Глава V Отношения единого и множественности
В Не-сущем не может возникнуть вопрос о множественности состояний, потому что, в сущности, это область недифференцитрованности и даже необусловленности: необусловленность не может подлежать определениям одного и многого, а недифференцированность не может существовать в модусе различения. Если мы тем не менее говорим о состояниях непроявления, то не для того, чтобы установить что-то вроде симметрии по отношению к состояниям проявления, что было бы ничем не оправдано и совершенно искусственно. Мы вынуждены ввести здесь своего рода различение, без чего мы вообще не смогли бы ни о чем говорить. Мы только должны отдавать себе отчет, что это различение не существует само по себе, это мы ему придаем его совершенно относительное существование, и только так мы можем рассматривать то, что мы назвали аспектами Не-сущего, отмечая, однако, при этом всё то, что есть в этом выражении неточного и неадекватного. В Не-сущем нет множественности и, строго говоря, тем более нет и единого, так как Не-сущий есть метафизический Ноль, которому мы должны дать имя, чтобы говорить о нем, и который логически предшествует единому, вот почему индусская доктрина говорит в этом отношении только о «недвойственности» (advaita), однако, это надо соотнести со сказанным выше об использовании терминов в негативной форме.
В этой связи важно отметить, что метафизический Ноль имеет не больше отношения к математическому нулю, который есть только знак того, что можно назвать отсутствием количества, чем истинное бесконечное имеет отношение к простому необозримому, то есть к количеству, необозримо возрастающему, или необозримо уменьшающемуся1. И это отсутствие отношений, если так можно сказать, одного и того же порядка в обоих случаях, однако, с той оговоркой, что метафизический Ноль есть лишь аспект бесконечного. Во всяком случае, мы можем его так рассматривать, поскольку он в принципе содержит единое, а следовательно, и все остальное. Действительно, изначальное единое есть не что иное, как выраженный Ноль; другими словами, универсальное Существо, которое и является этим единым, есть выраженный Не-сущий в той мере, в какой возможно такое выражение, являющееся уже первым определением, так как оно есть лишь только самое универсальное из всех возможных определённых, следовательно, обусловленных выражений. И это первое определение, предваряющее всякое проявление и всякую конкретизацию (включая сюда поляризацию на «сущность» и «субстанцию», которая есть первая двоичность и как таковая является отправной точкой всякой множественности), содержит все другие определения и различительные выражения (в соответствии со всеми возможностями проявления), что вновь нам позволяет сказать, что единое, как только оно утверждено, в принципе содержит множественность, или что оно само есть принцип этой множественности2.
Часто спрашивают впрочем тщетно, каким образом множественное может произойти из единого, не замечая, что этот вопрос не имеет никакого решения по той простой причине, что он неверно поставлен и в этой форме не соответствует никакой реальности. В действительности множественность не исходит из единого, как и единое не исходит из метафизического Ноля, или же «что-то» не исходит из универсального Всего, или как какая-нибудь возможность не может находиться вне бесконечного или тотальной возможности3. Множественность заключена в изначальном едином, и она там не перестает быть заключенной одним фактом своего развертывания в проявленном модусе; эта множественность есть множественность возможностей проявления, и она не может быть понята иначе, так как именно проявление предполагает различимое существование. С другой стороны, раз речь идёт о возможностях, то надо, чтобы они существовали таким способом, который предполагается их природой. Таким образом, принцип универсального проявления, будучи одним и также будучи единым в самом себе, с необходимостью содержит множественность, и она во всех своих необозримых развертках и необозримо наполняясь по бесчисленным направлениям4, целиком следует из первичного единого, в котором она всегда остается заключенной и который никоим образом не может быть задет или модифицирован существованием в нем этой множественности, так как он заведомо не перестает быть самим собой под действием своей собственной природы, а именно, в силу того, что он есть единство, и он сущностно предполагает множество возможностей, о которых идёт речь; следовательно, именно в самом едином существует множественность, а раз она не задевает единого, то она есть лишь совершенно случайное существование по отношению к нему. Мы даже можем сказать, что это существование является чисто иллюзорным, поскольку не соотносится с единым как мы его только что описали; только единое, будучи его принципом, придает ему всю реальность, на которую оно способно. Само единое, в свою очередь, не есть абсолютный и самодостаточный принцип, но оно извлекает свою собственную реальность из метафизического Ноля.
Сущий, будучи первым утверждением, самым первоначальным определением, не есть высший принцип всех вещей, он есть, повторим, лишь принцип проявления. Отсюда видно, насколько сужается метафизическая точка зрения теми, кто пытается свести её исключительно только к «онтологии». Абстрагироваться таким способом от Не-сущего, значит исключать всё то, что в высшей степени является поистине и наиболее чисто метафизическим. Сказав это по ходу дела, мы так завершим то, что рассматривали здесь: Сущий есть одно в самом себе и, следовательно, универсальное Существование, которое является интегральным проявлением его возможностей, есть единственное по своей сущности и по своей внутренней природе; но ни единство Сущего, ни «единственность» Существования не исключают множественности модусов проявления, отсюда бесчисленность ступеней существования в общем и космическом порядке и множественность состояний существа в порядке частных существований5. Следовательно, рассмотрение множественных состояний никоим образом не противостоит единству Сущего, а также, основанной на этом единстве, «единичности» Существования, поскольку ни то, ни другое никоим образом не задевается множественностью. Поэтому во всей области Сущего констатация множественности, далекая от того, чтобы противоречить утверждению единства или противопоставляться ему каким-либо образом, находит здесь единственное надежное основание, которое может быть ей дано, как логически, так и метафизически.
- 1. Эти два случая – бесконечно возрастающего и бесконечно убывающего – соответствуют тому, что Паскаль так неудачно назвал двумя бесконечными (См.; «Символизм креста», стр. 203). Следует подчеркнуть тот факт, что ни то, ни другое не выходит даже за границы области количества. ↑
- 2. Нелишне будет напомнить, что единое, о котором идёт речь, есть метафизическое, или «трансцендентальное» единое, которое прилагается к универсальному Сущему, как «коэкстенсивный» (равный по объему) ему атрибут, если использовать язык логиков (хотя понятия «объем» и «содержание», коррелятивные ему, не применимы вне категорий или самых общих понятий, то есть когда переходят от общего к универсальному), и которое как таковое сущностно отличается от единства математического, или численной единицы применяемой только к количественной области. То же самое относится и к множественности в соответствии с замечаниями, которые мы неоднократно высказывали. Здесь есть только аналогия, а не тождество или же сходство, между метафизическими понятиями, о которых мы говорили, и соответствующими математическими понятиями. Обозначение тех и других общими терминами ничего другого в действительности не выражает, кроме этой аналогии. ↑
- 3. Вот почему мы думаем, что, насколько возможно, надо избегать использования таких терминов, как «эманация», которые привлекают идею или, скорее, ложный образ «выхода» Принципа вовне. ↑
- 4. Разумеется, что слово «направления», заимствованное из рассмотрения пространственных возможностей, должно пониматься здесь символически, так как в буквальном смысле оно применимо только внутри возможностей проявления. Тот смысл, который мы ему придаем здесь, согласуется со всем тем, что мы представили в работе «Символизм креста». ↑
- 5. Мы не говорим «индивидуальных», так как в том, о чем здесь идёт речь, заключаются и состояния неоформленного проявления, являющиеся сверхиндивидуальными. ↑