Минский корпус Рене Генона

«Протоколы сионских мудрецов. Итальянская версия с дополнением и введением»

«Протоколы сионских мудрецов. Итальянская версия с дополнением и введением» [I Protocolli dei Savi Anziani di Sion. Versione italiana con appendice e introduzione]. (La Vita Italiana, Рим). Итальянский перевод знаменитых «Протоколов сионских мудрецов», опубликованный в 1921 г. д-ром Джованни Прециози, директором La Vita Italiana, недавно был переиздан с предисловием Юлиуса Эволы, который попытался внести некоторый порядок в нескончаемые дискуссии, которые этот «текст» вызывал и до сих пор вызывает, разделив при этом два различных и необязательно связанных между собой вопроса — об «аутентичности» и о «правдивости», из которых второй, по его мнению, на самом деле является более важным. Отстаивать подлинность вряд ли возможно по множеству причин, которые мы не будем здесь рассматривать; в связи с этим мы обратим внимание на один момент, который, по-видимому, не принимают в достаточной степени в расчет, но который, тем не менее, является, пожалуй, самым решающим: некая действительно серьезная тайная организация, какова бы ни была её природа, никогда не оставляет после себя письменных документов. С другой стороны, были указаны «источники», из которых многие пассажи «Протоколов» были позаимствованы почти дословно: «Диалог в аду между Макиавелли и Монтескье» Мориса Жоли, памфлет, направленный против Наполеона III и опубликованный в Брюсселе в 1865 г., и речь, приписываемая одному пражскому раввину в романе «Биарриц», опубликованном в 1868 г. немецким писателем Германом Гёдше под псевдонимом сэр Джон Ретклифф. Есть ещё один «источник», который, насколько нам известно, никогда прежде не указывался: это роман под названием «Барон Иегова» Сиднея Виньо, опубликованный в Париже в 1886 г. и посвященный, что достаточно любопытно, «благороднейшему А. де Гобино, автору "Опыта о неравенстве человеческих рас", вступившему в Вальхаллу 13 октября 1882 г.». Стоит отметить также, что согласно указанию, данному в «Воспоминаниях сумасшедшей» мадемуазель Эрсилии Руи, опубликованных Э. Ле Норманом де Варанном (Париж, 1886 г., стр. 308–309), Сидней Винье был, как и этот последний, другом д-ра Анри Фавра, о котором мы упоминали выше; речь идёт о странной истории, в которой также появляется имя Жюля Фавра, которого к тому же обнаруживают замешанным в таком количестве дел подобного рода, что трудно видеть в этом простую случайность… В книге «Барон Иегова» находится (стр. 59–87) так называемое «Завещание Ибарзабаля», которое обнаруживает совершенно поразительное сходство с «Протоколами», но с той примечательной особенностью, что евреи фигурируют там лишь как орудие выполнения плана, который ими не был ни задуман, ни желаем. Были также отмечены черты сходства со введением к «Жозефу Бальзамо» Александра Дюма, хотя здесь речь вообще не идёт о евреях, но о некоем вымышленном масонском собрании; мы добавим, что это собрание также не лишено связи с псевдорозенкрейцерским «Парламентом», описанным практически точно в это же время американским писателем Джорджем Липпардом в Paul Ardenheim, the Monk of the Wissahickon, часть которого была воспроизведена д-ром Р. Суинберном Клаймером в The Rosicrucian Fraternity in America. Несомненно, что все эти писания в их более или менее «романизированной» форме черпают в конечном счете своё общее вдохновение из одного и того же «течения» идей (независимо от того, одобряют ли сами авторы эти идеи или нет) и что, кроме того, следуя своим тенденциям или частным предубеждениям, они наобум приписывают их происхождение евреям, масонам или кому-либо ещё; в конечном счёте, самое главное во всем этом и то, что, можно сказать, составляет элемент их «правдивости», — это утверждение о том, что вся ориентация современного мира отвечает некоторому «плану», установленному и навязанному какой-то таинственной организацией; известно, что мы сами думаем по этому поводу, и мы уже достаточно часто высказывались о роли «контринициации» и её сознательных или бессознательных агентов, чтобы не иметь необходимости настаивать на этом подробнее. По правде говоря, не было никакой необходимости быть «пророком», чтобы заметить эти вещи в ту эпоху, когда были составлены «Протоколы», то есть, вероятно, в 1901 г., ни даже в ту, к которой восходит большинство других упомянутых нами произведений, то есть около середины XIX века; уже тогда, хотя они и были менее очевидны, чем сегодня, для этого было достаточно более или менее проницательного наблюдения; но здесь мы должны сделать замечание, не делающее чести уму наших современников: если кто-то довольствуется тем, что «честно» излагает то, что он констатирует, и то, что из этого логически вытекает, никто ему не верит или даже не обращает на это внимания; если же, напротив, он представляет те же самые вещи как исходящие от некой фантастической организации, это сразу же принимает вид «документа» и на этом основании приводит всех в движение: странный эффект суеверий, внушенных современным людям слишком знаменитым «историческим методом» и которые сами тоже входят в состав внушений, необходимых для осуществления рассматриваемого «плана»! Следует ещё заметить, что согласно «фабуле» самих «Протоколов», организация, которая изобретает и распространяет современные идеи для достижения своих целей мирового господства, прекрасно осознает ложность этих идей: совершенно очевидно, что в действительности это должно быть так, ибо она слишком хорошо знает, как с этим обстоит дело; но тогда кажется, что подобное предприятие лжи не может быть, само по себе, истинной и единственной целью, которую она перед собой ставит, и это подводит нас к рассмотрению ещё одного момента, который, будучи отмеченным г-ном Эволой в его введении, был затем подхвачен и развит в ноябрьском номере La Vita Italiana, в статье, подписанной Arthos и озаглавленной Transformazioni del «Regnum». В самом деле, в «Протоколах» присутствует не только изложение «тактики», направленной на разрушение традиционного мира, что является её чисто негативным аспектом, соответствующим текущей фазе событий; там есть также идея просто преходящего характера этой фазы и идея последующего установления наднационального Царства (Regnum), идея, которую можно рассматривать как искажение идеи «Священной Империи» и других аналогичных традиционных концепций, которые, как напоминает автор статьи, были изложены нами в «Царе Мира». Чтобы объяснить этот факт, «Артос» апеллирует к отклонениям, доходящим даже до подлинной «субверсии», которым могут подвергнуться некоторые изначально подлинно традиционные элементы, как бы переживающие самих себя, когда «дух» из них удалился; и он ссылается, в подтверждение этого тезиса, на то, что мы недавно говорили здесь по поводу «психических остатков»; соображения, которые можно будет найти в другом месте, касающиеся последовательных фаз современного отклонения и возможного образования, в качестве его завершающего этапа, настоящей «контртрадиции», выражением которой в социальном порядке как раз и стал бы этот извращенный Regnum, смогут, вероятно, способствовать ещё более полному прояснению этой стороны вопроса, которая, даже совершенно абстрагируясь от особого случая «Протоколов», определенно не лишена известного интереса.

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку