Минский корпус Рене Генона

Предисловие

«В исламе, традиция предстоит в двойной сущности, религиозной и метафизической; религиозную сторону доктрины, являющуюся в действительности наиболее внешней, весьма определенно можно квалифицировать как экзотеризм, а метафизическую сторону, образующую её глубинный смысл, которая к тому же рассматривается как доктрина элиты, как эзотеризм. Это различие касается её собственной сути, так как это два облика одной и той же доктрины» –

пишет Генон

Надо добавить, что для Генона эзотеризм повсюду и везде один и тот же, какими бы именами его ни называли в соответствии с разнообразием стран и традиций. Если познание предельной реальности есть конечная цель эзотерического поиска, то используемые методы, хотя они часто и аналогичны, не обязательно будут тождественными; они могут варьироваться так же, как варьируются языки и индивиды. «Разнообразие методов, – написал Генон 3-го октября 1945 года, – отвечает такому же разнообразию индивидуальных доктрин, для которых оно и создано; это есть множественность путей, которые все ведут к единственной цели».

В этой книге мы объединили несколько прежних статей, касающихся суфизма (et-taçawwûf), то есть исламского эзотеризма. Они дополняются не только некоторыми пассажами, отсылающими к разным его работам, например, к «Символизм креста», но также двумя статьями, воспроизведенными в «Символы священной науки»: Тайна буквы nûn и Сайф аль-Ислам («Меч Ислама»).

Первой главой мы дали статью об Исламском эзотеризме, напечатанную в Cahiers du Sud, хотя она более поздняя по дате своей публикации, чем другие, потому что именно она лучше всего проясняет особенности посвящения в исламе, определив фундаментальные понятия тасаввуфа: sharyah (шариат), tarīqah (путь), al-ḥaqīqah, (истина). Первое образует необходимую фундаментальную основу, второе – путь и его средства, третье – цель или окончательный результат. В других главах Генон со своей обычной синтезирующей ясностью представляет, что такое tawhid, единство, и faqr, бедность, а также «нужда», (имеется в виду – в Боге), и приводит примеры традиционных наук в связи с ангелологией арабского алфавита, хирологией и наукой о буквах (ilmûl-hūrûf).

Рене Генон постоянно говорил, а именно, в «Заметки об инициации», «Царство количества и знамения времени» и в Инициация и духовная реализация, о том, что называется «контр-посвящением» и «псевдо-посвящением». Арабские авторы тоже рассматривали этот вопрос по поводу awliyâ es-shaytân, («подручные Сатаны») и по поводу «ложных суфиев», которые суть «как волки среди людей», говорит один из них.

Абу Исхак Ибрахим аль-Хольвани однажды спросил у Хусейна ибн Мансур аль-Халладж о том, что тот думает об эзотерическом образовании (madhab al-bâtin). Аль-Халладж ему отвечал: «О каком ты хочешь говорить? Об истинном или о ложном? (bâtin al-bâtil aw bâtin al-haqq). Если речь идёт об истинном эзотеризме, то экзотерический путь (shariyah) есть его внешний аспект, и тот, кто ему поистине следует, открывает его внутренний аспект, который есть не что иное, как постижение Аллаха (marifah billah); что касается ложного эзотеризма, то его внешние и внутренние аспекты оба являются, как тот, так и другой, двумя самыми ужасными и отвратительными. Держись от них поэтому в стороне».

Генон говорит также нечто подобное:

Когда кто-то представляется духовным учителем без прикрепления к определённой традиционной форме или не согласуется с правилами, установленными ею, то он не может обладать на самом деле качеством, присваиваемое им; это может быть либо вульгарный обманщик или «иллюзионист», не ведающий ничего о реальных условиях Посвящения; и в этом последнем случае, ещё более чем в других, надо с уверенностью полагать, что, в конечном счете, он есть весьма часто не что иное, как инструмент на службе чего-то, о чем он сам, возможно, и не подозревает»1.

Последняя глава посвящена даосизму и конфуцианству. В ней показывается, что разница между эзотеризмом и экзотеризмом встречается также и в нерелигиозных формах Традиции. И это нормально, поскольку речь здесь идёт о различии по природе, и даже по самой глубинной природе, как для ритуалов, так и для чего-то иного.

Гораздо более ранняя, чем последняя книга, опубликованная при его жизни, – «Великая триада», – в которой он больше говорит о китайской цивилизации, эта статья содержит значительные и весьма интересные размышления. Генон там действительно заявляет, что каковы бы ни были циклические условия, которые могут повлечь за собой более или менее полное исчезновение внешнего аспекта китайской традиции, эзотеризм же, то есть даосизм, никогда не умрет, потому что по самой своей сущностной природе он вечен, то есть он вне временных условий.

Точно так, как было сделано в других изданных посмертно сборниках, представленных читателям ранее: «Очерки о франкмасонстве и компаньонаже», «Заметки об индуизме», «Традиционные формы и космические циклы», «Теософизм», – здесь, в этом издании, добавлены несколько отчетов о книгах и журналах, в которых Генон дает интересные уточнения относительно традиционной ортодоксии.

Роже Маридор

Февраль, 1973

  1. 1. «Инициация и духовная реализация»; глава об «Истинных и ложных духовных учителях», стр. 144-145.⁠ 

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку