Глава VIII. Последние годы жизни г-жи Блаватской

Chapitre VIII Dernières années de M^me blavatsky

Après son séjour à Wurtzbourg, qui avait été entrecoupé de quelques voyages à Elberfeld où elle avait des amis, M. et M^me Gebhard, anciens disciples d’Éliphas Lévi, M^me Blavatsky alla à Ostende, où elle vécut quelque temps avec la comtesse Wachtmeister, et où elle se remit à la rédaction de la Doctrine Secrète. Il paraît, au dire des témoins, qu’elle travaillait avec un véritable acharnement, écrivant de six heures du matin à six heures du soir, et ne s’interrompant que tout juste pour prendre ses repas. Au commencement de 1887, elle retourna s’installer en Angleterre, à Norwood d’abord, puis, en septembre de la même année, à Londres ; elle était alors aidée dans son travail par les frères Bertram et Archibald Keightley, qui corrigeaient son mauvais anglais, et par D. E. Fawcett, qui collabora à la partie de l’ouvrage qui traite de l’évolution. C’est aussi en 1887 que fut fondée la revue anglaise Lucifer, sous la direction immédiate de M^me Blavatsky ; la Société n’avait eu jusqu’alors qu’un organe officiel, le Theosophist, publié à Adyar, auquel il faut ajouter le Path, organe spécial de la section américaine^A.

En 1887 parut également la première revue théosophiste française, intitulée Le Lotus, qui, dépourvue d’ailleurs de caractère officiel, fit preuve d’une certaine indépendance ; cette revue cessa sa publication au bout de deux ans, en mars 1889¹, et son directeur, F.-K. Gaboriau, s’exprima alors fort sévèrement sur ce qu’il appelait le « cas pathologique » de M^me Blavatsky, et avoua qu’il avait été entièrement trompé sur son compte lorsqu’il l’avait vue à Ostende en novembre 1886,

« réfutant avec une habileté merveilleuse, que nous prenions alors pour de la sincérité, toutes les attaques portées contre elle, dénaturant les choses, faisant dire aux personnes des paroles que nous avons reconnues erronées longtemps après, bref, nous offrant, pendant les huit jours que nous avons demeuré dans la solitude avec elle, le type parfait de l’innocence, de l’être supérieur, bon, dévoué, pauvre et calomnié… Comme je suis plus porté à défendre qu’à accuser, il m’a fallu des preuves indubitables de la duplicité de cette personne extraordinaire pour que je vienne l’affirmer ici. »

Suit un jugement peu flatteur sur la Doctrine Secrète, qui venait de paraître :

« C’est une vaste encyclopédie sans ordre, avec une table des matières inexacte et incomplète, de tout ce qui s’agite depuis une dizaine d’années dans le cerveau de M^me Blavatsky… M. Subba Rao, qui devait corriger Secret Doctrine, y a renoncé en déclarant que c’était « un fouillis inextricable »² … Certes, ce livre ne saurait prouver l’existence des Mahâtmâs, il en ferait plutôt douter… J’aime croire que les Adeptes du Thibet n’existent pas ailleurs que dans les Dialogues philosophiques de M. Renan, qui avait inventé avant M^me Blavatsky et M. Olcott une fabrique de Mahâtmâs au centre de l’Asie sous le nom d’Asgaard, et rédigé des entretiens dans le style de Koot Hoomi avant la manifestation de celui-ci. »^B

Enfin, voici l’appréciation qui était formulée sur le compte d’Olcott :

« Le jour où il est venu en personne, à Paris, se mêler de nos travaux, ç’a été une désillusion complète pour tous les théosophes, qui se sont retirés alors, laissant la place à de plus novices. Un aplomb américain imperturbable, une santé de fer, pas la moindre éloquence, pas la moindre instruction, mais des qualités spéciales de compilateur (encore un trait américain), pas de savoir-vivre, une crédulité frisant la complicité et excusant à la rigueur ses maladresses, et, je dois l’ajouter, car cela contraste avec son associée et dominatrice, une certaine bonté qui serait plutôt de la bonhomie : tel est l’homme qui, actuellement, est le commis-voyageur du Bouddhisme »³.

Tout en abandonnant les fonctions administratives à Olcott, définitivement établi au quartier général d’Adyar, M^me Blavatsky s’était réservé ce qui concernait la « section ésotérique », où nul ne pouvait être admis sans son approbation. Cependant, le 25 décembre 1889, elle nomma Olcott « agent secret et unique représentant officiel de la section ésotérique pour les pays d’Asie » ; et, à la même date, Olcott, qui se trouvait alors à Londres, la nomma en retour directrice d’un bureau ayant pour membres M^me Annie Besant, William Kingsland et Herbert Burrows, avec le titre de « représentants personnels et fondés de pouvoirs officiels du président pour la Grande-Bretagne et l’Irlande ». De cette façon, M^me Blavatsky avait entre les mains, pour le Royaume-Uni, toute la direction de la Société dans ses deux sections, et il en était de même d’Olcott pour l’Inde ; nous disons l’Inde seulement, car nous ne pensons pas qu’il y ait eu alors de branches théosophiques dans les autres pays d’Asie^C. Par contre, en Europe, il y avait déjà des branches dans plusieurs pays ; et six mois plus tard, exactement le 9 juillet 1890, Olcott délégua à M^me Blavatsky pleine autorité pour s’entendre avec ces diverses branches et les grouper dans une section européenne unique. Cette section devait jouir d’une autonomie complète, au même titre que la section américaine, déjà constituée sous la direction de William Q. Judge, vice-président de la Société ; il y avait ainsi trois sections autonomes dans la Société Théosophique. Aujourd’hui, il y a autant de « Sociétés Théosophiques nationales », c’est-à-dire de sections autonomes, qu’il y a de pays où se trouvent des théosophistes en nombre suffisant pour en former une ; mais, bien entendu, toutes, sauf les groupements dissidents, sont toujours rattachées au quartier général d’Adyar et en reçoivent les directions, qui sont acceptées sans la moindre discussion ; il n’y a donc d’autonomie réelle que pour l’organisation purement administrative.

À l’époque où nous en sommes arrivé, des incidents fâcheux se produisirent dans la section américaine : le D^r Elliott E. Cowes^D, un savant connu qui s’y était fourvoyé, mais qui n’avait pas tardé à s’apercevoir de bien des choses, forma une Société indépendante à laquelle adhérèrent plusieurs des branches qui existaient aux États-Unis ; naturellement, on se hâta de prononcer son exclusion. Le D^r Cowes riposta en publiant un article dans lequel il faisait connaître que les prétendues révélations des « Mahâtmâs », à qui on attribuait maintenant l’inspiration d’Isis Dévoilée aussi bien que celle de la Doctrine Secrète, avaient été tirées en bonne partie, en ce qui concerne du moins le premier de ces deux ouvrages, des livres et manuscrits légués à M^me Blavatsky par le baron de Palmes ; et il faisait remarquer que ce qui aurait dû mettre sur la voie, c’est qu’un des auteurs les plus fréquemment cités dans ces communications soi-disant venues du Thibet était l’occultiste français Éliphas Lévi⁴. Le baron de Palmes était mort à New-York en 1876, en léguant à la Société Théosophique tout ce qu’il possédait ; Sinnett a prétendu que, en dehors de sa bibliothèque, il n’avait absolument rien laissé⁵ ; pourtant, M^me Blavatsky écrivait en juillet 1876 : « Il a laissé toute sa propriété à notre Société », et le 5 octobre suivant : « La propriété consiste en une bonne quantité de riches mines d’argent et dix-sept mille acres de terre. » Cela n’était sans doute pas à dédaigner ; mais, en tout cas, ce qui semble le mieux établi, c’est que le contenu de la bibliothèque fut largement utilisé pour la rédaction d’Isis Dévoilée, qui devait paraître l’année suivante^E. Les divulgations du D^r Cowes eurent quelque retentissement en Amérique, surtout à cause de la personnalité de leur auteur ; aussi Judge crut-il devoir engager un procès en dommages-intérêts contre celui-ci et contre le journal où son article avait paru, pour « calomnies contre l’honneur des fondateurs de la Société »⁶ ; ce procès n’eut d’ailleurs aucune suite, car il fut abandonné au moment de la mort de M^me Blavatsky, au nom de laquelle il avait été intenté. Cette dernière avait pris prétexte de cette affaire pour adresser aux membres de la branche française, le 23 septembre 1890, une longue lettre dans laquelle, se plaignant que des « calomnies » analogues fussent répandues à Londres, elle déclarait que ses « ennemis personnels » étaient aidés par « un membre des plus actifs de la Société en France », qui n’était autre que Papus, et qui avait « traversé une ou deux fois la Manche dans ce but honorable » ; elle ajoutait que sa patience était à bout, et menaçait d’assigner devant les tribunaux quiconque se permettrait désormais de porter contre elle de semblables accusations.

M^me Blavatsky mourut à Londres le 8 mai 1891 ; elle était malade depuis longtemps, et il paraît même qu’elle avait été deux ou trois fois abandonnée par les médecins⁷ ; mais on prétendit qu’elle était mieux au moment de sa mort, qu’on attribua à l’intervention d’une influence occulte. D’après Sinnett, elle serait alors passée immédiatement dans un autre corps, masculin cette fois, et déjà en pleine maturité ; plus récemment, M. Leadbeater a écrit de même à ce sujet :

« Ceux qui furent dans l’intimité de notre grande fondatrice, M^me Blavatsky, savent généralement que, lorsqu’elle quitta le corps dans lequel nous la connûmes, elle entra dans un autre corps qui venait d’être à l’instant quitté par son premier occupant. Quant à savoir si ce corps avait été spécialement préparé pour son usage, je n’en ai aucune information ; mais il y a d’autres exemples connus où cela fut fait »⁸.

Nous aurons par la suite à revenir sur cette singulière idée du remplacement d’une personnalité par une autre, la première ayant été simplement chargée de préparer à la seconde un organisme approprié que celle-ci devait venir occuper au moment voulu. En mai 1897, soit tout juste six ans après la mort de M^me Blavatsky, M^me Besant annonça la prochaine manifestation de sa réincarnation masculine ; cette manifestation ne s’est pas encore produite, mais M. Leadbeater continue à répéter en toute occasion que M^me Blavatsky est déjà réincarnée, et que le colonel Olcott doit se réincarner très prochainement, lui aussi, pour travailler de nouveau à ses côtés⁹^F.

Ce sont là de remarquables exceptions à la loi qui avait été formulée par M^me Blavatsky elle-même et par Sinnett, et d’après laquelle il doit s’écouler normalement, entre deux vies successives, un intervalle de douze ou quinze cents ans ; il est vrai que, même pour les cas ordinaires, on a renoncé à cette prétendue loi, et c’est là, un exemple assez curieux de la variation des doctrines théosophistes, en même temps que de la façon dont on s’efforce de la dissimuler. M^me Blavatsky avait écrit ceci dans la Doctrine Secrète :

« Sauf dans le cas de jeunes enfants et d’individus dont la vie a été écourtée par quelque accident, aucune entité spirituelle ne peut se réincarner avant qu’une période de plusieurs siècles ne se soit écoulée »¹⁰.

Or M. Leadbeater a découvert que « l’expression entités spirituelles semble signifier que M^me Blavatsky n’avait en vue que les individus hautement développés »¹¹ ! Et il donne un tableau où, suivant les « degrés d’évolution » des individus humains, les intervalles vont de deux mille ans et plus pour « ceux qui sont entrés sur le sentier », sauf exceptions, et de douze cents ans pour « ceux qui en approchent », jusqu’à quarante ou cinquante ans, et s’abaissent même à cinq ans quand on arrive aux « bas-fonds de l’humanité »¹². Pour ce qui est du passage où Sinnett disait nettement que « parler d’une renaissance avant au moins quinze cents ans est une chose presque impossible »¹³, voici l’explication qu’en donne le même auteur :

« On est fondé à croire que les lettres qui ont servi de base au Bouddhisme Ésotérique furent écrites par différents disciples des Maîtres sous la direction générale de ces derniers ; donc, tout en tenant compte des inexactitudes qui ont pu s’y introduire (nous savons qu’il s’en est glissé), il est impossible de supposer que les auteurs aient ignoré des faits très aisément accessibles à quiconque peut observer le processus de la réincarnation¹⁴. Souvenons-nous que la lettre en question ne fut pas écrite pour le public, mais adressée particulièrement à M. Sinnett, afin sans doute qu’elle fût communiquée aux quelques personnes qui travaillaient avec lui. Une telle moyenne, établie pour eux, serait exacte, mais nous ne pouvons l’admettre pour la race humaine tout entière au temps présent »¹⁵.

Il est vraiment trop commode de s’en tirer ainsi, et la même méthode pourrait servir à effacer toutes les contradictions que M. Hume avait constatées dès 1883 ; quant aux « inexactitudes » mises sur le compte des disciples maladroits, n’est-ce pas Koot Hoomi lui-même qui, à propos de l’affaire Kiddle, avait donné l’exemple sur ce point ? Nous savons d’autre part que Mavalankar, Subba Rao et autres se donnaient pour des « chélas » ou disciples directs des « Maîtres » ; rien ne s’opposerait donc, d’après la citation que nous venons de faire, à ce qu’ils fussent les auteurs des lettres en question, comme ils le furent en effet, mais « sous la direction » de M^me Blavatsky. Dès lors qu’on n’attribue plus aux « Maîtres », dans la rédaction de ces messages, qu’un rôle de « direction générale », en passant d’ailleurs sous silence les procédés de « précipitation », il devient assurément beaucoup plus difficile de dénoncer une fraude manifeste. Il faut donc convenir que cette tactique ne manque pas d’une certaine habileté ; mais, pour s’y laisser prendre, il faudrait ignorer, comme l’ignorent peut-être bien des théosophistes actuels, toute l’histoire de la première période de la Société Théosophique ; il est vraiment regrettable pour celle-ci que, contrairement à l’usage des anciennes sociétés secrètes dont elle se prétend l’héritière, elle ait laissé derrière elle une telle abondance de documents écrits.

A. M. Gebhard avait été consul d’Allemagne en Perse ; sa femme, qui était d’origine irlandaise, rencontra pour la première fois Éliphas Lévi en 1865, et, de 1868 à 1874, elle vint chaque année passer huit jours à Paris pour s’entretenir avec lui. Éliphas Lévi rédigea à son intention deux séries de conférences intitulées Le Voile du Temple déchiré, qui parurent dans le Theosophist, de février 1884 à avril 1887, et dans l’Aurore de la duchesse de Pomar, de décembre 1886 à avril 1887. M^me Mary Gebhard avait aussi reçu d’Éliphas Lévi le manuscrit d’un ouvrage ayant pour titre Les Paradoxes de la Haute Science, qui fut édité à Madras en 1883 ; elle publia dans le Theosophist (janvier 1886) une notice intitulée Mes souvenirs personnels sur Éliphas Lévi, et elle mourut à Berlin en 1892 (P. Chacornac, Éliphas Lévi, pp. 264-265). – Le titre de la revue Lucifer signifiait, paraît-il, qu’elle était « destinée à porter la lumière parmi les choses cachées dans l’ombre, sur le plan physique et sur le plan psychique de la vie » (Le Lotus, septembre 1887). Cette revue eut pour codirectrice Miss Mabel Collins, qui était revenue sur la démission qu’elle avait donnée précédemment (voir chapitre IV, 5^e paragraphe), mais qui eut bientôt de nouveaux dissentiments avec M^me Blavatsky.⁠ ↑
1. La Revue Théosophique dirigée par la comtesse d’Adhémar, et qui parut un peu plus tard, ne dura qu’une année ; en 1890 commença la publication du Lotus Bleu, qui, sous le titre de Revue Théosophique française qu’il a pris en 1898, existe encore aujourd’hui.⁠ ↑
2. Subba Rao n’abandonna pourtant pas le théosophisme ; il mourut d’ailleurs en 1890, à l’âge de trente-quatre ans, d’une maladie fort mystérieuse, à propos de laquelle certains n’hésitèrent pas à prononcer le mot d’empoisonnement.⁠ ↑
B. À la dix-septième Convention de la Société Théosophique, tenue à Adyar en décembre 1891, le colonel Olcott lui-même a dit ceci : « J’ai aidé H. P. B. dans la compilation de son Isis Dévoilée, tandis que Keightley, avec plusieurs autres, ont fait de même pour la Doctrine Secrète. Chacun de nous sait combien loin de l’infaillibilité sont les parties de ses livres dues à notre collaboration, pour ne rien dire de celles qui ont été écrites par H. P. B. »⁠ ↑
3. Sur le passage d’Olcott à Paris et « la façon tout américaine dont il embauchait des membres à la fournée », voir aussi Le Lotus, octobre-novembre 1888, p.510, et février 1889, pp. 703-704 – Ajoutons encore que F.-K. Gaboriau avait adressé à Olcott, le 12 décembre 1888, sa démission de membre de la Société Théosophique (id., décembre 1888, p. 575).⁠ ↑
C. Nous ne pensions pas qu’il y eût, en 1889, de branches théosophiques dans les pays asiatiques autres que l’Inde ; d’après un renseignement que nous avons retrouvé depuis la publication de notre livre, il y en avait une au Japon, fondée en 1887 à Kioto par M. Kinzo Hirai.⁠ ↑
D. Sur le D^r Elliott E. Coues (dont le nom a été orthographié inexactement Cowes), que M. Paul Bertrand appelle dédaigneusement « un certain Cowes »), nous croyons utile de reproduire les deux extraits suivants : « Notre frère en théosophie, le D^r El. Coues, prononça, le 16 mars (1887), un discours sur la théosophie et l’avancement de la femme, à la réunion annuelle du collège médical de Washington. La charte du collège défend toute discussion religieuse, mais comme toutes les séances commençaient par des prières aux dieux chrétiens (sic), le D^r Coues en profita pour dire quelques belles vérités. La Faculté refusa de publier aucun discours, de sorte que le vaillant docteur publia le sien au grand scandale du docte corps » (Le Lotus, juillet-août 1887). « Dans le n° de Light du 1^er juin 1889, se trouve une petite correspondance bien édifiante entre la charmante et sympathique rédactrice de la Lumière sur le Sentier, Mabel Collins, et M. Elliott Coues, de Washington, homme d’une grande valeur scientifique et littéraire, jadis défenseur, comme nous, des deux personnages qui se sont attribué le mérite de la création du mouvement théosophique (M^me Blavatsky et le colonel Olcott). M. Coues n’est pas tendre pour M^me Blavatsky qui aurait essayé de lui faire absorber un de ces jolis mensonges qui sont coutumiers à la plupart des médiums » (dernier n° du Lotus, daté de mars 1889, mais paru en réalité plusieurs mois plus tard).⁠ ↑
4. New-York Sun, 20 juillet 1890.⁠ ↑
5. Incidents in the life of M^me Blavatsky, p. 204.⁠ ↑
E. Le baron de Palmes, que certains ont aussi appelé Palma, et dont le nom véritable était von Palm, était un ancien officier bavarois qui avait été exclu de l’armée pour dettes ; après un séjour en Suisse où il commit quelques escroqueries, il se réfugia en Amérique ; il paraît que les propriétés mentionnées dans son testament étaient inexistantes, mais, quoi qu’en puissent dire les théosophistes, cela n’empêche pas que M^me Blavatsky ait pu utiliser le contenu de sa bibliothèque comme l’a affirmé le D^r Coues, et c’est là la seule chose qui importe ici. M. Paul Bertrand déclare qu’« il est invraisemblable que cet officier allemand… ait été capable d’écrire cette œuvre, inégale certes, mais originale et puissante, qu’est Isis Unveiled » ; or nous n’avons jamais rien dit de semblable, nous avons toujours dit au contraire que cette œuvre avait bien été écrite par M^me Blavatsky, avec la collaboration d’Olcott et sans doute de quelques autres, et il était seulement question des sources où elle avait puisé pour la rédiger ; notre contradicteur nous a-t-il si mal lu, ou devons-nous suspecter sa bonne foi ?⁠ ↑
6. New-York Daily Tribune, 10 septembre 1890.⁠ ↑
7. D’après Olcott, la maladie dont elle souffrait était le mal de Bright (Le Lotus, juillet 1888, p. 225).⁠ ↑
8. Adyar Bulletin, octobre 1913.⁠ ↑
9. L’Occultisme dans la Nature, pp. 72 et 414.⁠ ↑
F. M^me Besant a affirmé que la réincarnation du colonel Olcott, comme celle de M^me Blavatsky, était un fait accompli : « H. S. Olcott… rejeta son corps mortel, se reposa quelques courtes années, puis revint parmi nous comme petit enfant, maintenant garçonnet plein de promesses pour l’avenir » (Bulletin Théosophique, janvier-février- mars 1918, d’après l’Adyar Bulletin, janvier 1918).⁠ ↑
10. Secret Doctrine, t. II, p. 317 de l’édition anglaise.⁠ ↑
11. L’Occultisme dans la Nature, p. 325.⁠ ↑
12. Ibid., pp. 327-333.⁠ ↑
13. Le Bouddhisme Ésotérique, p. 128 ; cf. ibid., p. 173.⁠ ↑
14. Au moyen de la « clairvoyance », à laquelle s’intéresse tout spécialement M. Leadbeater.⁠ ↑
15. L’Occultisme dans la Nature, pp. 325-326.⁠ ↑

Глава VIII Последние годы жизни г-жи Блаватской

После своего пребывания в Вюрцбурге, которое она прерывала несколькими поездками в Эльберфельд, где у неё были друзья, бывшие ученики Элифаса Леви супруги Гебхард, г-жа Блаватская направилась в Остенд и прожила там некоторое время с графиней Вахтмайстер, возвратившись к написанию «Тайной доктрины». По словам свидетелей, казалось, что она работала с настоящей одержимостью, проводя за письменным столом с шести часов утра до шести часов вечера и делая перерывы только на прием пищи. В начале 1887 г. г-жа Блаватская вновь поселилась в Англии, сначала в Норвуде, а затем в сентябре того же года в Лондоне. В это время в работе ей стали помогать братья Бертрам и Арчибальд Китли, которые правили её плохой английский, и Д. Е. Фосетт, сотрудничавший при написании той части работы, в которой речь шла об эволюции. Также именно в 1887 г. был основан журнал «Люцифер», выходивший под непосредственным руководством г-жи Блаватской. До тех пор общество имело только один официальный печатный орган, «Теософист», выходивший в Адьяре, к которому следует добавить «путь», особый орган американской секции^A.

В 1887 г. также появилось первое теософистское издание во Франции, носившее название «Лотос», которое, не имея, впрочем, официального характера, демонстрировало некоторую независимость. Этот журнал прекратил свой выход спустя два года, в марте 1889 г.¹, и его редактор, Ф-К. Габорио, высказался тогда очень жестко касательно того, что он назвал «патологическим случаем» г-жи Блаватской, и признался, что он целиком заблуждался на её счет, когда видел её в Остенде в ноябре 1886 г.,

отражавшей с удивительным мастерством, которое мы тогда приняли за искренность, все атаки против себя, искажая факты, побуждая людей произносить слова, которые мы спустя долгое время признали ошибочными, короче, она представлялась нам на протяжении восьми дней, которые мы провели наедине с ней, как сама невинность, как высшее и доброе существо, обреченное, несчастное и оклеветанное […] Так как я более склонен защищать, чем обвинять, мне нужны были неопровержимые доказательства мошенничества со стороны этой необычной личности, чтобы я мог утверждать это здесь.

Затем следовал едва хвалебный отзыв о «Тайной доктрине», которая только что увидела свет:

Это обширная, но беспорядочная энциклопедия, с неполным и неточным набором тем, занимавших г-жу Блаватскую на протяжении десятка лет […] Субба Рао, который должен был править «Тайную доктрину», отказался, заявив, что в ней «сам черт ногу сломит»². Конечно, эта книга не может подтвердить существование махатм, она, скорее, побуждает сомневаться в этом… Я склонен полагать, что Адепты Тибета не существуют нигде, кроме «Философских диалогов» г-на Ренана, который до г-жи Блаватской и г-на Олкотта придумал сказку о махатмах, пребывающих в стране под названием Асгард в центре Азии, и сочинил беседы в духе Кут Хуми ещё до появления этого персонажа^B.

А вот оценка, данная личности Олкотта:

Однажды, когда он прибыл лично в Париж, чтобы включиться в нашу работу, произошло полное разочарование со стороны всех теософов, которые тогда ушли, освобождая место новичкам. Невозмутимое американское нахальство, железное здоровье, без малейшего красноречия, без малейшего образования, но с особым талантом компилятора (ещё одна американская черта), без благовоспитанности, легковерие, граничащее с соучастием, и оправдывающее, в крайнем случае, его неуклюжесть, и ещё я должен добавить, так как это контрастирует с характером его соратницы и хозяйки, определённая доброта или, скорее, добродушие: таков человек, который в наше время выступает коммивояжёром буддизма³.

Передав административные функции Олкотту, навсегда обосновавшемуся в главной штаб-квартире в Адьяре, г-жа Блаватская оставила себе то, что касалось «эзотерической секции», куда никто не мог быть допущен без её одобрения. Однако 25 декабря 1889 г. она назначила Олкотта «доверенным агентом и единственным официальным представителем эзотерической секции для стран Азии». И одновременно Олкотт, находившийся тогда в Лондоне, назначил её, в свою очередь, директором бюро, куда входили Анни Безант, Уильям Кингсленд и Герберт Берроуз, имевшие должности «личных представителей и официальных доверенных лиц президента в Великобритании и Ирландии». Таким образом, г-жа Блаватская взяла в свои руки все управление этими двумя секциями общества в Соединенном Королевстве, и то же самое Олкотт сделал в Индии. Мы говорим, что только в Индии, так как мы не думаем, что в ту пору имелись ещё теософистские отделения в других странах Азии^C. Напротив, в Европе существовали уже отделения в нескольких странах, и шестью месяцами позже, 9 июля 1890 г., Олкотт наделил г-жу Блаватскую всеми полномочиями для ведения дел с этими различными отделениями и их объединения в одну европейскую секцию. Эта секция должна была пользоваться полной автономией на тех же условиях, что и американская секция, уже образованная под руководством Уильяма К. Джаджа, вице-президента общества. Таким образом, в Теософском обществе было три автономные секции. В наши дни существует столько «национальных Теософских обществ», то есть автономных секций, сколько есть стран, где есть достаточно теософистов для формирования одной такой секции, но, конечно, все они, за исключением раскольнических группировок, поддерживают постоянную связь с главной штаб-квартирой в Адьяре и получают оттуда указания, которые принимаются без малейших разговоров. Итак, автономия носит чисто административный характер.

В рассматриваемое нами время в американской секции произошли неприятные инциденты: д-р Элиот Е. Коуэс^D, известный ученый, который пошел по ложному пути, но которому вскоре открылись глаза на многие вещи, основал независимое общество, к которому присоединились несколько существовавших в Соединенных Штатах отделений. Конечно, тотчас же было заявлено об его исключении. Д-р Коуэс ответил публикацией статьи, в которой показал, что мнимые откровения «махатм», выдававшиеся теперь за источник вдохновения для создания как «Разоблаченной Исиды», так и «Тайной доктрины», были заимствованы большей частью (это касается, по крайней мере, прежде всего, первого из этих двух трудов) из книг и рукописей, доставшихся г-же Блаватская по наследству от барона де Пальма. По замечанию д-ра Коуэса, подтверждением этой истины мог бы послужить тот факт, что одним из наиболее часто упоминаемых авторов в этих сообщениях, якобы произошедших с Тибета, является французский оккультист Элифас Леви⁴. Барон де Пальм умер в Нью-Йорке в 1876 г., завещав Теософскому обществу все своё имущество. Синнетт утверждал, что помимо библиотеки он совершенно ничего после себя не оставил⁵. Однако г-жа Блаватская писала в июле 1876 г.: «Он оставил все своё имущество нашему обществу», и ещё 5 октября того же года: «Он владел большим количеством богатых серебряных приисков и семнадцатью тысячами акров земли». Без сомнения, этим не следовало пренебрегать, но в любом случае, кажется, что лучше всего установлен факт, что содержимое его библиотеки широко использовалось для написания «Разоблаченной Исиды», увидевшей свет в следующем году^E. Разоблачения д-ра Коуэса имели некоторый отзвук в Америке, прежде всего, благодаря личности их автора. Вот почему Джадж посчитал необходимым начать против него и против опубликовавшей его статью газеты процесс о возмещении убытков за «клевету в адрес основателей общества»⁶. Впрочем, этот процесс не имел никакого продолжения, так как он был прекращен после смерти г-жи Блаватской, от имени которой он и был затеян. Эта последняя использовала это дело в качестве предлога, чтобы 23 сентября 1890 г. направить членам французского отделения длинное письмо, в котором, жалуясь, что «клевета» аналогичного характера получила распространение в Лондоне, она заявила, что её «личным врагам» оказывает помощь «один из самых активных членов общества во Франции», кто был никто иной, как Папюс, который «пересекал один или два раза Ла-Манш с этой почетной целью». Блаватская добавила, что её терпение на пределе, и угрожала отныне подавать в суд на любого, кто позволил бы возводить против неё подобные обвинения.

Г-жа Блаватская умерла в Лондоне 8 мая 1891 г. Она уже давно болела, и, кажется даже, что от неё два или три раза отказывались врачи⁷, но, как утверждали, в момент смерти ей стало лучше, что приписывали вмешательству оккультного влияния. Согласно Синнетту, она якобы тотчас же перешла в другое тело, на этот раз в тело мужчины уже в самом расцвете сил. Ближе к нашим временам Ледбитер также написал на эту тему:

Тем, кто были близко знакомы с великой основательницей нашего общества, г-жой Блаватской, известно вообще, что, когда она оставила тело, в котором мы её знали, она вошла в другое тело, только что перед этим оставленное его предыдущим владельцем. Что касается того, было ли это тело специально приготовлено для неё, у меня нет никакой информации, но существуют другие известные примеры, когда происходило подобное⁸.

Впоследствии мы ещё вернемся к этой странной идее замены одной личности другой, причем первая была просто обязана подготовить для второй подходящий организм, который та занимала в желанный момент. В мае 1897 г., ровно шесть лет спустя после смерти г-жи Блаватской, г-жа Безант заявила о том, что скоро она явиться, воплотившись в теле мужчины. Это воплощение ещё состоялось, но Ледбитер при любом случае продолжает повторять, что г-жа Блаватская уже перевоплотилась, и что полковник Олкотт должен перевоплотиться очень скоро, чтобы вновь работать рядом с ней⁹^F.

Подобные немедленные перевоплощения явились важным исключением из закона, который был сформулирован самой г-жой Блаватской и Синнеттом и, согласно которому, промежуток между двумя следующими друг за другом жизнями должен обычно составлять двенадцать или пятнадцать столетий. Правда, от этого мнимого закона отказались даже для обычных случаев, и это достаточно любопытный пример того, как меняются положения теософистского учения, и одновременно того, как эти изменения стараются скрыть. Г-жа Блаватская написала в «Тайной доктрине» следующее:

Кроме как в случае маленьких детей и людей, чья жизнь была прервана в результате какого-либо несчастного случая, никакая духовная сущность не может воплотиться, прежде чем истечет срок в несколько столетий¹⁰.

Между тем, м-р Ледбитер сделал открытие, что, используя «выражение «духовные сущности», г-жа Блаватская имела в виду только высокоразвитых индивидов»¹¹. И он приводит таблицу, в которой, в соответствии со «ступенями эволюции», достигнутыми человеческими индивидами, промежутки колеблются от двух тысячелетий и больше для «тех, кто вступил на путь», кроме исключений, и от 1200 лет для «тех, кто к нему приближается», до сорока или пятидесяти лет и даже до пяти лет в случае «отбросов человечества»¹². Что касается места, где Синнетт ясно утверждал, что «практически невозможно говорить о возможности нового рождения, раньше, чем пройдет полтора тысячелетия»¹³, вот объяснение, которое дает тот же самый автор:

Есть основания считать, что письма, послужившие основой «Эзотерического буддизма», были написаны различными учениками учителей под общим руководством этих последних; итак, принимая в расчет неточности, которые могли в них вкрасться (а нам известно, что не обошлось без этого), невозможно предполагать, что авторы не были знакомы с фактами, очень легко доступными для всякого, кто может наблюдать процесс реинкарнации¹⁴. Нам следует помнить, что письмо, о котором идёт речь, было предназначено не для публики, но адресовано лично г-ну Синнетту, но, без сомнения, его содержание было сообщено некоторым людям, работавшим вместе с ним. Среднее количество лет, установленное для них, возможно, является точным, но мы не можем допускать этого для всей человеческой расы в нынешние времена¹⁵.

Конечно, очень удобно выпутываться подобным образом, и точно такой же метод мог бы послужить для того, чтобы сгладить все противоречия, которые г-н Хьюм зафиксировал с 1883 г. Что касается «неточностей», отнесенных на счет небрежных учеников, разве не сам Кут Хуми, когда речь шла о деле Киддла, дал пример на этот счет? С другой стороны, нам известно, что Маваланкар, Субба Рао и другие выдавали себя за «чела» или прямых учеников «учителей», так что нет никаких оснований отрицать, судя по только что приведенной нами цитате, что они и являлись авторами писем, о которых речь идёт, каковыми они и были в действительности, но «под руководством» г-жи Блаватской. С тех пор, как «учителям» стала приписываться только роль «общего руководства» в деле составления этих посланий, обходя молчанием, к тому же, способы «осаждения», стало, конечно, намного более труднее раскрыть явный обман. Итак, приходится согласиться, что использующим этот прием не занимать определённой ловкости. Но чтобы попасться на это, надо находиться в неведении, как, быть может, находятся в неведении многие современные теософисты в отношении всей истории первого периода существования Теософского общества. По правде говоря, для этого общества весьма печально то, что вопреки обычаю старинных тайных обществ, наследниками которых мнят себя теософисты, оно оставило после себя такое огромное количество письменных документов.

A. Г-н Гебхард был германским консулом в Персии. Его жена, ирландка по происхождению, впервые встретила Элифаса Леви в 1865 году; с 1868-го по 1874-й она ежегодно проводила неделю в Париже, чтобы общаться с ним. Элифас Леви написал для неё две серии лекции под общим названием Le Voile du Temple déchiré [Разорванная завеса Храма], публиковавшихся в Theosophist с февраля 1884 по апрель 1887 года и в Aurore, журнале герцогини де Помар, с декабря 1886 по апрель 1887 года. Г-жа Мэри Гебхард получила от Элифаса Леви рукопись работы Les Paradoxes de la Haute Science [Парадоксы Высокой Науки], изданной в Мадрасе в 1883 году; она опубликовала в январском номере Theosophist за 1886 год заметку «Мои личные воспоминания об Элифасе Леви». Умерла в Берлине в 1892 году (см.: П. Шакорнак Eliphas Léviб стр. 264-265). Говорилось, что название журнала Lucifer, означало, что «его цель – освещать то, что таится в тени, как в физическом, так и в психическом планах жизни» (Le Lotus, скентябрь 1887). Соруководителем этого журнала была мисс Мейбл Коллинз, отозвашая поданное ею ранее заявление об уходе (см. гл. 5 абзац 5); но вскоре между ней и г-жой Блаватской вновь возникли разногласия. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
1. Revue Théosophique, появившийся чуть позже под руководством графини Адемар, выходил только год. В 1890 г. началось издание журнала Голубой лотос, который, будучи переименован в 1898 г. в Revue Théosophique française, существует до сих пор.⁠ ↑
2. Субба Рао, однако, не оставил теософизм. Он умер в 1890 г. в возрасте тридцать четырёх лет от очень таинственной болезни, по поводу которой некоторые не колеблясь утверждают, что это было отравление.⁠ ↑
B. На семнадцатом съезде Теософского общества, состоявшемся в декабре 1891 года в Адьяре, полковник Олкотт лично сказал следующее: «Я помогал Е. П. Б. в составлении её Разоблаченной Исиды, а Кейтли и несколькими другими делали то же для написания Тайной Доктрины. Каждый из нас знает, далеки от непогрешимости части её книг, появившиеся в результате нашего сотрудничества, не говоря уже о написанных Е. П. Б.». [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
3. О поездке Олкотта в Париж и о «чисто американской манере, в которой он привлекал людей в общество», см. также в: Lotus, октябрь-ноябрь 1888, стр. 510 и февраль 1889. стр. 703-704. Добавим также, что Ф.-К. Габорио 12 декабря 1888 г. заявил Олкотту о своем уходе из Теософского общества (там же, декабрь 1888, стр. 575).⁠ ↑
C. Мы не предполагали, что в 1889 году теософистские филиалы существовали в каких-то азиатских странах помимо Индии; согласно сведениям, полученным нами уже после выхода книги, такой филиал был основан в Японии, в Киото, г-ном Кидзо Хираи. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
D. О докторе Эллиотте Коузе (его фамилия была ошибочно передана как Cowes вместо Coues), которого г-н Поль Бертран пренебрежительно упоминает как «некий Коуз», мы считаем полезным привести два следующих отрывка: «Наш брат по теософии др. Эл. Коуз произнес речь о теософии и улучшения положения женщин на ежегодном собрании Вашингтонского медицинского колледжа 16 марта 1887 г. Устав колледжа запрещает всякую религиозную дискуссию, но, поскольку все заседания начинались молитвами христианским богам (sic), доктор Коуз воспользовался этим фактом, чтобы сказать несколько слов. Факультет решил не публиковать выступления, и когда отважный доктор опубликовал своё, его коллеги были чрезвычайно возмущены» (Le Lotus, июль-август 1887). В номере журнала Light от 1 июня 1889 г. содержится краткая и очень поучительная переписка между очаровательным и дружелюбным редактором книги «Свет на пути» Мейбл Коллинз и г-ном Элиотом Коузом из Вашингтона, человеком больших научных и литературных достоинств, который некогда был, как и мы, защитником двух лиц, приписавших себе заслугу создания теософского движения (г-жи Блаватской и полковника Олкотта). Г-н Коуз не слишком любезно отзывается о г-же Блаватской, которая, как говорят, попыталась в свое время заставить его поверить в одно из тех привлекательных заблуждений, свойственных большинству медиумов» (последний номер Lotus, датированный мартом 1889 года, однако в фактически вышедший несколькими месяцами позже). [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
4. New-York Sun, 20 июля 1890.⁠ ↑
5. Incidents in the life of M-e Blavatsky, стр. 204.⁠ ↑
E. Барон де Пальм, которого некоторые называли также Пальма, на самом деле носил фамилию фон Пальм был бывшим баварским офицером, уволенным из армии за долги; после пребывания и совершения нескольких мошенничеств в Швейцарии барон укрылся в Америке. Видимо, упомянутой в его завещании собственности в итоге не существовало, но, что бы ни говорили по этому поводу теософисты, этот факт не помешал г-же Блаватской использовать книги из библиотеки барона, и только это, как и утверждал доктор Коуз, имеет здесь значение. Г-н Поль Бертран заявляет: «Маловероятно, чтобы этот немецкий офицер... был способен написать такое сбивчивое, но, всё же, сильное и оригинальное произведение, как “Разоблачённая Исида”». Но мы никогда не высказывали подобного взгляда, а напротив, всегда говорили, что этот труд написан именно г-жой Блаватской, Олкоттом и, вероятно, некоторыми другими лицами; и вопрос только в источниках, к которым она обращалась для написания. Наш оппонент невнимательно нас читал, либо мы должны заподозрить его в недобросовестности? [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
6. New-York Daily Tribune, 10 сентября 1890.⁠ ↑
7. Согласно Олкотту, она страдала болезнью Брайта (Lotus, июль 1888, стр. 225).⁠ ↑
8. Adyar Bulletin, октябрь 1913.⁠ ↑
9. L’Occultisme dans la Nature, стр. 72 и 414.⁠ ↑
F. Г-жа Безант утверждала, что реинкарнация полковника Олкотта уже произошла, как и реинкарнация г-жи Блаватской: «Г. С. Олкотт... отринул смертное тело, отдохнул всего несколько лет и вернулся к нам ребёнком; теперь он – мальчик, много обещающий в будущем» (Bulletin Théosophique, январь-февраль 1918, текст по Adyar Bulletin, январь 1918). [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
10. Secret Doctrine, т. II, стр. 317.⁠ ↑
11. L'Occultisme dans la Nature, стр. 325.⁠ ↑
12. Там же, стр. 327-333.⁠ ↑
13. Le Bouddhisme Esoterique, стр. 128; cf. Там же, стр. 173.⁠ ↑
14. Посредством «ясновидения», особый интерес к которому проявляет г-н Ледбитер.⁠ ↑
15. L'Occultisme dans la Nature, стр. 326-326.⁠ ↑

Назад Далее

Минский корпус Рене Генона

Chapitre VIII Dernières années de M^me blavatsky

Глава VIII Последние годы жизни г-жи Блаватской

Поиск

Минский корпус Рене Генона

Chapitre VIII Dernières années de Mme blavatsky

Глава VIII Последние годы жизни г-жи Блаватской

Поиск

Предложить правку

Chapitre VIII Dernières années de M^me blavatsky