Глава X Границы необозримого
Хотя мы говорили об иерархии индивидуальных способностей, важно никогда не упускать из виду, что все они включены в протяженность одного и того же состояния тотального существа, то есть в горизонтальную плоскость геометрического представления существа, как мы изложили это в предыдущем исследовании, тогда как иерархия различных состояний отмечается их надстраиванием в направлении вертикальной оси того же самого представления. Следовательно, первая из этих двух иерархий, строго говоря, не занимает никакого места во второй, поскольку вся она сводится в ней к одной точке (точке пересечения вертикальной оси с плоскостью, соответствующей рассматриваемому состоянию); иными словами, различие индивидуальных модальностей, относящееся только к смыслу «широты», строго равно нулю в смысле «восхождения»1.
Не следует забывать, с другой стороны, что «широта» в интегральном расширении существа является необозримой, так же как и вертикальное «восхождение». Это позволяет говорить нам о необозримости возможностей каждого состояния, разумеется, чтобы эта необозримость ни в коем случае не была интерпретирована как предполагающая отсутствие границ. Мы уже выше достаточно ясно объяснили это, устанавливая различие бесконечного и необозримого, но здесь мы можем обратиться к геометрическому изображению, о котором мы ещё не говорили: в какой-нибудь горизонтальной плоскости границы необозримого отмечаются кругом-границей, которому некоторые математики дали наименование, впрочем, абсурдное, «бесконечной прямой»2, и этот круг не замкнут ни в одной из своих точек, будучи большим кругом (сечением диаметральной плоскостью) необозримого сфероида, развертывание которого включает интегральность всей протяженности, представляя тотальность существования3. Если теперь мы рассмотрим индивидуальные модификации в их плоскости, отправляющиеся от какого-нибудь замкнутого круга с внешней по отношению к центру стороны (то есть без отождествления с ним, следуя по центростремительному радиусу) и бесконечно продолжающиеся в колеблющемся модусе, то их прибытие к кругу-пределу (следуя центробежному радиусу) соответствует максимуму рассеяния, но в то же время с необходимостью является остановкой центробежного движения. Это движение, необозримое во всех направлениях, представляет собой множественность частных точек зрения вне единства центральной точки зрения, из которой они все происходят, как лучи, эманирующие из общего центра, который тем самым образует их сущностное и фундаментальное единство, но не реализованное актуально по отношению к их пути постепенной экстериоризации, случайной и многообразной в необозримости проявления.
Мы говорим здесь об экстериоризации, располагаясь на точке зрения самого проявления; но не надо забывать, что всякая экстериоризация как таковая является по существу иллюзорной, поскольку, как мы уже сказали выше, множественность, которая содержится в единстве, не затрагивая его, никогда не может реально выйти из него вовне, что предполагало бы «деформацию» (в этимологическом смысле слова), и потому противоречило бы принципиальному постоянству4. Бесчисленное множество частных точек зрения, которые являются всеми модальностями одного существа в каждом из его состояний, суть лишь множество фрагментарных аспектов центральной точки зрения (впрочем, фрагментация также совершенно иллюзорная; в реальности, существо сущностно остается неразделимым именно потому, что единое существует без частей), и с центральной и принципиальной точки зрения их «реинтеграция» в единое есть, собственно говоря, «интегрирование» в математическом смысле этого термина: она не может выражать, что элементы в некий момент могли бы на самом деле быть временно отделенными от их суммы или считаться таковыми вне рамок простой абстракции. Правда, эта абстракция не всегда осуществляется сознательно, потому что она есть необходимое следствие ограничения индивидуальных способностей в той или иной специальной модальности, единственной модальности, актуально реализованной существом, которое располагается на той или иной частной точке зрения, о которых здесь идёт речь.
Эти несколько замечаний могут помочь в понимании того, как надо рассматривать границы необозримого, и той причины, по которой их реализация служит важным фактором действенного объединения существа5. Впрочем, надо признать, что даже их простое теоретическое постижение не происходит без некоторых затруднений; естественно, так и должно быть, потому что необозримое есть как раз то, пределы чего отодвинуты настолько далеко, что мы теряем их из виду, то есть до такой степени, что они ускользают от наших способностей, по крайней мере, при их обычном употреблении. Но эти способности сами подвержены необозримому расширению, и необозримое превосходит их не в силу самой их природы, а только в силу фактического ограничения, объясняющегося имеющим место в настоящее время уровнем развития большинства человеческих существ, так что такого рода постижение вовсе не невозможно, хотя, стоит оговориться – оно все равно не позволит выйти из порядка индивидуальных возможностей. Как бы то ни было, чтобы сделать самые значительные уточнения в этом отношении, надо было бы рассматривать конкретно, на примерах, особые условия определённого состояния существования или, для ещё большей точности – особые условия некой одной определённой модальности, такой, какая образует телесное существование. Однако этого мы не можем сделать в границах данного исследования. Следуя нашим принципам изложения материала мы к данному вопросу ещё вернемся – речь идёт об отдельной работе, которую мы предполагаем посвятить целиком этому предмету – условиям телесного существования.
- 1. О значении этих терминов, заимствованных из исламского эзотеризма, смотрите «Символизм креста», стр. 32-33. ↑
- 2. Это наименование происходит оттого, что круг, радиус которого полагается бесконечным, имеет своим пределом прямую. В аналитической геометрии уравнение круга-предела, о котором идёт речь и который является местом необозримо удаленным от центра (начала осей координат) точек, в действительности превращается в уравнение первой степени, как у прямой. ↑
- 3. См.: «Символизм креста», гл. XX. ↑
- 4. О различении понятий «снаружи» и «внутри» и границах, в которых они значимы, см. там же, стр. 205-206. ↑
- 5. Это надо сопоставить со сказанным нами в другом месте относительно того, что в полноте расширения, достигается совершенная однородность, и наоборот, предел отличия реализуется только в предельной универсальности. См.: «Символизм креста» ↑