, поистине интересно и, более того, отрадно, но я понимаю, что вы и сами этому несколько удивлены. Я тоже всегда задаюсь вопросом, как именно следует интерпретировать подобные вещи: нужно ли видеть в этом признак некоего изменения отношения, которое было бы весьма желательно, или же это просто непонимание истинного значения некоторых вещей?

Ваше исследование о Ходже Хидре (здесь мы подразумеваем Сейидну аль-Хидра) очень интересно, и отмеченные вами связи совершенно верны с символической точки зрения; но могу вас заверить, что это гораздо больше, чем просто «легенды». Я мог бы многое сказать по этому поводу, но вряд ли я когда-либо напишу об этом, потому что эта тема – одна из тех, что затрагивают меня слишком прямо... – Позвольте мне небольшое уточнение: не вполне точно говорить, что аль-Хидр «отождествляется» с пророками Идрисом, Илиёй, Джирджисом (Св. Георгием) – (хотя, разумеется, в определённом смысле, все Пророки одно); они рассматриваются как принадлежащие именно к одному Небу (Небу Солнца).

Поскольку вы говорите о Святом Бернарде, вы, вероятно, не знаете, что я сам кое-что написал о нём; меня попросили сделать это для сборника житий святых, и впоследствии текст был опубликован отдельной брошюрой, копию которой я прилагаю к настоящему письму. Учитывая рамки, заданные для этой работы, я едва ли мог сделать что-то иное, кроме своего рода исторического обзора; однако мне удалось ввести несколько намёков, которые для тех, кто их понимает, могут дать представление об истинном характере этой личности. Действительно, он в моём понимании – фигура инициатическая, а не просто мистическая; поэтому предполагаемые вами соответствия кажутся мне вполне обоснованными.

Что касается вопроса о «памяти», то ваш подход к нему весьма точен; совершенно очевидно, что память в обычном смысле слова – это нечто, принадлежащее исключительно этому миру и не способное следовать за существом в другое состояние, и, следовательно, относящееся к числу элементов, которые оно должно оставить позади при переходе в это состояние. Более того, невозможно понять, как эта память как таковая могла оказаться в состоянии, характер которого больше не является временным; в таком случае может сохраняться только то, что соответствует существу «вневременно», если можно так выразиться, и что в силу этого уже не является «памятью».

Соблаговолите принять мои наилучшие пожелания.

Рене Генон

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку