Глава IV. Направления пространства - Минский корпус Рене Генона

Chapitre IV Les directions de l’espace

Les directions de l’espace Certains écrivains occidentaux, à prétentions plus ou moins initiatiques, ont voulu donner à la croix une signification exclusivement astronomique, disant qu’elle est « un symbole de la jonction cruciale que forme l’écliptique avec l’équateur », et aussi « une image des équinoxes, lorsque le soleil, dans sa course annuelle, couvre successivement ces deux points »¹. À vrai dire, si elle est cela, c’est que, comme nous l’indiquions plus haut, les phénomènes astronomiques peuvent eux-mêmes, à un point de vue plus élevé, être considérés comme des symboles, et qu’on peut y retrouver à ce titre, aussi bien que partout ailleurs, cette figuration de l’« Homme Universel » à laquelle nous faisions allusion dans le précédent chapitre ; mais, si ces phénomènes sont des symboles, il est évident qu’ils ne sont pas la chose symbolisée, et que le fait de les prendre pour celle-ci constitue un renversement des rapports normaux entre les différents ordres de réalités². Lorsque nous trouvons la figure de la croix dans les phénomènes astronomiques ou autres, elle a exactement la même valeur symbolique que celle que nous pouvons tracer nous-mêmes³ ; cela prouve seulement que le véritable symbolisme, loin d’être inventé artificiellement par l’homme, se trouve dans la nature même, ou, pour mieux dire, que la nature tout entière n’est qu’un symbole des réalités transcendantes.

Même en rétablissant ainsi l’interprétation correcte de ce dont il s’agit, les deux phrases que nous venons de citer comprennent l’une et l’autre une erreur : en effet, d’une part, l’écliptique et l’équateur ne forment pas la croix, car ces deux plans ne se coupent pas à angle droit ; d’autre part, les deux points équinoxiaux sont évidemment joints par une seule ligne droite, de sorte que, ici, la croix apparaît moins encore. Ce qu’il faut considérer en réalité, c’est, d’une part, le plan de l’équateur et l’axe qui, joignant les pôles, est perpendiculaire à ce plan ; ce sont, d’autre part, les deux lignes joignant respectivement les deux points solsticiaux et les deux points équinoxiaux ; nous avons ainsi ce qu’on peut appeler, dans le premier cas, la croix verticale, et, dans le second, la croix horizontale. L’ensemble de ces deux croix, qui ont le même centre, forme la croix à trois dimensions, dont les branches sont orientées suivant les six directions de l’espace⁴ ; celles-ci correspondent aux six points cardinaux, qui, avec le centre lui-même, forment le septénaire.

Nous avons eu l’occasion de signaler ailleurs l’importance attribuée par les doctrines orientales à ces sept régions de l’espace, ainsi que leur correspondance avec certaines périodes cycliques⁵ ; nous croyons utile de reproduire ici un texte que nous avons cité alors et qui montre que la même chose se trouve aussi dans les traditions occidentales ; « Clément d’Alexandrie dit que de Dieu, « Cœur de l’Univers », partent les étendues indéfinies qui se dirigent, l’une en haut, l’autre en bas, celle-ci à droite, celle-là à gauche, l’une en avant et l’autre en arrière ; dirigeant son regard vers ces six étendues comme vers un nombre toujours égal, il achève le monde ; il est le commencement et la fin (l’alpha et l’ôméga) ; en lui s’achèvent les six phases du temps, et c’est de lui qu’elles reçoivent leur extension indéfinie ; c’est là le secret du nombre 7 »⁶.

Ce symbolisme est aussi celui de la Qabbalah hébraïque, qui parle du « Saint Palais » ou « Palais intérieur » comme situé au centre des six directions de l’espace. Les trois lettres du Nom divin Jehovah⁷, par leur sextuple permutation suivant ces six directions, indiquent l’immanence de Dieu au sein du Monde, c’est-à-dire la manifestation du Logos au centre de toutes choses, dans le point primordial dont les étendues indéfinies ne sont que l’expansion ou le développement : « Il forma du Thohu (vide) quelque chose et fit de ce qui n’était pas ce qui est. Il tailla de grandes colonnes de l’éther insaisissable⁸. Il réfléchit, et la Parole (Memra) produisit tout objet et toutes choses par son Nom Un »⁹. Ce point primordial d’où est proférée la Parole divine ne se développe pas seulement dans l’espace comme nous venons de le dire, mais aussi dans le temps ; il est le « Centre du Monde » sous tous les rapports, c’est-à-dire qu’il est à la fois au centre des espaces et au centre des temps. Ceci, bien entendu, si on le prend au sens littéral, ne concerne que notre monde, le seul dont les conditions d’existence soient directement exprimables en langage humain ; ce n’est que le monde sensible qui est soumis à l’espace et au temps ; mais, comme il s’agit en réalité du Centre de tous les mondes, on peut passer à l’ordre supra-sensible en effectuant une transposition analogique dans laquelle l’espace et le temps ne gardent plus qu’une signification purement symbolique.

Nous avons vu qu’il est question, chez Clément d’Alexandrie, de six phases du temps, correspondant respectivement aux six directions de l’espace : ce sont, comme nous l’avons dit, six périodes cycliques, subdivisions d’une autre période plus générale, et parfois représentées comme six millénaires. Le Zohar, de même que le Talmud, partage en effet la durée du monde en périodes millénaires. « Le monde subsistera pendant six mille ans auxquels font allusion les six premiers mots de la Genèse »¹⁰ ; et ces six millénaires sont analogues aux six « jours » de la création¹¹. Le septième millénaire, comme le septième « jour », est le Sabbath, c’est-à-dire la phase de retour au Principe, qui correspond naturellement au centre, considéré comme septième région de l’espace. Il y a là une sorte de chronologie symbolique, qui ne doit évidemment pas être prise à la lettre, pas plus que celles que l’on rencontre dans d’autres traditions ; Josèphe¹² remarque que six mille ans forment dix « grandes années », la « grande année » étant de six siècles (c’est le Naros des Chaldéens) ; mais, ailleurs, ce qu’on désigne par cette même expression est une période beaucoup plus longue, dix ou douze mille ans chez les Grecs et les Perses. Cela, d’ailleurs, n’importe pas ici, où il ne s’agit nullement de calculer la durée réelle de notre monde, ce qui exigerait une étude approfondie de la théorie hindoue des Manvantaras ; comme ce n’est pas là ce que nous nous proposons présentement, il suffit de prendre ces divisions avec leur valeur symbolique. Nous dirons donc seulement qu’il peut s’agir de six phases indéfinies, donc de durée indéterminée, plus une septième qui correspond à l’achèvement de toutes choses et à leur rétablissement dans l’état premier¹³.

Revenons à la doctrine cosmogonique de la Qabbalah, telle qu’elle est exposée dans le Sepher Ietsirah : « Il s’agit, dit M. Vulliaud, du développement à partir de la Pensée jusqu’à la modification du Son (la Voix), de l’impénétrable au compréhensible. On observera que nous sommes en présence d’un exposé symbolique du mystère qui a pour objet la genèse universelle et qui se relie au mystère de l’unité. En d’autres passages, c’est celui du « point » qui se développe par des lignes en tous sens¹⁴, et qui ne devient compréhensible que par le « Palais intérieur ». C’est celui de l’insaisissable éther (Avir), où se produit la concentration, d’où émane la lumière (Aor) »¹⁵. Le point est effectivement symbole de l’unité ; il est le principe de l’étendue, qui n’existe que par son rayonnement (le « vide » antérieur n’étant que pure virtualité), mais il ne devient compréhensible qu’en se situant lui-même dans cette étendue, dont il est alors le centre, ainsi que nous l’expliquerons plus complètement par la suite. L’émanation de la lumière, qui donne sa réalité à l’étendue, « faisant du vide quelque chose et de ce qui n’était pas ce qui est », est une expansion qui succède à la concentration ; ce sont là les deux phases d’aspiration et d’expiration dont il est si souvent question dans la doctrine hindoue, et dont la seconde correspond à la production du monde manifesté ; et il y a lieu de noter l’analogie qui existe aussi, à cet égard, avec le mouvement du cœur et la circulation du sang dans l’être vivant. Mais poursuivons : « La lumière (Aor) vit du mystère de l’éther (Avir). Le point caché fut manifesté, c’est-à-dire la lettre iod »¹⁶. Cette lettre représente hiéroglyphiquement le Principe, et on dit que d’elle sont formées toutes les autres lettres de l’alphabet hébraïque, formation qui, suivant le Sepher Ietsirah, symbolise celle même du monde manifesté¹⁷. On dit aussi que le point primordial incompréhensible, qui est l’Un non-manifesté, en forme trois qui représentent le Commencement, le Milieu et la Fin¹⁸, et que ces trois points réunis constituent la lettre iod, qui est ainsi l’Un manifesté (ou plus exactement affirmé en tant que principe de la manifestation universelle), ou, pour parler le langage théologique, Dieu se faisant « Centre du Monde » par son Verbe. « Quand ce iod a été produit, dit le Sepher Ietsirah, ce qui resta de ce mystère ou de l’Avir (l’éther) caché fut Aor (la lumière) » ; et, en effet, si l’on enlève le iod du mot Avir, il reste Aor.

M. Vulliaud cite, sur ce sujet, le commentaire de Moïse de Léon : « Après avoir rappelé que le Saint, béni soit-il, inconnaissable, ne peut-être saisi que d’après ses attributs (middoth) par lesquels Il a créé les mondes¹⁹, commençons par l’exégèse du premier mot de la Thorah : Bereshit²⁰. D’anciens auteurs nous ont appris relativement à ce mystère qui est caché dans le degré suprême, l’éther pur et impalpable. Ce degré est la somme totale de tous les miroirs postérieurs (c’est-à-dire extérieurs par rapport à ce degré lui-même)²¹. Ils en procèdent par le mystère du point qui est lui-même un degré caché et émanant du mystère de l’éther pur et mystérieux²². Le premier degré, absolument occulte (c’est-à-dire non-manifesté), ne peut être saisi²³. De même, le mystère du point suprême, quoiqu’il soit profondément caché²⁴, peut être saisi dans le mystère du Palais intérieur. Le mystère de la Couronne suprême (Kether, la première des dix Sephiroth) correspond à celui du pur et insaisissable éther (Avir). Il est la cause de toutes les causes et l’origine de toutes les origines. C’est dans ce mystère, origine invisible de toutes choses, que le « point » caché dont tout procède prend naissance. C’est pourquoi il est dit dans le Sepher Ietsirah : « Avant l’Un, que peux-tu compter » C’est-à-dire : avant ce point, que peux-tu compter ou comprendre²⁵ Avant ce point, il n’y avait rien, excepté

Ain, c’est-à-dire le mystère de l’éther pur et insaisissable, ainsi nommé (par une simple négation) à cause de son incompréhensibilité²⁶. Le commencement compréhensible de l’existence se trouve dans le mystère du « point » suprême²⁷. Et parce que ce point est le « commencement » de toutes choses, il est appelé « Pensée » (Mahasheba)²⁸. Le mystère de la Pensée créatrice correspond au « point » caché. C’est dans le Palais intérieur que le mystère uni au « point » caché peut être compris, car le pur et insaisissable éther reste toujours mystérieux. Le « point » est l’éther rendu palpable (par la « concentration » qui est le point de départ de toute différenciation) dans le mystère du Palais intérieur ou Saint des Saints²⁹. Tout, sans exception, a d’abord été conçu dans la Pensée³⁰. Et si quelqu’un disait : « Voyez ! il y a du nouveau dans le monde », imposez lui silence, car cela fut antérieurement conçu dans la Pensée³¹. Du « point » caché émane le Saint Palais intérieur (par les lignes issues de ce point suivant les six directions de l’espace). C’est le Saint des Saints, la cinquantième année (allusion au Jubilé, qui représente le retour à l’état primordial)³², qu’on appelle également la Voix qui émane de la Pensée³³. Tous les êtres et toutes les causes émanent alors par la force du « point » d’en haut. Voilà ce qui est relatif aux mystères des trois Sephiroth suprêmes »³⁴. Nous avons voulu donner ce passage en entier, malgré sa longueur, parce que, outre son intérêt propre, il a, avec le sujet de la présente étude, un rapport beaucoup plus direct qu’on ne pourrait le supposer à première vue.

Le symbolisme des directions de l’espace est celui-là même que nous aurons à appliquer dans tous ce qui va suivre, soit au point de vue « macrocosmique » comme dans ce qui vient d’être dit, soit au point de vue « microcosmique ». La croix à trois dimensions constitue, suivant le langage géométrique, un « système de coordonnées » auquel l’espace tout entier peut être rapporté ; et l’espace symbolisera ici l’ensemble de toutes les possibilités, soit d’un être particulier, soit de l’Existence universelle. Ce système est formé de trois axes, l’un vertical et les deux autres horizontaux, qui sont trois diamètres rectangulaires d’une sphère indéfinie, et qui, même indépendamment de toute considération astronomique, peuvent être regardés comme orientés vers les six points cardinaux : dans le texte de Clément d’Alexandrie que nous avons cité, le haut et le bas correspondent respectivement au Zénith et au Nadir, la droite et la gauche au Sud et au Nord, l’avant et l’arrière à l’Est et à l’Ouest ; ceci pourrait être justifié par les indications concordantes qui se retrouvent dans presque toutes les traditions. On peut dire aussi que l’axe vertical est l’axe polaire, c’est-à-dire la ligne fixe qui joint les deux pôles et autour de laquelle toutes choses accomplissent leur rotation ; c’est donc l’axe principal, tandis que les deux axes horizontaux ne sont que secondaires et relatifs. De ces deux axes horizontaux, l’un, l’axe Nord-Sud, peut être appelé aussi l’axe solsticial, et l’autre, l’axe Est-Ouest, peut être appelé l’axe équinoxial, ce qui nous ramène au point de vue astronomique, en vertu d’une certaine correspondance des points cardinaux avec les phases du cycle annuel, correspondance dont l’exposé complet nous entraînerait trop loin et n’importe d’ailleurs pas ici, mais trouvera sans doute mieux sa place dans une autre étude³⁵.

1. Ces citations sont empruntées, à titre d’exemple très caractéristique, à un auteur maçonnique bien connu, J.-M. Ragon (Rituel du grade de Rose-Croix, pp. 25-28).⁠ ↑
2. Il est peut-être bon de rappeler encore ici, quoique nous l’ayons déjà fait en d’autres occasions, que c’est cette interprétation astronomique, toujours insuffisante en elle-même, et radicalement fausse quand elle prétend être exclusive, qui a donné naissance à la trop fameuse théorie du « mythe solaire », inventée vers la fin du XVIII^e siècle par Dupuis et Volney, puis reproduite plus tard par Max Müller, et encore de nos jours par les principaux représentants d’une soi-disant « science des religions » qu’il nous est tout à fait impossible de prendre au sérieux.⁠ ↑
3. Remarquons, d’ailleurs, que le symbole garde toujours sa valeur propre, même lorsqu’il est tracé sans intention consciente, comme il arrive notamment quand certains symboles incompris sont conservés simplement à titre d’ornementation.⁠ ↑
4. Il ne faut pas confondre « directions » et « dimensions » de l’espace : il y a six directions, mais seulement trois dimensions, dont chacune comporte deux directions diamétralement opposées. C’est ainsi que la croix dont nous parlons a six branches, mais est formée seulement de trois droites dont chacune est perpendiculaire aux deux autres ; chaque branche est, suivant le langage géométrique, une « demi-droite » dirigée dans un certain sens à partir du centre.⁠ ↑
5. Le Roi du Monde, ch. VII, pp. 62-64.⁠ ↑
6. P. Vulliaud, La Kabbale juive, t. I, pp. 215-216.⁠ ↑
7. Ce Nom est formé de quatre lettres, iod he vau he, mais parmi lesquelles il n’en est que trois distinctes, le he étant répété deux fois.⁠ ↑
8. Il s’agit des « colonnes » de l’arbre séphirothique : colonne du milieu, colonne de droite et colonne de gauche ; nous y reviendrons plus loin. Il est essentiel de noter, d’autre part, que l’« éther » dont il est question ici ne doit pas être entendu seulement comme le premier élément du monde corporel, mais aussi dans un sens supérieur obtenu par transposition analogique, comme il arrive également pour l’Âkâsha de la doctrine hindoue (voir L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. III).⁠ ↑
9. Sepher Ietsirah, IV, 5.⁠ ↑
10. Siphra di-Tseniutha : Zohar, II, 176 b.⁠ ↑
11. Rappelons ici la parole biblique : « Mille ans sont comme un jour au regard du Seigneur ».⁠ ↑
12. Antiquités judaïques, I, 4.⁠ ↑
13. Ce dernier millénaire est sans doute assimilable au « règne de mille ans » dont il est parlé dans l’Apocalypse.⁠ ↑
14. Ces lignes sont représentées comme les « cheveux de Shiva » dans la tradition hindoue.⁠ ↑
15. La Kabbale juive, t. I, p. 217.⁠ ↑
16. Ibid., t. I, p. 217.⁠ ↑
17. La « formation » (Ietsirah) doit être entendue proprement comme la production de la manifestation dans l’état subtil ; la manifestation dans l’état grossier est appelée Asiah, tandis que, d’autre part, Beriah est la manifestation informelle. Nous avons déjà signalé ailleurs cette exacte correspondance des mondes envisagés par la Qabbalah avec le Tribhuvana de la doctrine hindoue (L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. V).⁠ ↑
18. Ces trois points peuvent, sous ce rapport, être assimilés aux trois éléments du monosyllabe Aum (Om) dans le symbolisme hindou, et aussi dans l’ancien symbolisme chrétien (voir L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. XVI, 3^e éd., et Le Roi du Monde, ch. IV, pp. 33-34).⁠ ↑
19. On trouve ici l’équivalent de la distinction que fait la doctrine hindoue entre Brahma « non-qualifié » (nirguna) et Brahma « qualifié » (saguna), c’est-à-dire entre le « Suprême » et le « Non Suprême », ce dernier n’étant autre qu’Îshwara (voir L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. I et X). – Middah signifie littéralement « mesure » (cf. le sanscrit mâtrâ).⁠ ↑
20. On sait que c’est le mot par lequel commence la Genèse : « in Principio ».⁠ ↑
21. On voit que ce degré est la même chose que le « degré universel » de l’ésotérisme islamique, en lequel se totalisent synthétiquement tous les autres degrés, c’est-à-dire tous les états de l’Existence. La même doctrine fait aussi usage de la comparaison du miroir et d’autres similaires : c’est ainsi que, suivant une expression que nous avons déjà citée ailleurs (L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. X), l’Unité, considérée en tant qu’elle contient en elle-même tous les aspects de la Divinité (Asrâr rabbâniyah ou « mystères dominicaux »), c’est-à-dire tous les attributs divins, exprimés par les noms çifâtiyah (voir Le Roi du Monde, ch. III), « est de l’Absolu (le « Saint » insaisissable en dehors de Ses attributs) la surface réverbérante à innombrables facettes qui magnifie toute créature qui s’y mire directement » ; et il est à peine besoin de faire remarquer que c’est précisément de ces Asrâr rabbâniyah qu’il est question ici.⁠ ↑
22. Le degré représenté par le point, qui correspond à l’Unité, est celui de l’Être pur (Îshwara dans la doctrine hindoue).⁠ ↑
23. On pourra, à ce propos, se reporter à ce qu’enseigne la doctrine hindoue au sujet de ce qui est au delà de l’Être, c’est-à-dire de l’état inconditionné d’Âtmâ (voir L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. XV, 3^e éd., où nous avons indiqué les enseignements concordants des autres traditions).⁠ ↑
24. L’Être est encore non-manifesté, mais il est le principe de toute manifestation.⁠ ↑
25. L’unité est, en effet, le premier de tous les nombres ; avant elle, il n’y a donc rien qui puisse être compté ; et la numération est prise ici comme symbole de la connaissance en mode distinctif.⁠ ↑
26. C’est le Zéro métaphysique, ou le « Non-Être » de la tradition extrême-orientale, symbolisé par le « vide » (cf. Tao-te-king, XI) ; nous avons déjà expliqué ailleurs pourquoi les expressions de forme négative sont les seules qui puissent encore s’appliquer au delà de l’Être (L’Homme et son devenir selon le Vêdânta, ch. XV, 3^e éd.).⁠ ↑
27. C’est-à-dire dans l’Être, qui est le principe de l’Existence, laquelle est la même chose que la manifestation universelle, de même que l’unité est le principe et le commencement de tous les nombres.⁠ ↑
28. Parce que toutes choses doivent être conçues par la pensée avant d’être réalisées extérieurement : ceci doit être entendu analogiquement par un transfert de l’ordre humain a l’ordre cosmique.⁠ ↑
29. Le « Saint des Saints » était représenté par la partie la plus intérieure du Temple de Jérusalem, qui était le Tabernacle (mishkan) où se manifestait la Shekinah, c’est-à-dire la « présence divine ».⁠ ↑
30. C’est le Verbe en tant qu’Intellect divin, qui est, suivant une expression employée par la théologie chrétienne, le « lieu des possibles ».⁠ ↑
31. C’est la « permanente actualité » de toutes choses dans l’« éternel présent ».⁠ ↑
32. Voir Le Roi du Monde, ch. III ; on remarquera que 50 = 72 + 1. Le mot kol, « tout », en hébreu et en arabe, a pour valeur numérique 50. Cf. aussi les « cinquante portes de l’Intelligence ».⁠ ↑
33. C’est encore le Verbe, mais en tant que Parole divine ; il est d’abord Pensée à l’intérieur (c’est-à-dire en Soi-même), puis, Parole à l’extérieur (c’est-à-dire par rapport à l’Existence universelle), la Parole étant la manifestation de la Pensée ; et la première parole proférée est le Iehi Aor (Fiat Lux) de la Genèse.⁠ ↑
34. Cité dans La Kabbale juive, t. I, pp. 405-406.⁠ ↑
35. On peut noter encore, à titre de concordance, l’allusion que fait saint Paul au symbolisme des directions ou des dimensions de l’espace, lorsqu’il parle de « la largeur, la longueur, la hauteur et la profondeur de l’amour de Jésus-Christ » (Épître aux Éphésiens, III, 18). Ici, il n’y a que quatre termes énoncés distinctement au lieu de six : les deux premiers correspondent respectivement aux deux axes horizontaux, chacun de ceux-ci étant pris dans sa totalité ; les deux derniers correspondent aux deux moitiés supérieure et inférieure de l’axe vertical. La raison de cette distinction, en ce qui concerne les deux moitiés de cet axe vertical, est qu’elles se rapportent à deux gunas différents, et même opposés en un certain sens ; par contre, les deux axes horizontaux tout entiers se rapportent à un seul et même guna, ainsi qu’on va le voir au chapitre suivant.⁠ ↑

Глава IV Направления пространства

Некоторые западные писатели, с большими или меньшими претензиями на посвященность, желали придать кресту исключительно астрономическое значение, говоря, что это «символ перекрестного сочленения эклиптики с экватором», а также «образ равноденствий, когда солнце на своем ежегодном пути последовательно закрывает одну за другой обе эти точки».¹ Положим, это и так, но лишь потому, что – как мы указали выше – астрономические явления сами по себе могут c более возвышенной точки зрения рассматриваться в качестве символов; и в данном плане в них можно обнаружить, как и повсюду, изображение «универсального человека», на которое мы намекали в предыдущей главе. Но если эти явления – символы, то они, очевидно, не являются символизируемой вещью; а их принятие за таковую есть не что иное, как перевертывание нормальных отношений между различными порядками реальности.² Когда мы находим знак креста в астрономических или иных явлениях, он имеет точно такое же символическое значение, как тот знак, который мы могли бы начертить сами;³ это только доказывает, что истинный символизм, вовсе не будучи искусственным изобретением человека, коренится в самой природе, или, лучше сказать, вся природа в целом есть лишь символ трансцендентных реальностей.

Таким образом, мы восстановили правильную интерпретацию того, о чем идёт речь; но обе только что процитированные нами фразы к тому же содержат ошибку. В самом деле, эклиптика и экватор, во-первых, не образуют креста, так как две эти плоскости не пересекаются под прямым углом; во-вторых, точки двух равноденствий явно соединены единственной прямой линией, таким образом, здесь совсем не приходится говорить о кресте. В действительности же следует рассматривать, с одной стороны, плоскость экватора и ось, которая, соединяя полюсы, перпендикулярна этой плоскости; а с другой – две линии, соединяющие соответственно две точки солнцестояний и две точки равноденствий; таким образом, мы получаем то, что можно назвать в первом случае вертикальным крестом, а во втором – крестом горизонтальным. Оба эти креста, взятые как целое, имеющее один центр, образуют трехмерный крест, ветви которого ориентированы по шести направлениям пространства;⁴ последние соответствуют шести сторонам пространства, которые вместе с точкой самого центра образуют септенер.

Ранее мы уже имели случай указать на важность, придаваемую восточными учениями этим семи областям пространства, равно как и на их соответствие некоторым циклическим периодам.⁵ Пожалуй, полезно воспроизвести здесь процитированный тогда текст, из которого явствует, что то же самое обнаруживается и в западных традициях: «Климент Александрийский говорил, что от Бога, «сердца вселенной», исходят бесконечные пространства, которые направлены одно вверх, другое вниз, это вправо, то влево, одно вперед, другое назад; устремляя свой взор в эти шесть пространств, как число всегда равное, Он завершает мир; Он есть начало и конец (альфа и омега); в Нем завершаются шесть периодов времени, и от Него получают они свою необозримую долготу; в этом тайна числа 7».⁶

Тот же символизм содержится и в еврейской Каббале, где говорится о «святом дворце» или «внутреннем дворце», как о расположенном в центре шести направлений пространства. Три буквы божественного имени Иегова⁷ своей шестеричной пермутацией согласно этим шести направлениям указывают на присутствие Бога в лоне мира, т. е. на проявление Логоса в центре всех вещей – в изначальной точке, расширением или раскрытием которой и являются необозримые протяженности: «Он образовал из Тоху (пустоты) нечто и сделал из того, чего не было, то, что есть. Он вытесал большие колонны из неосязаемого эфира.⁸ Он размышлял, и Слово (memra) произвело все предметы и все вещи своим единым Именем Один».⁹ Эта изначальная точка, откуда произошло божественное Слово, получает развитие не только в пространстве, как мы только что показали, но и во времени; это есть центр мира во всех отношениях, ибо данная точка находится одновременно в центре пространств и в центре времен. Разумеется, если понимать сказанное в буквальном смысле, это относится лишь к нашему миру – единственному, где условия существования подлежат прямому выражению посредством человеческих слов; ведь он есть только чувственный мир, подчиненный условиям пространства и времени. Но если речь в действительности идёт о центре всех миров, то можно перейти к сверхчувственному уровню, осуществив транспозицию по аналогии, при которой пространство и время сохраняют лишь чисто символическое значение.

Мы видели, что у Климента Александрийского речь идёт о шести периодах времени, соответствующих шести направлениям пространства. Эти шесть циклических периодов – подразделений другого, более общего периода – иногда представляют и как шесть тысячелетий. Зогар, как и Талмуд, действительно разделяет длительность мира на тысячелетние периоды. «Мир будет существовать в течение шести тысяч лет, намек на которые содержится в первых шести словах Книги Бытия»,¹⁰ и эти шесть тысячелетий аналогичны шести «дням» творения.¹¹ Седьмое тысячелетие, как и седьмой «день», есть Саббат, суббота, т. е. фаза возвращения к принципу, который естественно соответствует центру, рассматриваемому как седьмая область пространства. Здесь перед нами разновидность символической хронологии, которую, разумеется, не следует воспринимать буквально, – как и иные подобные ей хронологии, встречающиеся в других традициях. Иосиф Флавий¹² отмечает, что шесть тысяч лет образуют десять «больших годов», а «большой год» длится шесть столетий (это Нарос халдеев); кстати, то, что обозначают этим выражением, представляет собой у греков и персов период гораздо более длительный – десять или двенадцать тысяч лет. Впрочем, здесь это неважно, поскольку мы вовсе не собираемся рассчитывать реальную длительность нашего мира, что потребовало бы углубленного исследования индийской теории манвантар, а это уже совсем иной предмет. Поэтому достаточно будет принять эти разделения в их символическом значении. Скажем только, что речь может идти о шести необозримых периодах, стало быть, периодах, обладающих неопределённой длительностью, плюс седьмой, который соответствует завершению всех вещей и их возвращению в первоначальное состояние.¹³

Вернемся к космогоническому учению Каббалы, как оно изложено в Сефер Йецире: «Речь идёт, пишет Вюльо, о развертывании, исходя из мысли до её модификации в звук (голос), от непостижимого к доступному пониманию. Отметим, что здесь перед нами – символическое изложение тайны происхождения вселенной, связанной с тайной её единства. В других местах текста речь идёт о тайне «точки», которая развертывается, излучаясь во всех направлениях,¹⁴ и становится доступной пониманию лишь благодаря «внутреннему дворцу». Здесь говорится о «неосязаемом эфире (avir), где происходит концентрация и откуда эманирует свет (aor)».¹⁵ Точка действительно есть символ единства, она есть принцип протяженности, которая существует лишь благодаря её излучению (внешняя пустота представляет собой лишь чистую виртуальность); но она делается доступной пониманию, только при её рассмотрении в качестве расположенной в этой протяженности и следовательно, в качестве образующей центр этой протяженности, как мы более подробно объясним впоследствии. Эманация света, который сообщает свою реальность протяженности, «делая из пустоты нечто и из того, чего не было, то, что есть», представляет собой расширение, приходящее на смену концентрации; это две фазы вдоха и выдоха, о которых часто идёт речь в индусской доктрине, – вторая фаза соответствует сотворению проявленного мира; уместно отметить в связи с этим аналогию между биением сердца и циркуляцией крови в живом существе. Но продолжим: «свет (aor) вспыхнул в тайне эфира (avir). Проявилась скрытая точка, т. е. буква iod».¹⁶ Эта буква иероглифически представляет Принцип, и считается, что из неё были образованы все другие буквы еврейского алфавита, причем данный процесс, согласно Сефер Йецире, символизирует само создание проявленного мира¹⁷.Говорят также, что первичная, недоступная пониманию точка – или непроявленная единица – образует три точки, которые представляют начало, средину и конец;¹⁸эти три точки, соединяясь, составляют букву iod, которая есть, таким образом, единица проявленная (точнее, выраженная в качестве принципа универсального проявления); или, говоря теологическим языком, Бог через посредство своего Слова делает себя «центром мира». «Когда был создан этот iod, – говорится в Сефер Йецире, – от тайны или от скрытого авира (эфира) остался только аор (свет); и в самом деле, если отнять iod от слова авир, то останется аор».

Вюльо цитирует по этому поводу комментарий Моисея из Леона: «Напомнив, что непознаваемый Святой, да будет Он благословен, может быть постигнут лишь по своим качествам (middoth), посредством которых Он создал миры,¹⁹начнем с истолкования первого слова Торы: Bereshit²⁰. От древних авторов мы узнали, что эта тайна сокрыта на высочайшем уровне, в чистом и неосязаемом эфире. Данный уровень являет собой общую сумму всех последующих зеркальных отражений (т. е. внешних по отношению к самому этому уровню).²¹ Они проистекают из него благодаря тайне точки, которая сама представляет собой скрытый уровень, эманирующий из тайны чистого и таинственного эфира.²² Первый уровень, абсолютно сокровенный (т. е. скрытый, непроявленный), непостижим.²³ Тайна высшей точки, хотя она глубоко скрыта,²⁴ может быть постигнута в мистерии внутреннего дворца. Мистерия высшей короны (kether, первая из десяти сефирот) соответствует тайне чистого и неуловимого эфира (avir), который есть причина всех причин и начало всех начал. В этой тайне – незримом начале всех вещей – рождается скрытая «точка», от которой все происходит. Вот почему в Сефер Йецире говорится: «До единицы что можешь ты сосчитать?» Иначе говоря: что ты можешь сосчитать или понять до этой точки?²⁵

До этой точки не было ничего, за исключением ain, т. е. тайны чистого и неосязаемого эфира, названного так (посредством чистого отрицания) из-за его непостижимости.²⁶ Доступное пониманию начало существования кроется в тайне высшей «точки».²⁷ И поскольку эта точка есть «начало» всех вещей, она называется «мысль» (mahasheba).²⁸ Тайна творящей мысли соответствует скрытой «точке». Только во «внутреннем дворце» может быть понята тайна скрытой «точки», ибо чистый и неуловимый эфир всегда остается таинственным. «Точка» – это эфир, ставший осязаемым (путём «уплотнения» – исходного момента всякой дифференциации) в тайне «внутреннего дворца» или «Святая святых».²⁹ Всё без исключения было вначале постигнуто в мысли.³⁰ И если кто-то скажет: «Смотрите! вот новое в мире», велите ему замолчать, ибо это уже было постигнуто в мысли.³¹ Из скрытой «точки» эманирует святой внутренний дворец (по линиям, которые исходят от этой точки, следуя шести направлениям пространства). Это Святая Святых, пятидесятая годовщина (намек на юбилей, символизирующий возвращение к первозданному состоянию),³² которую называют также голосом, эманирующим из мысли.³³ Все существа и все причины эманируют тогда благодаря силе высшей «точки». Вот то, что относится к тайне трёх высших сефирот».³⁴ Мы решили привести этот пассаж целиком, несмотря на его пространность, так как помимо того, что он представляет интерес сам по себе, здесь имеется связь с предметом настоящего исследования, причем связь эта гораздо более непосредственная, чем можно предположить на первый взгляд.

Символизм направлений пространства, явится как раз одним из принципиальных моментов всего дальнейшего повествования, и он будет использоваться нами не только в контексте макрокосмической точки зрения, как мы это делали выше, но и в рамках раскрытия тематики «микрокосма». Трехмерный крест составляет согласно геометрической терминологии «систему координат», с которой может быть соотнесено все пространство; последнее будет символизировать здесь совокупность всех возможностей – либо частного существа, либо универсальной Экзистенции. Данная система образована тремя осями – одной вертикальной и двумя горизонтальными, – которые представляют собой три расположенных под прямым углом диаметра необозримой сферы; даже независимо от всяких астрономических соображений их можно рассматривать как ориентированные на шесть направлений пространства. В процитированном выше тексте Климента Александрийского верхняя и нижняя точки соответствуют зениту и надиру, правая и левая – югу и северу, передняя и задняя – востоку и западу; это можно обосновать соответствующими указаниями, которые обнаруживаются едва ли не во всех традициях. Вертикальную ось можно назвать также полярной осью – т. е. неподвижной линией, соединяющей оба полюса, вокруг которой совершает круговращение все сущее; следовательно, это главная ось, тогда как две горизонтальные оси вторичны и относительны. Из обеих этих горизонтальных осей одна – ось север-юг – может быть также названа осью солнцестояний, а другая – ось восток-запад – осью равноденствий. Это приводит нас к астрономической точке зрения, поскольку основные точки определённым образом соответствуют фазам ежегодного цикла. Подробное изложение данного вопроса, представляя весьма незначительный интерес в контексте данного повествования, грозит к тому же увести нас далеко в сторону. К этой теме более уместно будет вернуться в другом исследовании.³⁵

1. Эти цитаты заимствованы, в качестве весьма характерного примера, у хорошо известного масонского автора Ж.М. Рагона (Rituel du grade de Rose-Croix, стр. 25-28).⁠ ↑
2. Пожалуй, здесь стоит ещё раз напомнить (хоть мы уже и высказывались по этому вопросу применительно к иным ситуациям), что именно эта астрономическая интерпретация, всегда недостаточная сама по себе и в высшей степени ложная, когда она претендует на исключительность, породила пресловутую теорию «солярного мифа», Данная концепция была изобретена к концу XVIII века Дюпюи и Вольней, а впоследствии воспроизведена Максом Мюллером. Что касается наших дней, то голоса в её поддержку раздаются со стороны представителей религиоведения. Мы же ни в коем случае не можем серьёзно относиться к этой выдумке.⁠ ↑
3. Заметим, кроме того, что символ всегда сохраняет свое собственное значение, даже когда он начертан без сознательного намерения; так происходит, в частности, в тех случаях, когда некоторые непонятые символы сохраняются в качестве украшений.⁠ ↑
4. Не следует путать «направления» и «измерения» пространства: имеется шесть направлений, но только три измерения, из которых каждое содержит два диаметрально противоположных направления. Таким образом, трехмерный крест имеет шесть ветвей, но образован только тремя прямыми, причем каждая из них перпендикулярна двум другим; каждая ветвь, если прибегнуть к языку геометрии, есть «полупрямая», исходящая в определённом смысле прямо из центра.⁠ ↑
5. «Царь Мира», гл. VII.⁠ ↑
6. Vuillaud M., La Kabbale juive. т. 1, стр. 215-216.⁠ ↑
7. Это имя образовано четырьмя буквами, iod he vau he, из них лишь три разные, a he повторено дважды.⁠ ↑
8. Речь идёт о «колоннах» сефиротического древа: срединной колонне, правой колонне и левой колонне; мы вернемся к этому далее. Важно отметить, кроме того, что «эфир», о котором здесь идёт речь, нужно понимать не только как первоэлемент телесного мира, но также в высшем смысле, согласно транспозиции по аналогии; то же относится и к понятию акаши индийской традиции (см.: «Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. III).⁠ ↑
9. Сефер йецира, IV, 5.⁠ ↑
10. Siphra di-Tseniutha: Zohar, II, 176 b.⁠ ↑
11. Напомним здесь библейское выражение: «Пред очами Твоими тысяча лет, как день…» (Пс. 89:5).⁠ ↑
12. Иудейские древности, I, 4.⁠ ↑
13. Это последнее тысячелетие, вне всяких сомнений, можно уподобить «тысячелетнему царству», о котором говорится в Апокалипсисе.⁠ ↑
14. Эти лучи-линии в индийской традиции представлены как «волосы Шивы».⁠ ↑
15. Vuillaud M., La Kabbale juive. т. 1, стр. 217.⁠ ↑
16. Там же.⁠ ↑
17. «Творение» (Йецира) следует понимать как проявление в тонком состоянии; в плотном оно называется Асия, тогда как, с другой стороны, Брия есть проявление бесформенное. Мы уже отмечали в другом месте точность этого соответствия миров, рассматриваемых Каббалой, трибхуване индусского учения («Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. V).⁠ ↑
18. В данном смысле эти три точки можно уподобить трем элементам монослога АУМ (ОМ) в индусском символизме, а также в раннехристианском (см. книгу: «Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. XVI, 3-е фр. издание и «Царь Мира», гл. IV).⁠ ↑
19. Мы находим здесь аналог проводимого индусской доктриной различения между Брахмой «без качества» (nirguṇa) и Брахмой «с качеством» (saguṇa), т. е. между «высшим» и «не-высшим», причем этот последний есть не что иное, как Ишвара (см.: «Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. I и X). – Muddax означает буквально «мера» (см. санскритское mātrā).⁠ ↑
20. Известно, что Книга Бытия начинается словами in Principle.⁠ ↑
21. Очевидно, что этот уровень соответствует «универсальному уровню» исламского эзотеризма, в котором в обобщенной форме объединены все остальные уровни, т. е. все состояния Экзистенции. Данное учение также использует сравнение с зеркалом и другими отражающими плоскостями: так, согласно выражению, которое мы уже цитировали ранее («Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. X), единство, рассматриваемое как содержащее в себе самом все аспекты божественности (asrâr rabbâniyah, или «божественные тайны»), – т. е. все божественные атрибуты, выраженные именами (çifâtiyah) (см.: «Царь Мира», гл. III), – «принадлежит Абсолюту и оно сродни поверхности с бесчисленными гранями, которая возвеличивает всякое творение, непосредственно в нем отражённое»; и едва ли нужно отмечать, что именно об этих asrâr rabbâniyah идёт здесь речь.⁠ ↑
22. Уровень, представленный точкой, которая соответствует единству, – это уровень чистого Сущего (Ишвара в индусской доктрине).⁠ ↑
23. Можно в связи с этим сослаться на индусское учение о том, что находится за пределами Сущего, т. е. о необусловленном состоянии Атмана (см.: «Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. XV, 3-е фр. изд., где мы указали на соответствующие учения других традиций).⁠ ↑
24. Сущий ещё не проявлен, но он есть начало всякого проявления.⁠ ↑
25. Действительно, единица – это первое из всех чисел; следовательно, до неё не было ничего, что можно было сосчитать; и нумерация взята здесь как символ познания путём различения.⁠ ↑
26. Это метафизический нуль, или Не-сущий дальневосточной традиции, символизируемый «пустотой» («Дао дэ цзин», XI); мы уже объясняли, почему выражения в отрицательной форме суть единственные, которые могут ещё применяться за пределами Сущего («Человек и его осуществление согласно Веданте», гл. XV, 3-е фр. изд.).⁠ ↑
27. Т.е. в Сущем, принципе Экзистенции, равнозначной универсальному проявлению, – точно так же, как единица есть принцип и начало всех чисел.⁠ ↑
28. Поскольку все вещи должны быть постигнуты в мысли, прежде чем реализоваться вовне; это нужно понимать аналогически – в смысле перехода от человеческого уровня к космическому.⁠ ↑
29. «Святая Святых» была представлена самой внутренней частью Иерусалимского храма, где находился ковчег (mishkan), в котором проявлялась Шехина, т. е. «божественное присутствие».⁠ ↑
30. Именно Слово как божественный интеллект, по выражению, употребляемому в христианской теологии, есть «место возможностей».⁠ ↑
31. Это «постоянная актуальность» всех вещей в «вечном настоящем».⁠ ↑
32. См.: «Царь Мира», гл. III; отметим, что 50 = 7 × 7 + 1. Слово коль, «все» в еврейском и арабском языках, имеет числовое значение 50. Ср. также «пятьдесят дверей разума».⁠ ↑
33. Это Слово, но его следует понимать как Слово божественное; вначале это мысль внутри (т. е. в Себе самой), затем Слово вовне (т. е. по отношению к универсальной Экзистенции), слово как проявление мысли; и первое произнесенное слово есть Iehi aor (Fiat lux) книги Бытия.⁠ ↑
34. Цит. по: La Kabbale juive. т. 1, стр. 405-406.⁠ ↑
35. Можно отметить также, в плане совпадений, намек апостола Павла на символизм направлений или измерений пространства, когда он говорит о широте, долготе, глубине и высоте любови Христовой (Ефес. 3:18-19). Здесь упомянуты лишь четыре элемента вместо шести: два первых соответствуют двум горизонтальным осям, каждая из которых взята в своей полноте; две последние соответствуют двум половинам (ерхней и нижней) вертикальной оси. Причина этого различения двух половин вертикальной оси состоит в том, что они относятся к двум различным и даже в определённом смысле противоположным гунам; напротив, обе горизонтальные оси целиком относятся к одной и той же гуне, как мы увидим в следующей главе.⁠ ↑

Назад Далее

Минский корпус Рене Генона

Chapitre IV Les directions de l’espace

Глава IV Направления пространства

Поиск

Предложить правку