Глава III. Теософское общество и розенкрейцерство

Chapitre III La société théosophique et le rosicrucianisme

En 1876, Olcott écrit à Stainton Moses qu’il est « régulièrement inscrit comme novice dans la Fraternité », qu’il a été « longtemps en relations personnelles par correspondance » avec les chefs de celle-ci, et qu’ils lui ont « écrit certaines choses que M^me Blavatsky ne soupçonne même pas qu’il sait ». De quelle « Fraternité » s’agit-il ? Ce n’est sûrement pas la H. B. of L., et ce ne doit pas être non plus l’Arya Samâj, avec lequel, d’ailleurs, l’alliance définitive ne devrait être conclue que l’année suivante ; quant à la fameuse « Grande Loge Blanche » ou « Fraternité du Thibet », il n’en était pas encore question, mais les termes employés étaient assez vagues pour autoriser toutes les confusions ultérieures, volontaires ou involontaires. Dans une autre lettre adressée un peu plus tard au même correspondant, et de laquelle il semble résulter que celui-ci avait accepté d’entrer dans la société à laquelle Olcott appartenait, on lit ceci :

« Je désire que vous demandiez à Imperator, en lui présentant mes compliments, s’il ne pourrait pas faire quelque chose, à la manière psychologique (sic), pour empêcher M^me Blavatsky d’aller dans l’Inde. Je suis très inquiet sur ce point ; je ne puis rien faire moi-même… Les calomnies qui ont circulé en Europe et ici l’ont abattue si profondément… que j’ai peur que nous ne la perdions. Ceci peut être une petite chose pour les spiritualistes, mais c’en est une grande pour nous trois… Demandez à Imperator ce que je suggère… Il semble être un esprit sage, et peut-être en est-il un puissant. Demandez-lui s’il peut et s’il veut nous aider… Il y a ici une M^me Thompson, une veuve riche de sept millions (de dollars), qui cultive le terrain sur lequel marche M^me Blavatsky. Cette dame lui offre argent et tout ce qui s’ensuit pour aller dans l’Inde et lui fournir ainsi une occasion d’étudier et de voir par elle-même… N’oubliez pas Imperator. »^A

M^me Blavatsky n’était donc jamais allée dans l’Inde avant son séjour en Amérique, nous en avons cette fois l’assurance formelle ; mais elle désirait y aller, parce qu’elle éprouvait le besoin « d’étudier et de voir par elle-même », ce qui prouve qu’elle n’était pas très « initiée » et qu’elle n’était pas encore arrivée à posséder un ensemble de convictions bien fixes et bien établies. Seulement, il y avait alors une influence dont Olcott et Stainton Moses se faisaient les agents, et qui était opposée à ce départ de M^me Blavatsky pour l’Inde ; ce n’était donc pas l’influence de l’Arya Samâj, ni d’aucune autre organisation orientale. Maintenant, pourquoi Olcott dit-il : « pour nous trois » ? Lui et son correspondant, cela ne fait que deux ; le troisième semble bien n’être autre que cet Imperator dont il réclame l’appui avec tant d’insistance ; mais qui était cet être mystérieux ? C’était, paraît-il, un « esprit » qui se manifestait dans le cercle dirigé par Stainton Moises et son ami le D^r Speer ; mais ce qui est étrange, et ce qui peut donner la clef de bien des choses, c’est que cet « esprit » se soit attribué le nom ou plutôt le titre d’Imperator, qui est celui du chef d’une société secrète anglaise, l’Order of the Golden Dawn in the Outer (littéralement « Ordre de l’Aube d’Or à l’Extérieur »).

L’Ordre que nous venons de nommer se présente comme une « société d’occultistes étudiant la plus haute magie pratique », et qui « marche en quelque sorte parallèlement au vrai Rosicrucianisme » ; les femmes y sont admises au même titre que les hommes, et la qualité de membre demeure cachée. Il y a trois officiers principaux : l’Imperator, le Præmonstrator et le Cancellarius. Ce même Ordre est étroitement rattaché à la Societas Rosicruciana in Anglia, fondée en 1867 par Robert Wentworth Little ; celle-ci comprend neuf grades, répartis en trois ordres ; ses chefs, qui sont au nombre de trois comme ceux de la Golden Dawn, portent le titre de Mages¹. La Societas Rosicruciana n’admet que des Maçons possédant le grade de Maître parmi ses membres, dont le nombre est limité à cent quarante-quatre, non compris les membres honoraires ; elle possède quatre « Collèges », qui sont établis à Londres, York, Bristol et Manchester. Une organisation similaire existe en Écosse depuis 1877, et une autre branche fut constituée en Amérique en 1880 ; ce sont deux filiales de la société anglaise, dont elles sont cependant administrativement indépendantes.

Dans une lettre adressée au directeur de la revue théosophique Lucifer, en juillet 1889, par le comte Mac-Gregor Mathers, qui était alors secrétaire du Collège Métropolitain de la Societas Rosicruciana et membre du Haut Conseil d’Angleterre, il est dit entre autres choses :

« Cette Société étudie la tradition occidentale… Des connaissances de pratique sont le privilège des plus hauts initiés, qui les tiennent secrètes ; tous les Frères tiennent secret leur grade. La Société Théosophique est en relations d’amitié avec eux… Les étudiants hermétiques de la G. D. (Golden Dawn) Rosicrucienne en sont, pour ainsi dire, les représentants à l’extérieur. »

La publication de cette sorte de manifeste avait pour but principal de désavouer un certain « Ordre de la Rosée et de la Lumière » (Ordo Roris et Lucis), autre société anglaise soi-disant rosicrucienne, dont il avait été question précédemment dans la même revue² ; cette dernière société se trouvait en concurrence directe avec la Golden Dawn et la Societas Rosicruciana, et ses membres, qui étaient spirites pour la plupart, étaient accusés de faire de la « magie noire », suivant une habitude qui est d’ailleurs fort répandue dans les milieux théosophistes, ainsi que nous aurons l’occasion de le voir plus tard. La lettre du comte Mac-Gregor porte les devises suivantes : « Sapiens dominabitur astris. – Deo duce, comite ferro. – Non omnis moriar. – Vincit omnia veritas », dont la dernière, chose curieuse, est également la devise de la H. B. of L., adversaire déclarée de la Société Théosophique et de la Societas Rosicruciana³. Elle se termine par ces mots qui lui confèrent un caractère officiel : « Publié par ordre du Supérieur Sapere Aude, Cancellarius in Londinense », et que suit ce post-scriptum assez énigmatique : « Sept adeptes qui possèdent l’élixir de longue vie, vivent actuellement et se réunissent chaque année dans une ville différente. » L’Imperator de la G. D. était-il l’un de ces « sept adeptes » mystérieux ? C’est bien possible, et il y a même pour nous d’autres indices qui semblent le confirmer ; mais sans doute le « Supérieur Sapere Aude » n’avait-il pas autorisé de révélations plus explicites à cet égard⁴.

L’auteur de la lettre que nous venons de citer, qui est mort il y a quelques années, était le frère aîné d’un autre M. Mac-Gregor, représentant en France de l’Order of the Golden Dawn in the Outer, et également membre de la Société Théosophique. On fit quelque bruit à Paris, en 1899 et en 1903, autour des tentatives de restauration du culte d’Isis par M. et M^me Mac-Gregor, sous le patronage de l’écrivain occultiste Jules Bois^B, tentatives assez fantaisistes d’ailleurs, mais qui eurent en leur temps un certain succès de curiosité. Ajoutons que M^me Mac-Gregor, la « Grande-Prêtresse Anari », est la sœur de M. Bergson ; nous ne signalons d’ailleurs ce fait qu’à titre de renseignement accessoire, sans vouloir en déduire aucune conséquence, bien que, d’un autre côté, il y ait incontestablement plus d’un point de ressemblance entre les tendances du théosophisme et celles de la philosophie bergsonienne. Certains ont été plus loin : c’est ainsi que, dans un article se rattachant à une controverse sur le bergsonisme, M. Georges Pécoul écrit :

« les théories de la Société Théosophique sont si étrangement semblables à celles de M. Bergson qu’on peut se demander si elles ne dérivent pas toutes deux d’une source commune, et si MM. Bergson, Olcott, Leadbeater, M^me Blavatsky et Annie Besant n’ont pas tous été à l’école du même Mahâtmâ, Koot Hoomi ou,.. quelque Autre » ;

et il ajoute :

« Je signale le problème aux chercheurs, sa solution pourrait peut-être apporter un supplément de lumière sur l’origine bien mystérieuse de certains mouvements de la pensée moderne et sur la nature des « influences » que subissent, souvent inconsciemment, l’ensemble de ceux qui sont eux-mêmes des agents d’influences intellectuelles et spirituelles »⁵.

Sur ces « influences », nous sommes assez de l’avis de M. Pécoul, et nous pensons même que leur rôle est aussi considérable que généralement insoupçonné ; du reste, les affinités du bergsonisme avec les mouvements « néo-spiritualistes » ne nous ont jamais paru douteuses⁶, et nous ne serions même nullement étonné de voir M. Bergson, suivant l’exemple de William James, aboutir finalement au spiritisme. Nous avons un indice particulièrement frappant, sous ce rapport, dans une phrase de l’Énergie Spirituelle, le dernier livre de M. Bergson, où celui-ci, tout en reconnaissant que « l’immortalité elle-même ne peut être prouvée expérimentalement », déclare que « ce serait déjà quelque chose, ce serait même beaucoup que de pouvoir établir sur le terrain de l’expérience la probabilité de la survivance pour un temps x » ; n’est-ce pas là exactement ce que prétendent faire les spirites ? Nous avons même entendu dire, il y a quelques années, que M. Bergson s’intéressait d’une façon active à des « expérimentations » de ce genre, en compagnie de plusieurs savants réputés, parmi lesquels on nous a cité le professeur d’Arsonval et M^me Curie ; nous voulons croire que son intention était d’étudier ces choses aussi « scientifiquement » que possible, mais combien d’autres hommes de science, tels que William Crookes et Lombroso, après avoir commencé ainsi, ont été « convertis » à la doctrine spirite ! On ne dira jamais assez combien ces choses sont dangereuses ; ce n’est certes pas la science ni la philosophie qui peuvent fournir une garantie suffisante pour permettre d’y toucher impunément^C.

Pour revenir au Rosicrucianisme, que nous avons vu apparaître ici pour la première fois, et qui a donné lieu à cette digression, nous signalerons qu’Olcott a raconté à plusieurs reprises, dans le Theosophist et dans ses livres, que M^me Blavatsky portait toujours sur elle un bijou de Rose-Croix « qu’elle avait reçu d’un adepte ». Pourtant, quand il était sous l’influence de la H. B. of L., Olcott n’avait que du mépris pour les Rosicruciens modernes :

« La Fraternité (des Rose-Croix), écrivait-il à Stainton Moses en 1875, en tant que branche active de l’Ordre véritable, est morte avec Cagliostro, comme la Franc-Maçonnerie (opérative) est morte avec Wren^D ; ce qui en reste n’est que l’écorce. »

Ici, les mots « branche active de l’Ordre véritable » font allusion à un passage des enseignements de la H. B. of L. dans lequel il est dit que

« le terme de Rose-Croix ne désigne pas l’Ordre tout entier, mais seulement ceux qui ont reçu les premiers enseignements dans son prodigieux système ; ce n’est qu’un nom de passe par lequel les Frères amusent et, en même temps, mystifient le monde ».

Nous n’entendons pas entrer ici dans les controverses relatives à l’origine et à l’histoire des Rose-Croix vrais et faux ; il y a là de véritables énigmes qui n’ont jamais été résolues d’une façon satisfaisante, et sur lesquelles les écrivains qui se disent plus ou moins rosicruciens ne semblent pas en savoir beaucoup plus long que les autres.

En écrivant ces derniers mots, nous pensons notamment au D^r Franz Hartmann, qui joua un rôle important dans la Société Théosophique lorsque son siège eut été transporté dans l’Inde, et avec qui, d’ailleurs, M^me Blavatsky ne semble pas avoir été toujours dans les meilleurs termes, comme nous le verrons à propos de l’affaire de la Société des recherches psychiques. Ce personnage, né en 1838 à Donauwerth, en Bavière, se prétendait rosicrucien, mais d’une autre branche que les sociétés anglaises dont il a été question précédemment ; à l’en croire, il avait « découvert » une Fraternité de vrais Rose-Croix à Kempten, localité célèbre par ses maisons hantées, et où il mourut en 1912 ; à la vérité, nous pensons que ce n’est là qu’une légende qu’il cherchait à accréditer pour donner l’apparence d’une base sérieuse à un certain « Ordre de la Rose-Croix Ésotérique » dont il fut l’un des promoteurs. Ce D^r Hartmann a publié d’assez nombreux ouvrages⁷, qui furent appréciés d’une façon peu bienveillante par les chefs de la Societas Rosicruciana in Anglia, pourtant théosophistes comme l’auteur ; on fut particulièrement sévère pour le livre intitulé Dans le Pronaos du Temple de Sagesse, « contenant l’histoire des vrais et des faux Rosicruciens, avec une introduction aux mystères de la philosophie hermétique », et dédié à la duchesse de Pomar. En 1887, le D^r Hartmann fit paraitre à Boston, centre de la branche américaine de l’Order of the G. D. in the Outer, une sorte de roman ayant pour titre Une aventure chez les Rosicruciens, qui contient la description d’un monastère théosophique imaginaire, supposé situé dans les Alpes ; et l’auteur raconte que ce monastère relève de l’Ordre des « Frères de la Croix d’Or et de la Rose-Croix », et que son chef porte le titre d’Imperator. Cela fait penser à l’ancienne « Rose-Croix d’Or » d’Allemagne, fondés en 1714 par le prêtre saxon Samuel Richter, plus connu sous le pseudonyme de Sincerus Renatus, et dont le chef portait en effet, comme plus tard celui de la Golden Dawn, ce titre d’Imperator, hérité des organisations rosicruciennes antérieures, et qui remonterait même jusqu’à l’origine du monde s’il fallait en croire certains récits légendaires, car on trouve dans le Clypeus Veritatis, qui date de 1618, une liste chronologique des Imperatores depuis Adam ! Ces exagérations et ces généalogies fabuleuses sont d’ailleurs communes à la plupart des sociétés secrètes, y compris la Maçonnerie, où nous voyons aussi le Rite de Misraïm faire remonter ses origines jusqu’à Adam. Ce qui est plus digne d’intérêt, c’est qu’un écrivain occultiste, parlant de l’organisation rosicrucienne de 1714, déclare ceci : « Une tradition dit que cet Imperator existe toujours ; son action serait devenue politique »⁸ ; s’agit-il encore ici du chef de la Golden Dawn ? En effet, la « Rose-Croix d’Or », à la quelle certains ont cru reconnaître déjà un caractère politique, n’existe plus depuis longtemps ; elle fut remplacée en 1780 par les « Frères Initiés de l’Asie », dont le centre fut établi à Vienne, et dont les supérieurs s’intitulaient, par allusion au début de l’Apocalypse, « Pères et Frères des sept Églises inconnues de l’Asie »⁹ ; on ne peut s’empêcher de se demander si les « sept adeptes » du comte Mac-Gregor n’auraient pas été leurs continuateurs. Quoi qu’il en soit, ce qu’il y a de certain, c’est que bien des associations qui prétendent se rattacher au Rosicrucianisme font encore prêter à leurs adhérents un serment de fidélité à l’Imperator.

Le récit romanesque du D^r Hartmann eut une conséquence qui montra que le but de l’auteur n’avait pas été purement désintéressé : en septembre 1889, une société par actions fut constituée en Suisse, sous le nom de Fraternitas, pour réaliser et exploiter l’établissement théosophico-monastique qu’il avait imaginé. Le D^r Hartmann eut pour associés, dans cette affaire, le D^r Thurmann, le D^r A. Pioda et la comtesse Wachtmeister ; cette dernière, dont nous avons eu déjà l’occasion de citer le nom, était une Suédoise, intime amie de M^me Blavatsky. Quant à l’« Ordre de la Rose-Croix Ésotérique », l’autre création du D^r Hartmann, il paraît avoir été en relations suivies avec l’« Ordre Rénové des Illuminati Germaniæ », fondé ou réorganisé par Léopold Engel, de Dresde, et qui a joué un rôle politique extrêmement suspect ; ce dernier Ordre se recommande, comme l’indique son nom, de l’Illuminisme de Weishaupt, auquel ne le rattache cependant aucune filiation directe. Il y eut aussi des rapports certains entre cette « Rose-Croix Ésotérique » et un certain « Ordre des Templiers Orientaux », fondé en 1895 par le D^r Karl Kellner, et propagé surtout, après la mort de celui-ci, survenue en 1905, par Theodor Reuss, un théosophiste que nous retrouverons plus tard ; il semble même que la « Rose-Croix Ésotérique » devint finalement le « cercle intérieur » des « Templiers Orientaux ».

Ces diverses associations ne doivent pas être confondues avec une autre organisation rosicrucienne austro-allemande, de création plus récente, dont le chef est le D^r Rudolf Steiner ; nous aurons à en reparler dans la suite. D’ailleurs, à vrai dire, le Rosicrucianisme n’a plus, à notre époque, une signification bien définie : une foule de gens qui s’intitulent « Rose-Croix » ou « Rosicruciens » n’ont aucun lien entre eux, non plus qu’avec les anciennes organisations du même nom, et il en est exactement de même de ceux qui s’intitulent « Templiers ». Sans même tenir compte des grades maçonniques qui, dans divers rites, portent le titre de Rose-Croix ou quelque autre qui en est dérivé, nous pourrions donner, si ce n’était en dehors de notre sujet, une longue liste de sociétés plus ou moins secrètes qui n’ont guère de commun que cette même dénomination, accompagnée le plus souvent d’une ou de plusieurs épithètes distinctives¹⁰^E. Aussi faut-il toujours bien prendre garde, lorsqu’il s’agit du Rosicrucianisme, comme d’ailleurs lorsqu’il s’agit de la Maçonnerie, de ne pas attribuer à un groupement ce qui appartient à un autre qui peut lui être tout à fait étranger.

A. Nous ne croyons pas nécessaire, à propos de la lettre d’Olcott à Stainton Moses, de nous arrêter à l’objection soulevée par les théosophistes, pour qui elle semble particulièrement gênante, et qui prétendent que « le colonel Olcott reproduit l’idée de M^me Thompson et non celle de M^me Blavatsky » ; cela ne change absolument rien à la chose, et nous ne pouvons que maintenir que cette lettre n’aurait aucun sens si M^me Blavatsky était déjà allée dans l’Inde avant cette époque ; en ce cas, d’ailleurs, Olcott n’aurait pas manqué de faire remarquer à son correspondant que l’opinion de M^me Thompson n’était pas conforme à la réalité.⁠ ↑
1. En 1901, ces chefs étaient : W. Wynn Westcott, Supreme Magus ; J. Lewis Thomas, Senior Substitute Magus ; S. L. Mac-Gregor Mathers, Junior Substitute Magus (Cosmopolitan Masonic Calendar, p. 59).⁠ ↑
2. Lucifer, 15 juin 1889.⁠ ↑
3. La H. B. of L. avait une interprétation particulière du Rosicrucianisme, dérivée principalement des théories de P. B. Randolph et de la « Fraternité d’Eulis ». – Il parut à Philadelphie, en 1882, un ouvrage intitulé The Temple of the Rosy-Cross, dont l’auteur, F. B. Dowd, était un membre de la H. B. of L.⁠ ↑
4. Il a été publié en 1894, sous le nom de « Sapere Aude, Fra. R. R. et A. C. », un ouvrage intitulé La Science de l’Alchimie spirituelle et matérielle, qui contient un assez grand nombre d’erreurs historiques, et une traduction annotée du traité kabbalistique Æsh Mezareph, dans laquelle n’est même pas mentionné le commentaire qu’Éliphas Levi avait fait de ce livre en l’attribuant, assez gratuitement du reste, à Abraham le Juif, l’initiateur supposé de Nicolas Flamel.⁠ ↑
B. Jules Bois était lui-même membre de la Golden Dawn ; compromis pendant la guerre et accusé d’avoir reçu des fonds de la propagande allemande, il resta en Amérique où il était allé faire une tournée de conférences (voir un article intitulé Qu’est devenu Jules Bois ? paru dans Comœdia, 14 septembre 1923), et, il fonda même une société d’études psychiques à New-York ; il est cependant revenu en France en 1927, l’oubli s’étant fait sur beaucoup d’événements qui sont pourtant encore bien récents. – Un autre membre éminent de la Golden Dawn était la comtesse Editha-Lolita de Landsfeldt-Rosenthal, fille naturelle du roi Louis I^er de Bavière et de Lola Montès, filleule du Pape Pie IX, et grande amie de M^me Blavatsky ; elle vécut assez longtemps à Paris, où elle habitait avec M. et M^me Mac-Gregor. Cette dernière, qui maintenant est veuve, s’est retirée à Londres : elle semble d’ailleurs être en assez mauvais termes avec son frère, et elle affecte, nous a-t’on dit, de parler des travaux philosophiques de celui-ci sur un ton quelque peu méprisant.⁠ ↑
5. Les Lettres, décembre 1920, pp. 669-670.⁠ ↑
6. Le Vahan, organe de la section anglaise de la Société Théosophique, a reproduit, avec de grands éloges, des conférences faites par M. Bergson en Angleterre.⁠ ↑
C. Dans un article publié dans le Bulletin Théosophique de janvier-février-mars 1918, M. G. Chevrier semble s’être attaché particulièrement à faire ressortir les affinités du bergsonisme avec le théosophisme.⁠ ↑
D. Christopher Wren, dernier Grand-Maître de l’ancienne Maçonnerie anglaise, mourut en 1702 ; les quinze années qui s’écoulèrent entre cette date et la fondation de la nouvelle Grande Loge d’Angleterre (1717) furent mises à profit par les Protestants pour opérer un travail de déformation qui aboutit à la rédaction des Constitutions publiées en 1723 ; les Rév. Anderson et Desaguliers, auteurs de ces Constitutions, firent disparaître tous les anciens documents (Old Charges) sur lesquels ils purent mettre la main, afin qu’on ne s’aperçût pas des innovations qu’ils introduisaient, et aussi parce que ces documents contenaient des formules qu’ils estimaient fort gênantes, comme l’obligation de fidélité « à Dieu, à la Sainte Église et au Roi », marque incontestable de l’origine catholique de la Maçonnerie. C’est pourquoi Joseph de Maistre écrivait dans son Mémoire au duc de Brunswick (1782) : « Tout annonce que la Franc-Maçonnerie vulgaire est une branche détachée et peut-être corrompue d’une tige ancienne et respectable » ; et la phrase d’Olcott peut faire supposer qu’il avait aussi quelque connaissance de cette déviation, que, pourtant, l’immense majorité des Maçons « modernes » ignorent totalement, même dans les pays anglo-saxons.⁠ ↑
7. Voici les titres de quelques-uns des principaux, en dehors de ceux qui sont indiqués dans le texte : Symboles secrets des Rosicruciens, réédition d’un ouvrage ancien accompagnée de commentaires, publiée à Boston ; La Vie de Jehoshua, le Prophète de Nazareth, « étude occulte et clef de la Bible, contenant l’histoire d’un Initié » ; Magie blanche et noire ; La Science Occulte dans la Médecine ; Les Principes de la Géomancie, d’après Cornélius Agrippa.⁠ ↑
8. Histoire des Rose-Croix, par Sédir, p. 103, note.⁠ ↑
9. Signalons à ce propos une singulière méprise de Papus, qui, ayant trouvé un texte de Wronski où il est fait mention des « Frères Initiés de l’Asie », crut que ce titre désignait une organisation réellement orientale et qu’il s’agissait des « Mahâtmâs », dont il faisait d’ailleurs « un grade supérieur de l’Église Brâhmanique » (Glossaire des principaux termes de la Science Occulte, article Mahâtmâ : Traité méthodique de Science Occulte, p. 1052).⁠ ↑
10. Nous signalerons seulement une de ces sociétés, qui s’intitule A. M. O. R. C. (Ancien Mystic Order of the Rosy-Cross), et qui a été fondée en 1916 « dans le but de sauver la Civilisation » (sic) ; nous avons sous les yeux une circulaire qui annonce qu’une branche française est en formation, et qu’ « un Envoyé spécial viendra des États-Unis en mai (1921) pour donner l’Initiation et ouvrir les travaux » (on nous a dit depuis lors que son voyage n’avait pu avoir lieu). Cette organisation a à sa tête un Imperator, mais qui, naturellement, n’est pas le même que celui de la Golden Dawn : elle n’est pas rattachée au théosophisme, mais nous savons que les théosophistes sont déjà assez nombreux parmi ses adhérents.⁠ ↑
E. L’A.M.O.R.C. ne semble pas avoir eu grand succès en France ; pourtant, son chef vint à Paris en 1927, et il fut même reçu solennellement, le 12 juillet, par le « Grand Collège des Rites », c’est-à-dire le Suprême Conseil du Grand-Orient de France, ce qui est d’autant plus singulier que celui-ci n’a aucune relation avec les organisations maçonniques américaines, qui le regardent comme « irrégulier » ; peut-être l’Ordre rosicrucien en question n’a-t-il lui-même pas plus de « régularité ».⁠ ↑

Глава III Теософское общество и розенкрейцерство

В 1876 г. Олкотт написал Стейнтону Мозесу, что его «приняли в качестве новичка в Братство», с главами которого он «с давних пор состоит в личных отношениях посредством переписки, и что они сообщили ему некоторые вещи, а г-жа Блаватская даже не подозревает, что они ему известны». О каком «Братстве» идёт речь? Это определенно не H. B. of L. и тем более не «Арья самадж», соглашение о сотрудничестве, с которым к тому же было заключено только в следующем году. Что касается знаменитой «Великой белой ложи», или «Тибетского братства», о нем речь ещё не шла, но употребляемые названия были достаточно неопределёнными, чтобы разобраться во всей этой крайней путанице, вольной или невольной. В другом письме, адресованном немного позже тому же самому корреспонденту, и из которого, кажется, следует, что его приняли в члены общества, к которому принадлежал Олкотт, читаем следующее:

«Желаю, чтобы Вы попросили у императора, засвидетельствовав мое ему почтение, не мог бы он сделать что-нибудь, прибегнув к психологическому средству (sic), чтобы помешать г-же Блаватской отправиться в Индию. Меня это очень беспокоит, но я не мог ничего поделать сам. […] Ходящие по Европе и здесь клеветнические слухи привели её в глубокое уныние. И я боюсь, как бы мы её не потеряли. Это, может, не имеет значения для спиритуалистов, но это очень важно для нас троих. […] Попросите у императора о том, что я вам говорю. […] Он, кажется, мудрый дух, и в силах это сделать. Спросите его, может ли он и хочет ли нам помочь. Здесь есть г-жа Томпсон, богатая вдова с капиталом в семь миллионов (долларов), которая имеет общие интересы с г-жой Блаватской. Эта дама предлагает ей деньги и все такое, чтобы поехать в Индию и предоставить ей, таким образом, возможность учиться и увидеть все самой. […] Не забывайте императора»^A.

Итак, г-жа Блаватская никогда не посещала Индию до своего пребывания в Америке, на сей раз мы получили категорическое доказательство этого, но она желала туда поехать, потому что у неё имелась потребность «учиться и увидеть все самой»; это подтверждает, что она ещё не была «посвященной» и не обладала набором твердых и устоявшихся убеждений. В ту пору было только один влиятельный субъект, чьими агентами являлись Олкотт и Стейнтон Мозес; этот субъект возражал против отъезда Блаватской в Индию, но не был связан ни с «Арья самадж», ни с какой-то другой восточной организацией. Далее, почему Олкотт говорит: «для нас троих»? Он и его корреспондент – их только двое, третьим должен быть некий император, обратиться за помощью к которому он так настойчиво рекомендует, но что это за таинственная личность? Это был, по-видимому, дух, который появлялся на собраниях кружка Стейнтона Мозеса и его друга, доктора Шпеера, но интересно (и это может многое объяснить), что этому «духу» приписывается имя или, скорее титул «император», который принадлежит главе тайного английского общества, Order of the Golden Dawn in the Outer (буквально «Орден золотой зари во внешних сумерках»).

Организация, которую мы только что упомянули, представляет себя как «общество оккультистов, изучающих самую высшую практическую магию» и возводит своё происхождение к «подлинному розенкрейцерству». Женщины допускаются туда на тех же основаниях, что и мужчины, а количество членов держится в тайне. Во главе организации стоят трое: император, премонстратор и привратник. Этот же самый орден тесно связан с Societas Rosicruciana in Anglia, обществом, основанным в 1867 г. Робертом Уэнтвортом Литтлом, оно имеет девять степеней, разделенных на три класса. Главы этого ордена, которых также насчитывается трое, как и в Golden Dawn, носят титул Маги¹. Societas Rosicruciana принимает в свои ряды только масонов, имеющих степень мастера, и число его членов ограничено ста сорока четырьмя, не считая почетных членов; общество располагает четырьмя коллегиями в Лондоне, Йорке, Бристоле и Манчестере. Подобная организация существует в Шотландии с 1877 г., и ещё одна ветвь образовалась в Америке в 1880 г., и они представляют собой два филиала английского общества, которые, однако, в административном отношении независимы от него.

В письме, адресованном директору теософистского журнала «Люцифер» в июле 1889 г. графом Мак-Грегором Мазерсом, который в ту пору занимал должность секретаря коллегии Метрополитен, принадлежавшей Societas Rosicruciana, и являлся членом Высшего совета Англии, помимо прочего сказано:

Это общество изучает западную традицию […] Практические знания являются привилегией посвященных самого высокого уровня, которые сохраняют их в тайне; все братья сохраняют в тайне свою степень. Теософское общество поддерживает с ними дружеские отношения […] Изучающие герметизм из розенкрейцерского GD [Golden Dawn – А. И] являются, так сказать, представителями его внешнего круга.

Публикация подобного манифеста имела своей главной целью осудить некий «Орден розы и света» (Ordo Roris et Lucis), другое английское псевдорозенкрейцерское общество, о котором ранее шла речь в том же самом издании², эта последняя организация находилась в прямой конкуренции с Golden Dawn и Societas Rosicruciana, а её члены, в большинстве своем спириты, обвинялись в занятиях «чёрной магией» - в соответствии с привычкой, весьма распространенной, впрочем, в теософистских кругах, как нам ещё представится случай увидеть позже. Письмо графа Мак-Грегора несет следующие девизы: «Sapiens dominabitur astris. – Deo duce, comite ferro. – Non omnis moriar. – Vincit omnia veritas», и последний из них, что любопытно, одновременно является и девизом H. B. of L., объявленного противника Теософского общества и Societas Rosicruciana³. Заканчивается письмо словами, придающими ему официальный характер: «Опубликовано по повелению Высшего Sapere Aude, Привратника Лондонского округа», а за ними следует достаточно загадочный постскриптум: «Семь адептов, которые обладают эликсиром долголетия, живы и по сей день, и собираются каждый день вместе в разных городах». Является ли император GD одним из этих таинственных «семи адептов»? Это вполне возможно, и налицо другие признаки, могущие это подтвердить, но, без сомнения, Высший Sapere Aude не имел полномочий распространяться на этот счет⁴.

Умерший несколько лет назад автор письма, которое мы только что процитировали, был старшим братом другого Мак-Грегора, представлявшего во Франции Order of the Golden Dawn in the Outer, и также бывшего членом Теософского общества. В Париже в 1899 и 1903 гг. много шума наделали попытки реставрации культа Исиды, предпринятые г-ном и г-жой Мак-Грегорами под патронажем писателя-оккультиста Жюля Буа^B, попытки, впрочем, достаточно фантастичные, но вызвавшие в своё время определенный интерес. Добавим, что г-жа Мак-Грегор, «великая жрица Анари», является сестрой Бергсона, впрочем, мы отмечаем этот факт только в качестве дополнительной информации, не делая из этого никаких выводов, хотя, с другой стороны, бесспорно существует немало общего между теософизмом и философией Бергсона. Некоторые заходили ещё дальше: частности, в статье, связанной с темой споров вокруг бергсонианства, Жорж Пекуль пишет:

«учение Теософского общества настолько странным образом сходно с учением Бергсона, что возможно поставить вопрос, а не имеют ли они общий источник происхождения, и не принадлежат ли Бергсон, Олкотт, Ледбитер, г-жа Блаватская и Анни Безант к школе одного и того же махатмы, Кут Хуми или кого-либо другого»,

и добавляет:

«Я отмечаю проблему для исследователей, решение которой могло бы пролить дополнительный свет на весьма таинственное происхождение некоторых течений современной мысли и на природу «влияний», испытываемых теми, кто сами, часто бессознательно, являются проводниками интеллектуальных и духовных влияний»⁵.

Касательно этих влияний мы вполне разделяем мнение Пекуля и полагаем даже, что их роль столь же значительна, сколь и несомненна. Впрочем, мы никогда и не ставили под сомнение сходство бергсонианства с неоспиритуалистическими движениями⁶. Нас бы нисколько не удивило, если бы Бергсон, следуя примеру Уильяма Джеймса, в конце концов увлекся спиритизмом. Мы находим особенно явный признак этого в одном месте из «Духовной энергии», последней книги Бергсона, где он, признавая, что «бессмертие само по себе не может быть доказано экспериментально», заявляет, что «это было бы уже чем-то вещественным, это было бы даже намного серьёзнее, чем установить на основании опыта возможность воскрешения умершего через некоторое время». Разве не на это в точности претендуют спириты? Несколько лет назад до нас дошли слухи, что Бергсон самым активным образом интересуется «экспериментами» этого рода в компании нескольких признанных знатоков, среди которых упомянем профессора д’Арсонваля и г-жу Кюри. Нам хотелось бы думать, что его намерение заключается в том, чтобы изучать эти явления настолько «научно», насколько это возможно, но сколько других людей науки, таких как Уильям Крукс и Ломброзо, начав подобным образом, «обратились» в учение спиритизма! Никогда не лишне повторить, что эти занятия в высшей степени опасны; и ни наука, ни философия не дают человеку достаточных гарантий того, что он может прикасаться к этим вещам безнаказанно^C.

Возвращаясь к теме розенкрейцерства, которая появляется здесь, как мы видели, впервые, и из-за которой мы сделали это отступление, отметим, что Олкотт сообщает несколько раз в «Теософисте» и в своих книгах, что г-жа Блаватская всегда носила украшение с розой и крестом, «которое она получила от одного адепта». Однако, оказавшись под влиянием H. B. of L., Олкотт испытывал только неприязнь к современным розенкрейцерам:

«Братство (розы и креста), – писал он Стейнтону Мозесу в 1875 г., – как живая ветвь подлинного Ордена умерла вместе с Калиостро, так же как франкмасонство (оперативное) умерло с Реном^D; то, что осталось – это только оболочка».

В данном случае слова «живая ветвь подлинного Ордена» содержат намек на место в учении H. B. of L., согласно которому

«термин «роза и крест» обозначают не Орден целиком, но только тех, кто получил начальные знания в его удивительной системе; это название – только дань прошлому, которым братья восхищаются и в то же самое время вводят всех в заблуждение».

Мы не собираемся здесь погружаться в споры касательно происхождения и истории подлинных и ложных розенкрейцеров. Здесь заключены настоящие тайны, которые никогда не были раскрыты удовлетворительным способом, и о которых писатели, в большей или меньшей степени именующие себя розенкрейцерами, кажется, ненамного больше знают, чем остальные.

При этих последних словах на ум сразу приходит д-р Франц Гартман, который играл важную роль в деятельности Теософского общества, когда его штаб-квартира была перенесена в Индию, и с которым, впрочем, г-жа Блаватская всегда находилась в самых тесных отношениях, как мы это увидим, когда коснемся дела Общества психических исследований. Этот персонаж, родившийся в 1839 г. в Донауверте (Бавария), претендовал на то, чтобы именоваться розенкрейцером, но другой ветви, чем английские общества, о которых у нас шла речь прежде; если ему верить, он «обнаружил» подлинное Братство розы и креста в Кемптене, местности, знаменитой своими домами с привидениями, где он сам и скончался в 1912 г. По правде говоря, мы думаем, что это легенда, которая понадобилась ему для того, чтобы придать видимость серьёзной организации некоему «Эзотерическому ордену розы и креста», одним из инициаторов основания которого он сам и был. Этот д-р Гартман был автором достаточно многочисленных работ⁷, которые были неблагосклонно восприняты главами Societas Rosicruciana in Anglia, такими же теософистами, как и он. Особо строго они отнеслись к его книге под заглавием «В преддверии храма мудрости», содержащей историю подлинных и псевдорозенкрейцеров, с введением в тайну философии герметизма, и посвященной герцогине де Помар. В 1887 г. в Бостоне, городе, который является центром американской ветви Order of the Golden Dawn in the Outer, д-р Гартман издал нечто вроде романа под заглавием «Приключение у розенкрейцеров». Это произведение содержит описание воображаемого теософского монастыря, якобы расположенного в Альпах, и автор сообщает, что этот монастырь принадлежит Ордену «братьев золотого креста и розы», и его глава носит титул императора. Это заставляет вспомнить о старом немецком обществе «Роза и золотой крест», организации, основанной в 1714 г. священником из Саксонии Самуэлем Рихтером, более известным под псевдонимом Синсерус Ренатус. Глава этой организации, как позже и глава Golden Dawn, носил этот титул по традиции, унаследованной от предшествовавших розенкрейцерских организаций. Если верить некоторым легендарным рассказам, эта традиция восходит ко временам сотворения мира, так как в Clypeus Veritatis, датируемом 1618 г., содержится хронологический список императоров, начиная с Адама! Такие преувеличения и сказочные генеалогии, впрочем, присущи большинству тайных организаций, включая масонские, и таким же образом Мицраимский обряд возводит своё происхождение к Адаму. Большего интереса заслуживает то, что один оккультный писатель, говоря об основанной в 1714 г. розенкрейцерской организации, заявляет следующее: «Предание гласит, что этот император существует вечно; его деятельность носит якобы политический характер»⁸. Не идёт ли ещё и здесь речь о главе Golden Dawn? На самом деле организация «Роза и золотой крест», политический характер которой некоторые признавали, давно уже не существует, на её место в 1780 г. пришли «Посвященные братья Азии», чей центр был учрежден в Вене и чьи высшие иерархи носили титулы с намеком на начальные строки «апокалипсиса» – «Отцы и братья семи неизвестных церквей Азии»⁹. Может быть, не помешало бы знать, не являлись ли «семь адептов» графа Мак-Грегора их преемниками. Как бы там ни было, точно известно, что большинство обществ, которые претендуют на связь с розенкрейцерством, побуждают своих последователей принести клятву на верность императору.

Роман д-ра Гартмана имел последствие, которое показало, что цель автора не была чисто бескорыстной: в сентябре 1889 г. в Швейцарии было создано акционерное общество под названием Fraternitas, целью учреждения некоего теософского монастыря, как он себе его представлял. В этом деле д-ру Гартману помогали д-р Турман, д-р А. Пиода и графиня Вахтмайстер. Эта последняя, которую мы уже имели случай упомянуть, шведка по национальности, была близкой подругой г-жи Блаватской. Что касается «Эзотерического ордена розы и креста», другого детища д-р Гартмана, он оказался в постоянных связях с «Возрожденным орденом немецких иллюминатов», основанным или реорганизованным Леопольдом Энгелем из Дрездена, и орден этот играл крайне подозрительную политическую роль. Как указывает его название, он возводил своё происхождение к иллюминатству Вейсгаупта, с которым, однако, у него не было никакого родства. Определенные связи существовали между этим «Эзотерическим орденом розы и креста» и неким «Орденом восточных тамплиеров», основанным в 1895 г. д-ром Карлом Кельнером. После его смерти в 1905 г. распространению последней организации способствовал Теодор Ройс, теософист, которого мы встретим позднее. Кажется, что даже «Эзотерический орден розы и креста» стал в конце концов «внутренним кругом» «Восточных тамплиеров».

Эти различные объединения не следует путать с другой розенкрейцерской австро-германской организацией более позднего происхождения, чьей главой является д-р Рудольф Штайнер; о нем мы ещё в свою очередь поговорим. Впрочем, по правде говоря, розенкрейцерство в нашу эпоху уже не имеет строгого определения: множество людей, именующих себя последователями «Розы и креста», или «розенкрейцерами», не имеют никакой связи ни между собой, ни тем более со старинными организациями с тем же названием. Точно также дело обстоит и с теми, кто именует себя «тамплиерами». Даже без учета масонских степеней, которые в различных обрядах носят название «Роза и крест» и какое-либо производное из него, мы могли бы представить, если бы это не выходило за рамки нашего исследования, длинный перечень более или менее тайных обществ, не имеющих ничего общего кроме наименования, к которому чаще всего добавляются один или несколько дополнительных эпитетов¹⁰^E. Также всегда надо остерегаться, когда речь заходит о розенкрейцерстве, как, впрочем, и о масонстве, того, чтобы приписывать одной группе то, что относится к другой, а первой может быть совершенно чуждо.

A. Мы не считаем нужным в связи с письмом Олкотта к Стентону Мозесу останавливаться на возражениях теософов, которым оно кажется особенно неприятным, и которые утверждают, что «полковник Олкотт повторяет мысль г-жи Томпсон, а не г-жи Блаватской», это решительно ничего не значит и мы можем только утверждать, что письмо не имело бы смысла, если бы г-жа Блаватская уже побывала к тому времени в Индии; впрочем, в таком случае Олкотт не преминул бы указать корреспонденту, что мнение г-жи Томпсон ошибочно. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
1. В 1901 г. его главами были: У. Уинн Уэсткотт (верховный маг); Дж. Льюис Томас (старший заместитель мага); С. Л. Мак-Грегор Мазерс (младший заместитель мага). Cosmopolitan Masonic Calendar, стр. 59.⁠ ↑
2. Lucifer, 15 июня 1889.⁠ ↑
3. У H. B. of L. была особая интерпретация розенкрейцерства, берущая начало преимущественно из теорий П. Б. Рандольфа и «братства d’Eules». В Филадельфии в 1882 г. вышел труд под заглавием The Temple of the Rosy-Cross, чей автор, Ф. Б. Дауд, являлся членом H. B. of L. ⁠ ↑
4. В 1894 г. под именем Sapere Aude, Fra R. R. et A. C. был опубликован труд Наука духовной и материальной алхимии (La Science de l’Alchimie spirituelle et matérielle), содержавший достаточно большое количество исторических ошибок, и снабженный комментарием перевод каббалистического трактата «Эш мецареф». В этом труде даже не упоминался комментарий Элифаса Леви на Æsh Mezareph – книгу, достаточно безосновательно, впрочем, приписываемую Аврааму Еврею, предполагаемому наставнику Николя Фламеля.⁠ ↑
B. Жюль Буа сам был членом Golden Dawn; во время войны он навлек на себя обвинение в получении денежные средств от немецких пропагандистских служб; он остался в Америке, отправившись туда с лекционным туром в Америку (см. статью Qu’est devenu Jules Bois? в Comœdia, 14 сентября 1923) и даже основал в Нью-Йорке общество психических исследований; однако он вернулся в 1927 году во Францию, поскольку было решено предать забвению многие отнюдь не давние события. Другим видным членом Golden Dawn была графиня Эдита-Лолита де Ландсфельдт-Розенталь, незаконнорожденная дочь Людвига I Баварского и Лолы Монтес, крестница папы Пия IX и близкая подруга г-жи Блаватской; она довольно долго прожила в Париже, под одной крышей с г-ном и г-жой Мак-Грегор. Последняя, овдовев, переехала в Лондон; видимо, у неё неважные отношения с братом, и, как нам говорили, она отзывается о его философских работах в несколько презрительном тоне. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
5. Les Lettres, декабрь 1920, стр. 669-670.⁠ ↑
6. Le Vahan, печатный орган английской секции теософского общества, опубликовал (с очень хвалебными комментариями) лекции, прочитанные Бергсоном в Англии.⁠ ↑
C. В статье, опубликованной в Bulletin Théosophique за январь-февраль-март 1918 года, г-н Ж. Шеврие, по-видимому, особенно старался подчеркнуть близость бергсониантства и теософизма. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
D. Кристофер Рен, последний Великий Магистр древнего английского Масонства, умер в 1702 году; пятнадцать лет между этой датой и основанием Великой Ложи Англии (1717) протестанты использовали с большой выгодой, потрудившись над деформацией, итогом которой стали редакции Конституций, опубликованные в 1723 году. Их авторы, священники Андерсон и Дезагюлье, позаботились о пропаже всех старых документов (Old Charges), которыми смогли завладеть с тем, скрыть введенные ими новшества, а также потому, что в них содержались формулы, казавшиеся им неприемлемыми: например, обязательство хранить верность «Богу, Святой Церкви и Королю», неоспоримо свидетельствующее о католическом происхождении Масонства. Вот почему Жозеф де Местр писал в «Воспоминаниях» герцогу Брауншвейгскому (в 1782 году): «Всё говорит о том, что вульгарное Франкмасонство представляет собой отделившуюся и, возможно, испорченную ветвь древнего и почтенного ствола». Фраза Олкотта наводит на мысль, что он тоже кое-что знал об этом отклонении; оно, однако, остается неизвестным большинству «современных» масонов, даже в англосаксонских странах. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
7. Вот заглавия нескольких из числа главных, помимо тех, которые упомянуты в тексте: «Тайные символы розенкрейцеров, переиздание старинного труда, сопровождаемое комментариями» (вышло в Бостоне), «Жизнь Иешуа, пророка из Назарета», «Оккультное исследование и ключ к Библии, содержащее историю Посвященного», «Чёрная и белая магия», «Оккультная наука в медицине», «Основы геомантии, согласно Корнелию Агриппе».⁠ ↑
8. Sedir P. Histoire des Rose-Croix, стр. 103, примечание.⁠ ↑
9. Укажем в этой связи на странную ошибку Папюса, который, отыскав текст Вронского, где упоминаются «Посвященные братья Азии», посчитал, что это название означает настоящую восточную организацию, и что речь идёт о «махатмах», которым он приписал, к тому же, «высшую степень брахманической церкви» (Traité méthodique de Science Occulte. Glossaire des principaux termes de la Science Occulte (статья Mahâtmâ), стр. 1052).⁠ ↑
10. Упомянем, всё же, одно из этих обществ, именуемое A.M.O.R.C. (Ancient Mystic Order of the Rosy-Cross) и основанное в 1916 г. «с целью спасения цивилизации» (sic). Мы располагаем циркуляром, в котором сообщается, что «французское отделение общества находится в процессе формирования и что «специальный посланник прибудет из Соединенных Штатов в мае (1921 г.), чтобы дать инициацию и провести официальное открытие» (позже нам сообщили, что эта поездка не смогла состояться). Во главе этой организации стоит император, но, естественно, не тот же, что возглавляет Golden Dawn: это общество не связано с теософизмом, но нам известно, что уже много теософистов стали его членами.⁠ ↑
E. Судя по всему, общество А. М. О. R. С., не имело большого успеха во Франции; и всё же, его глава прибыл в 1927 году в Париж, и даже был торжественно принят «Великой коллегией уставов», то есть Верховным советом великого востока Франции 12 июля, что тем более необычно, что последний не имеет отношения к американским масонским организациям, которые считают его «нерегулярным»; возможно, и вышеупомянутый розенкрейцерский орден не более «регулярен». [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑

Назад Далее

Минский корпус Рене Генона

Chapitre III La société théosophique et le rosicrucianisme

Глава III Теософское общество и розенкрейцерство

Поиск

Минский корпус Рене Генона

Chapitre III La société théosophique et le rosicrucianisme

Глава III Теософское общество и розенкрейцерство

Поиск

Предложить правку