Глава XXVII. Теософистское морализаторство - Минский корпус Рене Генона

Chapitre XXVII Le moralisme théosophiste

Nous avons déjà eu l’occasion d’indiquer que, depuis la mort de M^me Blavatsky, le côté doctrinal du théosophisme avait perdu de son importance au profit du côté moral et sentimental ; ce n’est pas à dire, d’ailleurs, que ce dernier ait été absent à l’origine, puisque la « fraternité universelle » a toujours été le premier des trois buts proclamés par la Société Théosophique. Sous ce rapport, sinon en ce qui concerne la propagande théosophiste proprement dite, c’est M^me Blavatsky elle-même qui avait pris notamment l’initiative d’une action dans certains milieux ouvriers ; voici en effet ce qu’elle écrivait en 1890 :

« À Londres, dans le vrai centre du matérialisme le plus luxueux, nous avons fondé, dans l’East-End, le premier club des Femmes-Ouvrières complètement libre de conditions et croyances théologiques. Jusqu’à ce jour, de pareils efforts ont été sectariens et ont imposé certaines croyances spéciales religieuses ; les nôtres sont basés sur la fraternité humaine seulement, et ne reconnaissent aucune différence de croyance comme barrière »¹.

Il s’agissait donc là, dans la pensée de la fondatrice, d’une concurrence directe aux institutions charitables à caractère confessionnel, et cette concurrence devait être également portée sur d’autres terrains, particulièrement sur celui de l’éducation ; c’est dans ce sens qu’il faut entendre des déclarations comme celle-ci :

« Le devoir de tous les Théosophes, ayant cet objet (de la fraternité universelle) en vue, est de propager une éducation non-sectaire, dans tous les pays et par tous les moyens pratiques »².

Mais, de l’aveu même de nombreux théosophistes aujourd’hui dissidents, les œuvres d’éducation et autres de la Société Théosophique ont pris au contraire, avec M^me Besant, un caractère « sectaire » fort prononcé ; nous croyons d’ailleurs, pour notre part, que cette « évolution » fâcheuse était inévitable, car la Société Théosophique, qu’on le veuille ou non, est une secte comme une autre, et elle l’a toujours été, bien que son allure « pseudo-religieuse » soit certainement allée en s’accentuant. C’est précisément pour donner à leur mouvement le caractère d’une religion tout en assurant cependant que telle n’est point leur intention, que les chefs actuels du théosophisme insistent tant sur le « moralisme », car ils croient, conformément à la conception protestante, que c’est là l’essentiel en toute religion :

« Toutes recommandent les mêmes vertus et condamnent les mêmes vices, dit M. Leadbeater,… et les membres de toutes les religions sont d’accord pour déclarer qu’un homme, pour mériter le nom d’homme de bien, doit être juste, bienveillant, généreux et véridique »³.

C’est avec la même intention que les théosophistes développent surtout aujourd’hui des théories comme celles du « karma » et de la réincarnation, et qu’ils s’étendent complaisamment sur ce qu’elles ont de « consolant »⁴ ; du moins, ce sont eux qui les trouvent telles, tandis que d’autres peuvent les apprécier d’une façon tout opposée : simple différence, au fond, dans les dispositions sentimentales de chacun ; mais l’important quand on veut se rendre compte de la mentalité théosophiste, est de voir combien ce caractère « consolant » contribue à faire accepter des théories comme celles-là, indépendamment de toute justification logique qu’on ne saurait tenter sans quelque imprudence. Dans le fait d’avoir adopté une telle attitude, il y a le signe incontestable d’une faiblesse intellectuelle chez les dirigeants du théosophisme ; mais il y a encore autre chose : c’est la concurrence religieuse qui se poursuit, sous une forme différente de celle qu’elle revêtait au début ; pour rivaliser avec les religions, il fallait bien offrir des avantages comparables à ceux que trouve dans celles-ci le commun de leurs fidèles. Le théosophisme devait donc en arriver tôt ou tard, par la force des choses, à se présenter comme une secte religieuse ; qu’il l’avoue ou qu’il le nie, cela n’y change rien ; et cette secte, si l’on tient compte des origines de ses chefs, devait forcément avoir des tendances analogues à celles des sectes protestantes : c’est ce qui s’est produit effectivement, et ces tendances ont dans la prépondérance du « moralisme » une de leurs manifestations les plus significatives.

Si l’on se reporte à la liste des organisations auxiliaires de la Société Théosophique, que nous avons donnée dans le chapitre précédent, il est facile de se rendre compte que le but déclaré de presque toutes ces associations, en mettant à part celles qui ont un caractère très spécial et ouvertement théosophiste, se rattache à peu près exclusivement à un certain nombre d’idées directrices à base sentimentale : humanitarisme, pacifisme, antialcoolisme, végétarisme, qui sont particulièrement chères à la mentalité essentiellement « moraliste » du Protestantisme anglosaxon. Certains mouvements actuels, certaines campagnes antialcooliques par exemple, ont des dessous fort curieux à étudier ; il serait très instructif d’y suivre, d’une part, l’influence du Protestantisme, et, d’autre part, celle de la Maçonnerie et des sociétés secrètes ; et nous ajouterons que l’étude du mouvement féministe, même en dehors de la « Co-Maçonnerie » dont nous avons parlé, ne serait pas moins intéressante au même point de vue. Nous nous bornerons ici à citer quelques exemples en ce qui concerne l’antialcoolisme et le végétarisme ; il est bien entendu que les organisations que nous allons mentionner n’ont aucun lien direct avec le théosophisme, mais il n’en est pas moins incontestable qu’elles procèdent du même esprit.

Il existe en Amérique^A deux sociétés secrètes, l’une masculine et l’autre féminine, appelées « Fils de Jonadab » et « Filles Unies de Réchab », qui basent leur organisation sur ce verset biblique :

« Nous ne boirons pas de vin, car Jonadab, fils de Réchab, notre père, nous a fait ce commandement, disant : Vous ne boirez pas de vin, ni vous ni vos fils à tout jamais »⁵ ;

aucun membre qui a rompu son engagement ne peut être réintégré par la suite. Une autre association analogue est l’« Ordre des Fils de la Tempérance », qui est réservé aux hommes, mais auquel se joignent celui des « Filles de la Tempérance », pour les femmes, et celui des « Cadets de la Tempérance », pour les jeunes gens. À la question : « Pourquoi cet Ordre possède-t-il des secrets ? », voici la réponse qui est donnée :

« Une ancienne allégorie enseignait que l’Envie et l’Oisiveté se marièrent un jour, et qu’elles eurent un enfant, dont le nom fut Curiosité. Cet enfant vit encore sur la terre, où il est comme une sorte d’être omniprésent qui assure sa subsistance en dérobant un peu à l’un, un peu à l’autre, et quelque chose à tous. C’est pour éviter les trop fréquentes incursions de cette créature indiscrète et importune que les secrets furent introduits dans notre Ordre. »

Nous donnons cette citation parce quelle est assez caractéristique de la mentalité spéciale qui règne dans tous ces groupements ; nous ne croyons pas qu’on ait jamais songé, avant l’époque contemporaine, à former des sociétés secrètes pour des buts aussi puérils. D’autre part, il existe dans la Maçonnerie anglaise des Loges spéciales, dites « Loges de tempérance », dont les membres prennent l’engagement de s’abstenir rigoureusement de toute boisson alcoolique. Enfin, nous signalerons l’« Ordre indépendant des Bons Templiers »^B, autre association d’origine américaine, qui exige aussi le serment formel du secret, sous prétexte d’habituer ses membres à être maîtres d’eux, et qui a de nombreuses attaches avec la Maçonnerie ; à côté des Loges d’adultes, où les membres des deux sexes sont admis à partir de seize ans, cet Ordre possède des Loges enfantines ou « Temples de la Jeunesse ». Il existe plusieurs branches de cette organisation dans divers pays d’Europe : Angleterre, pays scandinaves, Allemagne, Hongrie, Suisse, Belgique et France ; en 1906, le « Grand Chef Templier international » était M. Wawrinski, député au Parlement suédois ; le chef de la branche française est le D^r Legrain, médecin-chef de l’asile de Ville-Evrard⁶.

L’antialcoolisme fait aussi partie des enseignements théosophistes :

« L’alcool, a écrit M^me Blavatsky, est un pire ennemi que la viande pour l’avancement spirituel et moral, car, sous quelque forme que l’on s’en serve, la condition psychique de l’homme en éprouve une influence directe marquée et très nuisible »⁷.

Quant au végétarisme, les raisons pour lesquelles les théosophistes le préconisent sont de différentes sortes ; tout d’abord, on met en avant, là aussi, la question de l’« évolution spirituelle» :

« L’homme qui se nourrit de la chair des animaux absorbe aussi quelques-unes des propriétés de l’animal dont cette chair provient. La Science Occulte enseigne et prouve à ses disciples, par une démonstration oculaire (sic), que l’effet « abrutissant » et « animal » produit sur l’homme par cette nourriture a le plus de force lorsqu’il s’agit de la chair des grands animaux, moins par celle des oiseaux, moins encore par celle des poissons et des autres animaux à sang froid, mais que la nourriture qui a le moins d’influence de ce genre est celle qui provient des végétaux… Nous conseillons réellement, à ceux qui veulent se vouer à une étude sérieuse, de ne prendre que la nourriture qui sera la moins lourde pour leurs cerveaux et pour leur corps et qui contribuera le moins à retarder et à entraver le développement de leur intuition, ainsi que de leurs pouvoirs et de leurs facultés intérieures »⁸.

Comme le montrent ces derniers mots, c’est surtout en vue de certains « entraînements psychiques » que le végétarisme est tout spécialement recommandé, sinon même imposé, aux membres de la « section ésotérique » ; mais, si M^me Blavatsky l’avait réellement cru aussi nécessaire à cet égard qu’elle le prétendait, il est probable qu’elle eût commencé par l’adopter pour son usage personnel, ce qu’elle ne fit jamais ; on ne peut, il est vrai, adresser le même reproche à M^me Besant. Les raisons précédentes sont assurément très discutables, mais, en tout cas, elles sont beaucoup moins ridicules que les considérations sentimentales qu’on y ajoute pour justifier le végétarisme d’une façon plus générale, et qui sont même celles sur lesquelles les théosophistes actuels paraissent insister le plus : nous sommes les frères des animaux, disent-ils, et on ne doit pas dévorer ses frères, même s’ils sont moins « évolués » que nous ; on pourrait leur répondre que, de la façon dont ils comprennent l’évolution, nous sommes aussi les frères des végétaux, voire même des minéraux, de sorte que leur raisonnement, rigoureusement poursuivi et appliqué, nous condamnerait à mourir de faim purement et simplement. Ce n’en est pas moins pour ce motif surtout que la plupart des théosophistes tiennent beaucoup au régime végétarien, auquel ils ajoutent toutefois d’ordinaire le lait et les œufs, qui sont pourtant bien des substances animales ; il est vrai qu’il y a dans le végétarisme plusieurs variétés et plusieurs degrés. Il ne s’agit pas, dans notre pensée, de condamner absolument le végétarisme en lui-même, mais ce qu’on peut dire raisonnablement, c’est que le régime alimentaire doit être uniquement affaire de climat, de race et de tempérament ; Papus a pu écrire très justement qu’« il faut être ignorant comme un théosophiste pour imposer à des Anglais le même régime alimentaire qu’à des Hindous »⁹, et il raconte à ce propos le trait suivant :

« À Londres, dans le quartier général d’une société mystique (la Société Théosophique), nous avons vu deux membres, la comtesse de W… et M^me M…¹⁰, mourant littéralement de faim pour éviter de manger des « êtres vivants », tandis que les fondateurs, sous prétexte de maladie, engouffraient à table de grandes tranches de poisson, suivies de monumentaux plats de riz et de légumes divers. Les dames désiraient avoir des « visions » ; en attendant, elles s’étaient procuré une jolie dose d’anémie cérébrale »¹¹.

Nous avons mentionné, parmi les créations théosophistes, la « Société Végétarienne de France », qui a pour organe la revue Hygie, conjointement avec la « Société Belge pour l’étude de la Réforme Alimentaire » ; il a existé antérieurement une autre publication similaire, intitulée La Réforme Alimentaire, qui se proposait en outre de « combattre la vaccine et les méthodes pasteuriennes ». Sur ce dernier point, nous avons déjà noté l’animosité de la doctoresse Anna Kingsford contre Pasteur, et aussi l’existence, dans l’« Ordre de Service de la Société Théosophique », d’une association anglaise ayant pour but l’« abolition de la vivisection, de la vaccination et de l’inoculation ». Ce sont là des opinions qui peuvent être parfaitement soutenables en elles-mêmes, mais qu’on s’étonne de voir si étroitement mêlées à toutes sortes de niaiseries sentimentales et « humanitaires » (ou mieux humane, comme disent les Anglais, d’un mot qui exprime une nuance à peu près intraduisible), ce qui ne peut que leur faire perdre tout caractère sérieux aux yeux de beaucoup de gens sensés.

Pour le végétarisme, nous pouvons trouver l’occasion de rapprochements tout à fait analogues à ceux que nous avons faits pour l’antialcoolisme ; et, pour commencer, nous dirons que la doctrine antoiniste, dont il a été question au chapitre précédent, recommande également le régime végétarien. D’un autre côté, nous connaissons une société secrète anglaise appelée « Ordre de la Réconciliation » (Order of the Atonement), dont le siège est à Brighton, et qui possède des « Grands Temples » à Paris, à Jérusalem et à Madras ; cette organisation se définit comme « un Ordre strictement templier et végétarien », deux choses entre lesquelles il est assurément difficile d’apercevoir la moindre relation logique ; du reste, on ne s’explique pas beaucoup mieux la dénomination de « Bons Templiers » appliquée à une association antialcoolique. Cet « Ordre de la Réconciliation » prétend tirer son origine « du Temple de Ioua (sic), dans la Cité Sainte », c’est-à-dire du Temple édifié par Salomon à Jérusalem, exactement comme la Maçonnerie ; ses membres prennent l’engagement de consacrer tous leurs efforts à hâter l’avènement de l’« Age d’Or ». Cette dernière expression, qui désigne évidemment ici l’époque où les hommes s’abstiendront de toute nourriture animale, fait penser à une autre association, fondée en Angleterre en 1895, et qui porte précisément le nom d’« Ordre de l’Age d’Or » ; les membres de cette organisation, qui se qualifient modestement de « Chevaliers de la Rédemption », vont beaucoup plus loin que les théosophistes dans le sens d’un strict végétarisme : non seulement ils prescrivent toute substance d’origine animale, mais encore ils sont « fruitariens » et s’abstiennent de tout aliment cuit ; il serait difficile de se montrer plus rigoureux. Cet Ordre, qui exprime son « idéal » en des formules particulièrement pompeuses et déclamatoires, a des adhérents dans l’Amérique du Nord, ce qui n’a rien d’étonnant, et même dans l’Inde ; dans cette dernière contrée, ils se recrutent à peu près exclusivement parmi les Jaïnistes. Le même Ordre compte parmi ses membres les plus éminents le D^r Wu-ting-fang, qui, en Chine, fut ministre dans le gouvernement provisoire révolutionnaire de Sun-yat-sen (qui, après s’être réfugié quelque temps au Japon, s’est fait récemment élire président d’une République chinoise du Sud, et qui, disons-le en passant, est protestant et appartient à la Maçonnerie américaine). Enfin, il revendiquait aussi comme « fruitarien » le président de la République mexicaine Francisco Madero (assassiné en 1913), qui était en même temps un occultiste et un Maçon de haut grade : il y a entre tout cela des relations bien inattendues^C. Mais en voilà assez sur ce sujet, que d’aucuns estimeront peut-être peu sérieux et peu digne de retenir l’attention ; si pourtant nous nous y sommes arrêté, c’est que ces choses, si extravagantes qu’elles soient, sont loin d’être aussi inoffensives et aussi négligeables que pourrait le croire un observateur trop superficiel ; c’est aussi qu’elles montrent assez clairement quels sont les courants de la mentalité moderne auxquels s’apparente le théosophisme, et nous pensons qu’il ne sera pas inutile d’insister encore sur ce dernier point.

1. Lotus Bleu, 7 octobre 1890, p. 237.⁠ ↑
2. La Clef de la Théosophie, p.64.⁠ ↑
3. L’Occultisme dans la Nature, p.379.⁠ ↑
4. Voir par exemple une brochure intitulée À ceux qui souffrent, par M^lle Aimée Blech.⁠ ↑
A. Il n’est pas douteux que les sociétés secrètes américaines que nous avons mentionnées ont inspiré pour une bonne part les campagnes qui ont abouti à l’adoption de lois « prohibitionnistes » presque partout aux États-Unis.⁠ ↑
5. Jérémie, XXV, 6.⁠ ↑
B. La Loge « Terre et Liberté », de l’« Ordre Indépendant des Bons Templiers », se, réunit au « Foyer Végétalien », 40, rue Mathis ; ce « Foyer Végétalien » est qualifié d’« œuvre préservatrice des misères humaines ».⁠ ↑
6. Le D^r Legrain appartient en même temps à la Maçonnerie : il fut, en 1901, vénérable de la Loge La Jérusalem Écossaise.⁠ ↑
7. La Clef de la Théosophie, p. 369.⁠ ↑
8. La Clef de la Théosophie, pp. 367-368.⁠ ↑
9. Traité élémentaire de Magie pratique, p. 128.⁠ ↑
10. La première doit être la comtesse Wachtmeister ; nous ne savons qui est l’autre.⁠ ↑
11. Ibid., pp. 130-131.⁠ ↑
C. Depuis la mort de Sun-yat-sen, ses anciens collaborateurs se sont divisés, et certains d’entre eux sont passés au communisme ; ce qui est curieux, c’est que ceux-là sont pour la plupart protestants aussi, surtout méthodistes, et, de plus, affiliés à l’Y.M.C.A. (voir chapitre XXVIII, 2^e paragraphe), dont le rôle dans les événements qui se déroulent actuellement en Extrême-Orient est assurément fort étrange. – Des organisations secrètes dont nous avons parlé dans ce chapitre, il faut sans doute rapprocher aussi celle qui se désigne par les initiales V. P. A. (Vie Plus Abondante), « Association Cosmopolite, Végétaliste et Occulte », dont le « Gardien » est M. J. Canguilhem, à Bordeaux.⁠ ↑

Глава XXVII Теософистское морализаторство

Мы уже имели случай отметить, что после смерти г-жи Блаватской доктринальная суть теософизма потеряла своё значение в пользу моральной и сентиментальной стороны. Впрочем, не следует думать, что последняя отсутствовала в начале, потому что «всеобщее братство» всегда являлось первой из трёх целей, заявленных Теософским обществом. В этом отношении, не касаясь собственно пропаганды теософизма, именно сама г-жа Блаватская предприняла инициативу деятельности в определённых рабочих кругах. Вот что она написала в 1890 г.:

В Лондоне, в этом подлинном центре цветущего самым пышным цветом материализма, в Ист-Энде, мы основали первый клуб для женщин-работниц, со свободным доступом без всяких условий и различия веры. Вплоть до сего дня подобные попытки предпринимали лишь секты, которые навязывали особые религиозные верования. Наши же основаны исключительно на идее братства людей, не принимая различия в вере в качестве барьера¹.

Итак, по мнению основательницы, речь шла о прямой конкуренции с благотворительными учреждениями, имеющими конфессиональный характер, и эта конкуренция впоследствии распространиться и на другие сферы, в особенности на сферу образования. Именно в этом смысле следует понимать заявления, подобные этому:

Задачей всех теософов, ставящих перед собой эту цель (человеческого братства), является пропаганда образования несектантского характера во всех странах и всеми практическими средствами².

Однако, даже по мнению многих теософистов, ныне ставших диссидентами, образовательные и прочие учреждения Теософского общества при г-же Безант, напротив, приняли отчетливо «сектантский» характер. Впрочем, со своей стороны, мы полагаем, что эта «плачевная» эволюция была неизбежной, так как Теософское общество, хотите ли вы этого или нет, является сектой, подобной другим, и оно всегда было таковым, хотя, конечно, его «псевдорелигиозная» оболочка постоянно усиливалась. Именно чтобы придать своему движению характер религии, продолжая при этом уверять, однако, что это совершенно не входит в их намерения, нынешние лидеры теософистов так увлеклись «морализаторством», ибо в духе протестантизма считают, что оно представляет собой сущность всякой религии. Г-н Ледбитер утверждает:

Все религии превозносят одни те же добродетели и осуждают одни и те же пороки, […] и приверженцы всех религий согласны в том, что человек, чтобы заслужить доброе имя, должен быть справедливым, щедрым и правдивым³.

Именно с этим самым намерением теософисты развивают прежде всего в наши дни теории наподобие «кармы» и реинкарнации и любезно распространяются насчет того, что в них «утешительного»⁴, по крайней мере, того, что они находят таковым, в то время как другие могут оценить это совершенно противоположным образом: в сущности, обычная разница в сентиментальных склонностях людей. Но эта разница важна, если желаешь познакомиться с теософистским образом мышления, важно увидеть, насколько эта «утешительная» природа способствует тому, что люди начинают принимать теории наподобие этих без от каких-либо логических доказательств, попытки привести которые были бы достаточно неблагоразумны. То, что лидеры теософистского движения заняли подобную позицию, является бесспорным признаком их интеллектуальной слабости. Но есть ещё и другая вещь: это конкуренция в религиозной сфере, которая продолжается в форме, отличной от той, в которую она облекалась вначале. Чтобы соперничать с религиями в борьбе за души людей, необходимо было предложить преимущества, сравнимые с теми, которые находят в них большая часть их приверженцев. Поэтому, подталкиваемые силой обстоятельств, теософисты рано или поздно должны были прийти к тому, чтобы оказаться религиозной сектой. Признают ли они или отрицают, ничего не меняет, и эта секта, если принять во внимание происхождение её лидеров, неизбежно обнаружила тенденции, присущие протестантским сектам: именно это в действительности и происходит, и одним из самых значимых проявлений этих тенденций является доминирование «морализаторства».

Если обратиться к списку вспомогательных организаций Теософского общества, который мы привели в предыдущей главе, легко принять во внимание, что цели, декларируемые почти всеми этими ассоциациями, исключая те, которые имеют весьма специфический и открыто теософистский характер, связаны почти всегда с определённым набором направляющих идей, имеющих сентиментальную основу: гуманитаризм, пацифизм, борьба с алкоголизмом, вегетарианство, которые особенно дороги людям с «морализаторским» образом мышления, присущим англосаксонскому протестантизму. Некоторые современные движения, некоторые антиалкогольные компании, например, имеют очень интересную для изучения подоплёку. Было бы очень поучительно проследить в них, с одной стороны, влияние протестантизма, а с другой, масонства и тайных обществ. Добавим, что изучение феминистского движения, даже помимо «сомасонства», о котором мы рассказывали, было бы не менее интересно с этой точки зрения. Ограничимся здесь несколькими примерами того, что касается борьбы с алкоголизмом и вегетарианства. Конечно, организации, о которых у нас пойдет речь, не имеют никакой прямой связи с теософизмом, но тем не менее бесспорно, что они вдохновляются одним и тем же духом.

В Америке^A существует два тайных общества, одно мужское, а другое женское, называемых «Сыны Ионадава» и «Объединенные дочери Рехава». Эти общества основывают свою деятельность на следующем стихе из Библии:

мы вина не пьём, потому что Ионадав, сын Рехава, отец наш, дал нам заповедь; сказав: «не пейте вина ни вы, ни дети ваши, вовеки⁵.

Ни один член, нарушивший свой обет, не может быть заново принят в них впоследствии. Другая похожая ассоциация – это «Орден сынов воздержания», который предназначен для мужчин, но к которому примыкают «Орден дочерей воздержания» для женщин и «Орден отроков воздержания» для молодежи. На вопрос: «Почему у этого Ордена есть тайны?» следует такой ответ:

Древняя притча гласит, что однажды Жизнь и Праздность поженились друг на друге, и у них был ребенок, чьё имя Любопытство. Это дитя ещё живёт на земле, и оно нечто вроде вездесущего существа, поддерживающего своё существование тем, что крадет немножечко у одного, немножечко у другого, и так что-то у всех. И именно чтобы избежать чересчур частных вторжений этого нескромного и надоедливого существа, в нашем Ордене были введены тайны.

Мы приводим эту цитату, потому что она в достаточной мере характеризует тот особый образ мышления, что царит во всех этих обществах. Мы не думаем, что в былые времена кому-либо пришло в голову создавать тайные общества с такими ребячливыми целями. С другой стороны, в английском масонстве существуют особые ложи, именуемые «ложами воздержания», чьи члены берут на себя обязательство строго воздерживаться от употребления любых алкогольных напитков. Наконец, мы назовем также «Независимый орден добрых тамплиеров»^B, другую ассоциацию американского происхождения, который также требует от вступающих строгого обета молчания под предлогом приучить своих членов быть хозяевами самим себе и которые многими нитями связан с масонством. Помимо лож для взрослых, куда лица обоих полов допускаются начиная с шестнадцати лет, у этого Ордена есть молодежные ложи или «Храмы юности». Многочисленные филиалы этой организации существуют в различных странах Европы: Англии, скандинавских странах, Германии, Венгрии, Швейцарии, Бельгии и Франции. В 1906 г. «Великим главой Тамплиеров мира» был г-н Ваврински, депутат шведского парламента; главой французского отделения является д-р Легрен, главный врач приюта Виль-Эврар⁶.

Борьба с алкоголизмом также является частью теософистского учения. Г-жа Блаватская писала:

Для нравственного и духовного развития человека алкоголь ещё хуже мяса, поскольку он во всех его проявлениях оказывает непосредственное, заметное и самое пагубное влияние на психическое состояние человека⁷.

Что касается вегетарианства, то причины, по которым его превозносят теософисты, различны. Прежде всего, на передний план выдвигают тему «духовной эволюции»:

[…] Человек, который питается мясом животных, приобретает также некоторые из качеств животного вида, которому это мясо принадлежит. Более того, Оккультная Наука учит этому и наглядно демонстрирует (sic) это своим ученикам, показывая также, что наибольшее «огрубляющее» или «животное» действие оказывает на человека мясо крупных животных, и что в меньшей степени проявляется оно при употреблении птицы, ещё в меньшей – рыбы и других холоднокровных животных, и менее всего – когда человек питается исключительно овощами […] Тем, кто хочет посвятить себя серьёзным исследованиям, мы советуем режим питания, который будет наименее обременительным для их мозга и тела и как можно меньше замедлять и препятствовать развитию их интуиции, а также их внутренних сил и способностей⁸.

Как явствует из этих последних слов, именно ради неких психических тренировок вегетарианство с особой настойчивостью рекомендуется, если и вовсе не вменяется в обязанность, членам эзотерической секции; однако, если бы г-жа Блаватская в самом деле полагала его столь же необходимым в этом отношении, как она то утверждала, то, весьма вероятно, она начала бы с того, что приняла бы его для своего личного пользования, чего она никогда не делала; справедливости ради следует признать, что подобного упрека нельзя обратить в адрес г-жи Безант. Предшествующие доводы, несомненно, в высшей степени спорны, но, во всяком случае, они куда менее смехотворны, нежели те сентиментальные соображения, кои к ним присовокупляются ради оправдания вегетарианства в более общем смысле, и на каковых современные теософы, по всей видимости, настаивают сильнее всего: мы суть братья животным, говорят они, и не подобает пожирать своих братьев, даже если они менее эволюционировали, нежели мы; на это им можно было бы возразить, что, при их понимании эволюции, мы в равной мере являемся братьями растениям и даже минералам, так что подобное рассуждение, будучи строго продолжено и применено на практике, обрекло бы нас на голодную смерть, чисто и просто. Тем не менее, преимущественно именно по этой причине большинство теософов столь сильно привержены вегетарианскому режиму, к которому они, впрочем, обыкновенно добавляют молоко и яйца, являющиеся, как-никак, веществами животного происхождения; правда, должно признать, что в самом вегетарианстве существуют различные виды и ступени. В наши намерения отнюдь не входит абсолютное осуждение вегетарианства самого по себе, однако то, что можно утверждать со всем основанием, сводится к тому, что режим питания должен оставаться исключительно вопросом климата, расы и темперамента; Папюс совершенно справедливо отмечал, что надлежит быть таким же невеждой, как теософ, дабы навязывать англичанам тот же самый пищевой режим, что и индусам⁹, и в этой связи он приводит следующий случай:

В Лондоне, в штаб-квартире мистического общества (Теософского общества) мы наблюдали двух его членов, графиню W. и г-жу М.¹⁰, буквально умирающих от голода из-за боязни есть «живые существа», в то время как основатели, под предлогом болезни, поглощали за столом огромные куски рыбы вместе с шикарными блюдами из риса и различных овощей. Дамы хотели бы иметь «видения» и в ожидании их они заработали себе изрядную дозу мозговой анемии¹¹.

Среди порождений теософизма мы упомянули «Вегетарианское общество Франции», которое имеет своим органом журнал Hygie, издаваемый им совместно с «Бельгийским обществом изучения реформы питания». Ранее выходило другое подобное издание под названием La Reforme Alimentaire, которое выступало, помимо этого, за борьбу с вакцинацией и «пастеровскими методами». Касательно этого последнего пункта мы уже отмечали враждебное отношение д-ра Анны Кингсфорд к Пастеру, а также существование в рамках «Ордена служения Теософского общества» английской ассоциации, ставшей своей целью «отмену вивисекции, вакцинации и прививок». Перед нами пример мнений, которым самим по себе можно дать совершенное обоснование, но удивительно видеть их так тесно связанными со всеми видами сентиментального и «гуманитарного» вздора (или, лучше сказать, humane, как говорят англичане, используя слово, которое выражает почти непереводимый нюанс), из-за чего все это теряет какой-либо намек на серьёзность в глазах здравомыслящих людей.

Что касается вегетарианства, то мы можем отыскать соответствия, точно такие же, как и те, которые мы находили для борьбы против алкоголизма. Чтобы начать, скажем, что антуанистское учение, о которой шла речь в предыдущей главе, также рекомендует вегетарианский режим питания. С другой стороны, нам известно тайное английское общество, именуемое «Орденом примирения» (Order of the Atonement), чья штаб-квартира находится в Брайтоне и у которого есть «великие храмы» в Париже, Иерусалиме и Мадрасе. Члены этой организации определяют её как «строго тамплиерский и вегетарианский Орден», две вещи, между которыми, конечно, трудно отыскать малейшую связь. Впрочем, не намного легче объяснить название «Добрые тамплиеры» для ассоциации борцов с алкоголизмом. Этот орден претендует на то, что его происхождение восходит к «Храму Ioua (sic) в Святом городе», то есть к Храму, воздвигнутому Соломоном в Иерусалиме, точно также как и масонство. Его члены принимают на себя обет посвятить все их усилия приближению прихода «Золотого века». Это последнее выражение, которое, очевидно, определяет здесь эпоху, в которой люди будут полностью воздерживаться от какой-либо животной пищи, заставляет вспоминать другую ассоциацию, основанную в Англии в 1895 г. и как раз носившую название «Орден золотого века». Члены этой организации, скромно называющие себя «рыцарями искупления», идут значительно дальше строгого вегетарианства: они не только запрещают всякую пищу животного происхождения, но они ещё и фрукторианцы и воздерживаются от всего жареного, трудно было бы отыскать нечто более строгое. Этот орден, который обрисовывает свой «идеал» в особо напыщенных и высокопарных выражениях, имеет своих приверженцев в Северной Америке, в чем нет ничего удивительного, и даже в Индии. В этой стране он находит сторонников почти исключительно среди джайнов. Одним из самых видных его членов является д-р Ву Цин Фан, который в Китае был министром во временном революционном правительстве Сунь Ятсена (который, после того как в течение некоторого времени укрывался в Японии, недавно избрался президентом Южнокитайской республики и который, заметим попутно, является протестантом и принадлежит к американскому масонству). Наконец, он имел среди своих членов бывшего «фрукторианцем» президента Мексиканской республики Франсиско Мадеро (убитого в 1913 г.), который в то же самое время был оккультистом и масоном высокой ступени: между всем этим обнаруживаются самые неожиданные связи^C. Но достаточно на эту тему, которую кое-кто найдет малосерьёзной и не заслуживающей особого внимания. Однако, если мы и остановились на ней, то потому, что эти вещи, какими бы экстравагантными они не были, совсем не так безобидны и жалки, как это могло бы показаться слишком поверхностно смотрящему наблюдателю. К тому же, они достаточно наглядно показывают, что собой представляют течения современной мысли, к числу которых принадлежит и теософизм, и мы полагаем, что будет небесполезным задержаться ещё на этом последнем пункте.

1. Голубой лотос, 7 октября 1890, стр. 237.⁠ ↑
2. La Clef de la Théosophie, стр. 64.⁠ ↑
3. L’Occultisme dans la Nature, стр. 379.⁠ ↑
4. См., например, брошюру Тем, кто страдает м-ль Эме Блеш.⁠ ↑
A. Нет сомнений, что упомянутые американские тайные общества были основным источником вдохновения для кампаний, приведших к принятию «сухого закона» почти на всей территории США. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
5. Иер. 25:6.⁠ ↑
B. Ложа «Земля и свобода» «независимого ордена храбрецов» собирается в «Вегетарианском центре» на улице Матис, 40; этот «Вегетарианский центр» описывается как «дело по охранению человека от страданий». [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑
6. Д-р Легрен одновременно принадлежит к масонским кругам: в 1901 г. он был президентом ложи «Шотландский Иерусалим».⁠ ↑
7. La Clef de la Théosophie, стр. 369.⁠ ↑
8. Там же, стр. 367-368.⁠ ↑
9. Traité élémentaire de Magie pratique, стр. 128.⁠ ↑
10. Первая должна быть графиня Вахтмайстер, кто же вторая, нам не известно.⁠ ↑
11. Там же, стр. 130-131.⁠ ↑
C. После смерти Сунь Ятсена его бывшие соратники разделились, и некоторые из них перешли в коммунизм; любопытно, что большинство последних также являются протестантами, чаще – методисты, и, кроме того, связаны с YMCA (см. гл. XXVIII, второй абзац), роль которой в событиях, происходящих сейчас на Дальнем Востоке, конечно, очень странна. Помимо упомянутых в этой главе тайных организаций, существует также «Ассоциация космополитов, вегетарианцев и оккультистов» (V. P. A. – Vie Plus Abondante [Более изобильная жизнь]), «хранителем» которой является г-н Ж. Кангилем из Бордо. [Примечание ко 2-му изданию.]⁠ ↑

Назад Далее

Минский корпус Рене Генона

Chapitre XXVII Le moralisme théosophiste

Глава XXVII Теософистское морализаторство

Поиск

Предложить правку