Глава VI Три мира
Различение трёх миров, которое определяет общий план Божественной Комедии, характерно для всех традиционных учений; но оно принимает разные формы, и в самой Индии есть две не совпадающие, но и не противоречащие друг другу формы, которые просто соответствуют различным точкам зрения. Согласно одному из этих разделений три мира суть ад, земля и небеса; согласно другому, в котором ад не рассматривается, – это земля, атмосфера (или район-посредник) и небо. Надо предполагать, что в первом разделении район-посредник рассматривается как простое продолжение земного мира; и точно таким же у Данте является Чистилище, которое можно идентифицировать с этим районом. С другой стороны, имея в виду данное уподобление, можно сказать, что второе разделение в точности эквивалентно различению католическим учением Церкви сражающейся, Церкви страдающей и Церкви торжествующей; здесь тоже не может быть никакой речи об аде. Наконец, часто рассматриваются и дальнейшие более или менее многочисленные подразделения небес и ада, но во всех случаях речь всегда идёт об иерархическом распределении степеней существования, которых на самом деле имеется необозримое множество [здесь и далее слово «необозримое» необходимо будет понимать не буквально, но исключительно образно, как необозримое не только глазами, но и умом, то есть множество настолько огромное, что оно ускользает даже от умозрения – прим. автора верифицированного перевода] и которые могут быть классифицированы различным образом согласно аналогичным соответствиям, принимаемым в качестве основания символического представления.
Небеса суть высшие состояния существа; ад, как, впрочем, и означает само его имя [les Enfers], – это низшие состояния, но когда мы говорим «высшие и низшие», то это должно пониматься по отношению к человеческому или земному состоянию, которое, естественно, принимается как исходная величина для сравнения, потому что именно она неизбежно должна служить нам точкой отсчета. Если истинное посвящение – это сознательное овладение высшими состояниями, то легко понять, что оно должно символически быть описано как вознесение, или «небесное путешествие»; но можно спросить себя, почему этому вознесению должно предшествовать нисхождение в ад. Для этого есть много причин, о которых мы не можем исчерпывающим образом говорить, не приводя слишком длинные рассуждения, способные завести нас очень далеко от предмета нашего исследования; отметим только следующее: с одной стороны, это нисхождение есть как бы беглое повторение состояний, логически предшествующих состоянию человеческому и определяющих его особые условия, данным состояниям также предначертано участвовать в «превращении», должном затем произойти; с другой стороны, такое восхождение позволяет проявить, следуя определённым модальностям, возможности низшего порядка, которые существо ещё несет в себе в неразвитом состоянии и которые должны быть исчерпаны им прежде, чем для него стало бы возможно достичь реализации высших состояний. Впрочем, следует подчеркнуть, что не может быть и речи о том, чтобы существо на самом деле вернулось к уже пройденным состояниям; эти состояния можно исследовать лишь непрямо, осознавая следы, оставленные ими в самых темных районах самого человеческого состояния; и именно поэтому ад символически представляется расположенным внутри Земли. Напротив, небеса суть реально высшие состояния, а не только их отражение в человеческом состоянии, самые возвышенные продолжения которого образуют только лишь опосредующий район или Чистилище, гору, на вершине которой Данте располагает земной рай. Реальная цель посвящения – это не только восстановление «райского состояния», оно лишь этап на пути, ведущем гораздо выше, потому что как раз за этим этапом начинается по-настоящему «небесное путешествие»; эта цель состоит в активном завоевании «сверхчеловеческих» состояний, так как – и Данте повторяет это вслед за Евангелием – «Небесное Царство силой берется…»1 и в этом состоит одно из существенных отличий между посвященными и мистиками. Объясняя это иным образом, можно сказать, что человеческое состояние должно быть прежде приведено к полноте своего раскрытия через интегральную реализацию своих собственных возможностей (и эта полнота есть то, что следует понимать под «райским состоянием»); но это далеко не конец, это ещё только основание, на которое опирается существо, чтобы salire alle stelle2 («посетить светила»), то есть чтобы подняться к высшим состояниям, которые на языке астрологии обозначаются при помощи планетарных и звездных сфер, а на языке теологии – при помощи ангельских иерархий. Следовательно, есть два периода в восхождении, но первый, по правде говоря, есть восхождение только по отношению к обычной человечности; высота горы, какова бы она не была, всегда ничто по сравнению с дистанцией, разделяющей землю от неба; следовательно, в реальности это скорее расширение, так как здесь подразумевается полный расцвет человеческого состояния. Развертывание возможностей тотального существа, таким образом, сначала осуществляется «вширь», а затем в направлении «вознесения» («экзальтации»), если воспользоваться термином, заимствованным из исламского эзотеризма; добавим ещё, что это различение на два периода соответствует древнему разделению на «малые мистерии» и «большие мистерии».
Три фазы, с которыми соответственно соотносятся три части Божественной Комедии, могут быть ещё объяснены при помощи индусской теории трёх гун, которые суть качества или, скорее, фундаментальные тенденции, производящие все проявленные существа; иерархическое распределение последних в ансамбле трёх миров, то есть распределение по всем степеням универсального существования основывается как раз на том, какая из этих тенденций в том или ином существе доминирует. Три гуны таковы: саттва сообразность чистой эссенции Сущего, которая тождественна свету знания, символизируемому свечением небесных сфер, представляющих высшие состояния; раджас – это импульс, который производит распространение существа в рамках определённого состояния, такого как, к примеру, состояние человеческое или, если угодно, развертывание этого существа на определённом уровне универсальной экзистенции; наконец, тамас – мрак, уподобляемый невежеству, темный корень существа, рассматриваемого в этих низших состояниях. Таким образом, саттва, или восходящая тенденция, относится к высшим и просветленным состояниям, то есть к небесам, а тамас, или нисходящая тенденция, – к низшим и темным состояниям, то есть к аду; раджас, который можно представить через расширение в горизонтальном направлении, соотносится с промежуточным миром, который и есть здесь «мир человека», потому что именно наш уровень универсальной экзистенции мы принимаем как основу для сравнения, и данный уровень универсальной экзистенции следует рассматривать в качестве включающего в себя Землю с Чистилищем, то есть ансамбль телесного и психического мира. Можно видеть, что это в точности соответствует первому из двух способов деления на три мира, о которых мы до этого говорили; переход от одного к другому из этих трёх миров может быть описан как результат изменения общей направленности существа или изменения гуны, которая, господствуя в нем, определяет это направление. Существует ведический текст, в котором три гуны представлены таким образом, что они обращаются одна в другую, следуя восходящему порядку: «Все было тамас: Он (верховный Брахма) повелел быть изменению, и тамас принял окраску (то есть природу) раджаса (среднюю между тьмой и светом); раждас, получив новое повеление, облекся в природу саттвы». Этот текст дает как бы схему организации трёх миров начиная с первичного хаоса возможностей и согласно с общим порядком порождения и последовательности циклов универсальной экзистенции. Впрочем, каждое существо, чтобы реализовать все свои возможности, должно пройти в том, что касается его частного случая, через состояния, соответствующие этим различным циклам; вот почему посвящение, имеющее своей целью тотальное достижение существа, с необходимостью проходит через те же фазы: процесс посвящения тщательно воспроизводит космогонический процесс согласно основополагающей аналогии между макрокосмом и микрокосмом.3
- 1. Рай, XX, 94. «Царство небесное принужденья ждет» (пер. М. Лозинского). ↑
- 2. Чистилище, XXXIII, 145. – Замечательно, что все три части поэмы кончаются одним и тем же словом «звезда», как бы для того, чтобы утвердить совершенно особое значение, которое имел для Данте астрологический символизм. Последние слова первой части Божественной Комедии (Ад), riveder le stelle (вновь узреть светила), обозначают возвращение к собственно человеческому состоянию, откуда в качестве отражения можно воспринимать высшие состояния; слова, которыми заканчивается Чистилище, – это те, которые мы здесь объясняем. Что касается последнего стиха Рая: L'Amore die muove il Sole e l'altre stelle (Любовь, что движет солнце и светила), то он означает, как последний предел «небесного путешествия», божественный центр, который по ту сторону всех сфер и который есть, согласно выражению Аристотеля, «неподвижный двигатель» всех вещей; слово «любовь», примененное к нему, может дать место интересным наблюдениям в связи с символизмом, свойственным посвящению рыцарских орденов. ↑
- 3. Теория трёх гун, относясь к всевозможным модусам универсального проявления, естественно, может иметь множество приложений; одно из этих приложений, специально касающееся чувственного мира, встречается в космологической теории элементов (стихий); но нам нужно было рассмотреть самое общее значение, потому что речь шла лишь о том, чтобы объяснить распределения всего ансамбля проявлений согласно иерархическому делению на три мира и указать на важность этого деления с точки зрения посвящения. ↑