Минский корпус Рене Генона

Глава VII Объяснение феноменов

Хотя в наши намерения не входит специальное изучение феноменов спиритизма, мы должны поговорить по крайней мере вкратце об их объяснении, хотя бы для того, чтобы показать, что вполне можно обойтись без гипотезы спиритов, прежде чем привести против неё более решительные доводы. Заметим, впрочем, что мы собираемся следовать в этом вовсе не логическому порядку: помимо любых соображений, связанных с феноменами, имеются вполне достаточные основания, чтобы отвергнуть совершенным образом гипотезу, о которой идёт речь. После того как её невозможность установлена, необходимо, даже если нет любого другого готового объяснения феноменов, решиться отыскать его. Только образ мышления нашей эпохи, будучи прежде всего обращен к экспериментальной стороне, будет лучше подготовлен во многих случаях признать, что теория является невозможной, и исследовать без предвзятого мнения представленные доказательства этого, если вначале ему показали, что она является бесполезной и что существуют другие теории, годные для того, чтобы заменить её наилучшим образом. С другой стороны, важно сразу сказать, что многие факты, о которых идёт речь, если не все, нисколько не принадлежат к области обычной науки, не могут войти в узкие рамки, установленные для неё современными людьми, и в особенности совершенно находятся все сферы физиологии и классической психологии, в противоположность тому, что думают некоторые психисты, крупно заблуждающиеся в этом отношении. Не испытывая никакого уважения к предрассудкам официальной науки, мы нисколько не считаем, что нам следует извиняться за явную необычность некоторых последующих размышлений. Но уместно предупредить тех, кто благодаря приобретенным привычкам могли бы найти их чересчур странными. Все это, скажем ещё раз, нисколько не означает, что мы придаем психическим феноменам хоть в малейшей степени «трансцендентальный» характер. Впрочем, любой феномен, какого бы рода он не был, сам по себе не имеет такого характера, но это не препятствует тому, что есть немало феноменов, ускользающих от методов современной западной науки, которая не столь «продвинута», как верят её почитатели, или по крайней мере является таковой лишь касательно некоторых очень особых моментов. Даже магия, поскольку она является экспериментальной наукой, не содержит совершенно ничего «трансцендентального». Что может рассматриваться в качестве такового, так это «теургия», создаваемые которой эффекты, даже когда они напоминают эффекты магии, совершенно отличаются в отношении своей причины, и именно причина, а не производимый ею феномен, принадлежит в таком случае к трансцендентальному порядку. Позволим себе, чтобы дать лучшее понимание, заимствовать здесь аналогию у католической доктрины (мы говорим только об аналогии, а не об отождествлении, не вставая на теологическую точку зрения): существуют феномены, совершенно сходные внешне, которые были зафиксированы у святых и у колдунов. Между тем, совершенно очевидно, что только в первом случае можно приписывать им «чудесный» и в сущности «сверхъестественный» характер. Во втором случае они могут самое большое быть названными нарушающими законы природы. Если однако феномены одни и те же, то дело, стало быть, в том, что различие присутствует не в их природе, а исключительно в их причине, и лишь благодаря «способу» и «обстоятельствам» такие феномены обретают их сверхъестественный характер. Само собой разумеется, когда речь идёт о психизме, никакая трансцендентальная причина не имеет к этому отношения, рассматриваются ли феномены, вызываемые обычно спиритами-практиками, или магнетические и гипнотические феномены, или все те, которые им более или менее родственны. А значит, нам не следует беспокоиться здесь о вещах трансцендентного уровня, и стоит ли говорить, что есть вопросы, как, например, вопрос о «мистических феноменах», могущие оставаться целиком вне объяснений, которые мы рассмотрим. С другой стороны, нам не следует исследовать все психические феномены без разбора, но только имеющие какую-либо связь со спиритизмом. Хотя мы могли бы среди этих последних оставить в стороне те, которые, как уже упомянутые нами феномены «инкарнации» или феномены, производимые «медиумами-целителями», сводятся на самом деле или к внушению, или к магнетизму в собственном смысле этого слова, потому что очевидно, что они в достаточной мере поддаются объяснению помимо гипотезы спиритов. Мы не хотим сказать, что не существует никакой трудности в объяснении явлений этого порядка, но спириты всё-таки не могут претендовать на присвоение всей сферы гипнотизма и магнетизма. Впрочем, возможно, что эти явления, сверх того, можно чуть прояснить при помощи указаний, которые мы дадим по поводу остальных.

После этих общих наблюдений, необходимых для того, чтобы поставить и разграничить вопрос, как он должен быть, мы можем напомнить главные теории, которые были предположены для объяснения феноменов спиритизма. Существует их достаточно большое число, но д-р Жибье счел возможным свести их к четырем типам1. Его классификация не без недостатков, даже напротив, но она может послужить нам отправной точкой. Первая, которую он называет «теорией коллективной сущности», обозначается так:

Особый флюид отделяется от личности медиума и соединяется с флюидом присутствующих, чтобы образовывать новое, временное действующее лицо, независимое в определённой степени и производящее известные феномены.

Затем идёт «демоническая» теория, согласно которой «все производится дьяволом или его сообщниками», и которая сводится в итоге к отождествлению спиритизма с колдовством. На третьем месте теория, которую д-р Жибье странным образом называет «гномической», согласно которой

существует категория существ, нематериальный мир, живущих рядом с нами и проявляющих своё присутствие в определённых условиях: именно эти существа были во все времена известны под названиями гениев, фей, сильванов, домовых, гномов, эльфов и т. д.»

Нам известно, почему он выбрал гномов, а не кого-либо другого, для того, чтобы дать обозначение этой теории, с которой он связывает теорию теософистов (ошибочно приписывая её буддизму), относящую феномены на счет «элементалов». Наконец, существует теория спиритов, согласно которой

все эти явления обязаны духам или душам умерших, вступающим в контакт с живыми, проявляя свои способности или свои недостатки, своё превосходство или, напротив, своё более низкое положение, точно также как если бы они ещё были живы

Каждая из этих теорий, за исключением теории спиритов, которая одна является абсурдной, может содержать часть истины и в действительности объяснять, правда, не все феномены, а некоторые из них. Ошибка приверженцев этих теорий заключается прежде всего в том, что они чересчур исключительны и хотят все сводить к одной единственной теории. Что касается нас, то мы даже не думаем, что все феномены без исключения следует с неизбежностью объяснять одной или другой из только что перечисленных теорий, так как этот список содержит пропуски и путаницу. К тому же, мы не принадлежим к числу тех, кто считает, что простота объяснения является несомненной гарантией его истинности. Конечно, можно хотеть, чтобы дело обстояло именно таким образом, но вещи нисколько не обязаны соответствовать нашим желаниям, и ничто не свидетельствует в пользу того, что они должны быть упорядочены точно таким образом, который был бы наиболее удобен для нас и больше всего подходил, чтобы облегчить наше понимание. Такой «антропоцентризм», присущий взглядам многих ученых и философов, по-настоящему предполагает наличие весьма наивных заблуждений.

«Демоническая» теория особенно способна ввергнуть в ярость спиритов, также как и «сциентистов», так как и одни и другие открыто и одновременно заявляют, что они не верят в демонов. Что до спиритов, то кажется, что в «невидимом мире» не должно быть ничего другого, кроме человеческих существ, что является самым неправдоподобно произвольным ограничением, которое можно вообразить. Так как нам нужно будет объяснить далее, что такое «сатанизм», в данный момент мы не будем останавливаться на этом. Мы только отметим, что возражения против этой теории, с которыми оккультисты выступают почти не в меньшей степени, чем спириты, понятны гораздо менее со стороны оккультистов, допускающих вмешательство достаточно разнообразных существ, что свидетельствует о менее ограниченном характере их представлений. С этой точки зрения «демоническую» теорию можно было бы объединить определённым образом с той, которую д-р Жибье называет «гномической», потому что и в одной, и в другой речь идёт о деятельности, осуществляемой существами нечеловеческой природы. Ничто не препятствует в принципе не только тому, что такие существа есть на самом деле, но и тому, что они являются столь разнообразными, сколь это возможно. Несомненно, что почти у всех народов и во все времена ходила молва о существах наподобие тех, о которых упоминает д-р Жибье, и это должно было иметь под собой основания, так как, какие бы названия им не давались, рассказы об их образе действия обнаруживают поразительное совпадение: только мы не думаем, что они когда-либо рассматривались как в сущности «нематериальные», и к тому же вопрос в этом отношении не вставал точно таким же образом для древних, как для современных людей, поскольку сами представления о «материи» и «духе» значительно поменяли своё значение. С другой стороны, манера, в которой эти существа персонифицируются, связана прежде всего с народными представлениями, скорее скрывающими истину, нежели чем её выражающими и соответствующими скорее являющейся видимости, чем глубокой реальности, и именно в подобном «антропоморфизме» совершенно экзотерической природы можно упрекнуть также теорию «элементалов», которая в самом деле берет начало от предшествующей теории, являясь, если угодно, её модернизированной формой. На самом деле, «элементалы» в первом значении этого слова являются ничем иным, как «духами стихий», разделяемых древней магией на четыре категории: саламандры или духи огня, сильфы или духи воздуха, ундины или духи воды, гномы или духи земли. Конечно, это слово «духи» вовсе не использовалось здесь в том значении, которое ему здесь придают спириты, но оно обозначало тонкие сущности, наделенных только временным существованием и не имеющих, как следствие, ничего «духовного» в значении современной философии, к тому же здесь перед нами лишь экзотерическое отображение теории, к истинному смыслу которой мы вернемся впоследствии. Теософисты придавали значительную важность «элементалам»; в другом месте мы утверждали, что г-жа Блаватская, вероятно, обязана этой идеей Джорджу Г. Фельту, члену ГБЛ, приписывавшему её, впрочем, совершенно беспричинно древним египтянам. Впоследствии эта теория более или менее распространялась и изменялась как самими теософистами, так и французскими оккультистами, которые очевидно заимствовали её у теософистов, продолжая утверждать, что ничем им не обязаны. Впрочем, данная теория принадлежит к числу тех, на которые у этих школ никогда не было устойчивых взглядов, и нам не хотелось бы обременять себя согласованием всего, что было сказано об «элементалах». Основная масса теософистов и оккультистов ограничивается самыми грубыми антропоморфическими представлениями, но есть среди них такие, которые бы хотели придать этой теории более «научный» вид, и которые, испытывая совершенный недостаток в традиционных знаниях, чтобы вернуть ей её изначальный эзотерический смысл, просто-напросто приспособили её к современным идеям или к причудам их собственной фантазии. Таким образом, одни попытались отождествить «элементалов» с монадами Лейбница2, а другие свели их не более чем к «бессознательным силам», как Папюс, для которого они являются, кроме того, «кровяными тельцами» вселенной3 или даже к простым «центрам сил» и одновременно «потенциальностям существ»4, а другие ещё увидели в них «эмбрионы животных и человеческих душ»5. Среди них есть также некоторые, которые в совершенно ином смысле довели путаницу до того, что отождествили их с «духовными иерархиями» иудейской каббалы, из чего следовало бы, что под этим названием «элементалы» надо понимать ангелов и демонов, благодаря чему, как утверждается, они таким образом «теряют свой несерьёзный характер»!6 Что особо несерьёзно, так это данное соединение несвязных представлений, являющееся обыкновением у оккультистов. Те представления, в которых содержится что-либо истинное, не являются их собственностью, но это древние представления, более или менее неверно истолкованные, и оккультисты, кажется, взяли своей задачей, без сомнения, невольно, смешивать все представления, вместо того чтобы прояснить и упорядочить их.

Пример этих неверных истолкований нам уже показала теория «астральных скорлуп», которую д-р Жибье совершенно забыл, составляя свой список, и которая является ещё одним заимствованием, сделанным оккультистами у теософистов. Так как мы установили выше подлинный смысл того, искажением чего она является, мы не будем к этому возвращаться, но напомним, что только в указанной нами тогда манере можно допустить в отношении некоторых феноменов вмешательство умерших, или скорее иллюзию вмешательства умерших, поскольку их реальное существо никоим образом не вовлечено сюда и никак не затрагивается этими проявлениями. Что касается теории «элементариев», в отношении которой оккультизм и теософизм не отличаются друг от друга более явно, чем в отношении предыдущих, она кажется крайне неустойчивой, сливаясь порой с теорией «скорлуп», в иных случаях и чаще всего доходя до отождествления её с самой гипотезой спиритов, на которую она накладывает только некоторые ограничения. С одной стороны, Папюс писал следующее:

«То, что спириты называют духом, «Я», оккультисты именуют элементарием, астральной скорлупой»7.

Мы не можем считать, что он был искренен, делая это отождествление, неприемлемое для спиритов, но продолжим:

Низшие принципы, озаряемые разумом человеческой души (с которой у них только «флюидическая связь») образуют то, что оккультисты называют элементарием, плывущим вокруг земли в невидимом мире, в то время как высшие принципы развиваются на другом плане ˂…˃ В большинстве случаев являющийся на сеанс дух это элементарий вызываемой личности, то есть существо, унаследовавшее от покойного только инстинкты и память о земных вещах8.

Это достаточно ясно, и если существует разница между, собственно говоря, «скорлупой» и «элементарием», то она заключается в том, что первое является буквально «астральным трупом», в то время как второе, как предполагается, сохраняет ещё «флюидическую связь» с высшими принципами. Заметим попутно, что это кажется подразумевает, что все составные части человеческого существа должны располагаться где-либо в пространстве; оккультисты с их «планами» используют для отображения реальности достаточно грубую картинку. Но, с другой стороны, только что приведенные нами утверждения не препятствуют тому же самому автору в других местах своего труда называть «элементариев» «существами, обладающими волей и сознанием», представлять их как «нервные клетки вселенной» и утверждать, что именно они являются несчастными жертвам галлюцинаций и колдовства в образе дьявола, с которым (sic) заключают договоры9. Эта последняя роль, впрочем, чаще приписывается оккультистам «элементам». А в ещё одном месте Папюс уточняет, что «элементарий» (и здесь он утверждает, что этот термин, в котором нет ничего древнееврейского, принадлежит к каббале) образуют: бессмертный дух как высшая часть, астральное тело (его верхний уровень) как средняя часть и оболочка в виде низшей части»10. Итак, это якобы и есть, согласно этой новой версии, подлинное и полное человеческое существо, имеющее такой состав на протяжении более или менее длительного времени своего пребывания на «астральном плане». В этом-то и заключается мнение, которое доминировало среди оккультистов, также как и среди теософистов, и одни и другие доходили до достаточно общего признания, что это существо может быть вызываемо, до тех пор пока оно находится в этом состоянии, то есть на протяжении периода, за который оно переходит от «физической смерти» к «астральной смерти». Только добавляют, что «развоплощённые», которые наиболее охотно появляются на спиритических сеансах (исключение делается для «умерших возлюбленных»), это люди самой низкой природы, а именно пьяницы, колдуны и преступники, а также те, кто погиб насильственной смертью, прежде всего самоубийцы. И именно как раз для этих низших существ, контакт с которыми считается очень опасным, некоторые теософисты сохраняют название «элементарии». Спириты, которые совершенно не согласны со всеми теориями, о которых до сих пор шла речь, кажется, не склонны особо оценивать эту уступку, тем не менее очень серьёзную, и это в итоге понятно: они вполне сами признают, что существуют «злые духи», вмешиваются в ход их сеансов, но если бы на них были только они, то лишь следовало бы тщательно воздерживаться от практик спиритизма; именно это советуют лидеры оккультистов и особенно теософистов, будучи не в состоянии в этом отношении услышать определённую категорию своих приверженцев, для которых всё то, что является «феноменом», каковым бы оно не было его качество, обладает непреодолимой притягательностью.

Теперь мы переходим к теориям, объясняющим феномены действиями живых человеческих существ. Д-р Жибье достаточно неясно объединил эти теории под названием, неподходящим для некоторых из них, «теории коллективного существа». По-настоящему заслуживающая этого названия теория в действительности примыкает к другой, с которой она необязательно составляет единое целое и которую иногда называют «анимистской» или «виталистской» теорией. В её самой общей форме, находящей, впрочем, выражение в определении, данном д-р Жибье, её можно было ещё назвать «флюидической» теорией. Эта теория исходит из того, что в человеке есть нечто, способное экстериоризироваться, то есть выходить за пределы тела, и многие установленные факты склонны подтверждать, что это в действительности так. Напомним только опыты полковника Роша и различных других психистов по «экстериоризации чувственного восприятия» и «экстериоризации двигательных функций». Признание этого очевидно не подразумевает принадлежности к какой-либо школе. Но некоторые испытывали потребность представить себе это «нечто» в образе «флюида», который они именуют то «нервным флюидом», то «витальным флюидом». Это, естественно, оккультисты, которые в данном случае, как и повсюду, когда речь идёт о «флюидах», лишь следуют за гипнотезерами и спиритами. Это мнимый «флюид» лишь то же самое, что и флюид магнетезеров: это od Райхенбаха, который хотели сопоставить с «невидимыми излучениями» современной физики11. Именно это якобы покидает человеческое тело в образе разрядов, которые некоторым, как они считают, удалось сфотографировать; но это другой вопрос, находящийся совершенно вне темы нашего исследования. Что касается спиритов, мы говорили, что они заимствовали из месмеризма эту идею «флюидов», к которой они также прибегают для объяснения медиумичности. Расхождения заключаются не в этом, а только в том, что, как допускают спириты, «дух» пользуется флюидом, экстериоризованным от медиума, в то время как оккультисты и простые психисты высказывают более разумное предположение, что этот последний во многих случаях вполне мог бы один отвечать за весь феномен целиком. В действительности, если что-то от человека экстериоризируется, нисколько нет нужды прибегать к посторонним факторам для объяснения феноменов, таких как стуки или бесконтактные перемещения предметов, которые к тому же по этой причине не представляют собой «действие на расстоянии», так как в итоге существо находится везде, где оно действует: в какое-либо место, где производится действие, медиум проецирует, без сомнения, бессознательно, нечто из себя. Отрицать возможность этого могут лишь те, кто полагает, что человек полностью ограничен своим телом, а это свидетельствует о знании ими лишь очень небольшой части своих возможностей. Это предположение, нам хорошо известно, в наибольшей степени привычно для современных западных людей, но оно не оправдывается только общим невежеством: оно сводится, другими словами, к утверждению, что тело является в некоем роде мерой души, что в Индии составляет одну из гетеродоксадьных идей джайнов (мы используем слова «тело» и «душа» лишь для облегчения понимания), что слишком легко свести к абсурду, чтобы мы на этом останавливались: разве представимо, что душа должна или даже может следовать за качественными изменениями тела и что, например, ампутация какого-либо члена влечет в ней пропорциональное уменьшение? Впрочем, трудно понять то, что современная философия ставит такой лишённый смысла вопрос, как вопрос о «вместилище души», как если бы речь шла о чем-либо, «поддающемся локализации», и оккультисты не менее заслуживают упрека в этом отношении, потому что им присуще стремление локализовать, даже после его смерти, все элементы человеческого существа. Для тех, кто принадлежит к числу спиритов, они повторяют беспрестанно, что «духи» пребывают «в пространстве» или ещё в том, что они называют «блужданием». Именно как раз эту самую привычку представлять все в образе материи мы критикуем также касательно «флюидической» теории: мы не нашли бы здесь ничего, чтобы возражать, если бы, вместо того чтобы говорить о «флюидах», говорили бы просто о «силах», как это, впрочем, делают более благоразумные или в меньшей степени затронутые влиянием «неоспиритуализма» психисты. Это слово «силы», без сомнения, является очень неопределённым, но тем не менее лучше подходит в случае, как этот, так как мы не видим, что современная наука в состоянии позволить большую точность.

Но вернемся к феноменам, которые могут объяснить экстериоризованная сила: упомянутые нами случаи являются простейшими из всех. Но будет ли дело обстоять таким образом, когда мы обнаружим признак определённой разумности, как например, когда вращающийся столик более или менее верно отвечает на задаваемые ему вопросы? Для огромного числа случаев мы не колеблясь ответим утвердительно: скорее является исключением, что полученные ответы или «сообщения» ощутимо превосходят интеллектуальный уровень медиума или присутствующих. Спирит, который, обладая некоторыми медиумическими способностями, запирается у себя, чтобы советоваться со своим столиком по поводу не важно чего, и не подозревает, что посредством этого тайного способа он просто на просто общается с самим собой, однако именно это случается с ним чаще всего. На групповых сеансах наличие более или менее многочисленных присутствующих чуть усложняет ситуацию. Медиумом владеют более не только его собственные мысли, но в особом состоянии, в котором он находится и которое делает его в высшей степени уязвимым для внушения во всех его формах, он сможет также вполне отражать и выражать мысли кого-либо из присутствующих. Впрочем, в этом случае, как и в предыдущем, речь не обязательно идёт о мыслях, являющихся отчетливо осознанными в нынешний момент, и даже такие мысли найдут своё проявление, только если у кого-либо будет очень твердое желание повлиять на ответы. Обычно то, что появляется, принадлежит скорее к этой очень сложной области, которую психологи называют «подсознанием». Иногда этим последним обозначением злоупотребляют, потому что удобно при неоднократно встречающихся обстоятельствах обращаться к тому, что туманно и не имеет чёткого определения. Тем не менее правда, что «подсознание» соответствует реальности, только, в нем есть все, и психологам при ограниченности имеющихся в их распоряжении средств было бы очень трудно внести в эту область немного порядка. Прежде всего, имеется то, что можно назвать «латентной памятью»: ничто никогда не забывается полностью, как об этом свидетельствует достаточно часто наблюдавшиеся случаи необычного «пробуждения». Стало быть, достаточно, что нечто было известно одному из присутствующих, даже если он считает это полностью забытым, чтобы не было основания искать в другом месте, если это вдруг находит своё выражение в спиритическом «сообщении». Имеются также любые «предвидения» и любые «предчувствия», которым случается иногда, что даже обычно, стать достаточно ясно осознанными у некоторых людей. Именно к этому типу следует, конечно, отнести многие предсказания спиритов, которые исполняются, без учета того, что среди них есть много других, и вероятно, самое большое количество не исполнившихся, и которые представляют любые неясные мысли, воплощающиеся, подобно не важно какой мечте12. Но мы пойдем далее: «сообщение», в котором речь идёт о фактах, действительно неизвестных всем присутствующим, может, однако, происходить из «подсознания» кого-либо из них, так как и в этом отношении мы очень далеки обыкновенно от знания всех возможностей человеческого существа: каждый из нас может находится в связи посредством этой темной стороны самого себя с существами и вещами, с которыми он никогда не был знаком в обычном смысле этого слова, и здесь устанавливаются бесчисленные ответвления, для которых невозможно определить четкие границы. Здесь мы очень далеки от концепций классической психологии; стало быть, это может показаться очень странным, также, как и факт, что на «сообщения» могут повлиять мысли людей, которые не присутствуют на сеансе. Однако мы не побоимся утверждать, что во всем этом нет ничего невозможного. Мы вернемся при случае к вопросу о «подсознании»; в данный момент мы говорим об этом лишь чтобы показать, что спириты очень неблагоразумны, взывая, в качестве определённых доказательств для поддержки своей теории, к фактам того рода, на которые мы только что указывали.

Эти последние рассуждения позволят понять, что представляет собой, собственно говоря, теория «коллективной сущности» и какую часть истины она содержит. Эта теория, скажем сразу, была воспринята некоторыми спиритами, являющимися более независимыми, чем другие, и не считающими, что существует необходимость вмешивать «духов» во все случаи без исключения: к таковым относятся Эжен Ню, кто первым употребил это выражение «коллективная сущность»13, и г-н Камиль Фламмарион. Согласно этой теории, «коллективная сущность» якобы образуется чем-то вроде сочетания «периспритов» или «флюидов» медиума и присутствующих, и это сочетание усиливается с каждым сеансом, лишь бы присутствующие всегда были одни и те же. Оккультисты ухватились за эту концепцию с настолько большей готовностью, что посчитали возможным сопоставить с ней идеи Элифаса Леви об eggrégores14 или «коллективных существах». Однако необходимо заметить, чтобы не заходить слишком далеко с этим отождествлением, что у Элифаса Леви речь шла гораздо более чаще о том, что можно было бы назвать «душой» какой-либо общности, как, например, нации. Самая большая ошибка оккультистов в случаях наподобие этого заключается в буквальном восприятии некоторых оборотов речи и в вере, что речь действительно идут о сущности, сравнимой с живым существом, которую они естественно помещают на астральный план. Возвращаясь к «коллективной сущности» спиритических сеансов, мы скажем просто, что, оставляя в стороне любые «флюиды», здесь следует видеть лишь эти действия и реакции различных «подсознаний» присутствующих, о которых мы сейчас говорили следствие отношений, устанавливающихся между ними более или менее длительным образом и усиливающихся по мере того, как образование становится более устойчивым. К тому же имеются случаи, при которых «подсознание», индивидуальное или коллективное, объясняет все исключительно собой, без того, чтобы имелась малейшая экстериоризация силы у медиума или у присутствующих: таким образом дело обстоит в случае «инкарнационных медиумов» и даже «пишущих медиумов». Эти состояния, повторим ещё раз, строго тождественны простым сомнамбулическим состояниям (если только речь не идёт о настоящей «одержимости», но это не случается так часто). По этому поводу мы добавим, что существует большее сходство между медиумом, гипнотизёром, и также природной сомнамбулой. Их роднит определённая совокупность «психофизических» условий, и их образ действия очень часто одинаков. Мы приведем здесь то, что Папюс пишет об отношениях гипнотизма и спиритизма:

Серия тщательных наблюдений привела нас к мысли, что спиритизм и гипнотизм являются не двумя областями различных исследований, а в самом деле различными степенями одного и того же класса феноменов; что у медиума есть много общих моментов с гипнотезером, моментов, которые, как мне известно, в достаточной мере не выделяли до сих пор. Но спиритизм приводит к намного более полным экспериментальным результатам, чем гипнотизм. Медиум в самом деле субъект, но субъект, продвигающий феномены за пределы области, ныне известной гипнотизму15.

В этом отношении, по крайней мере, мы можем согласиться с оккультистами, но с несколькими оговорками: с одной стороны, несомненно, что гипнотизм может зайти намного дальше того, что до сих пор изучалось некоторыми учеными, однако мы не видим никакой пользы в расширении этого наименования, так чтобы включить в него все психические феномены без разбора. С другой стороны, как мы уже говорили выше, любой феномен, если он связан с гипнотизмом, ускользает этим самым от спиритизма, и к тому же экспериментальные результаты, полученные благодаря спиритическим практикам, нисколько не образуют сам спиритизм: что есть спиритизм, так это теории, а не явления, и именно в этом смысле мы говорим, что спиритизм представляет собой только заблуждение и иллюзию.

Имеются ещё некоторые категории феноменов, о которых мы не говорили, но которые относятся, очевидно, к числу тех, что предполагают экстериоризацию; это феномены известные под названиями «аппортов» и «материализаций». «Аппорты» представляют собой, в общем, перемещение предметов, но при этом дело осложняется тем, что предметы происходят в таком случае из мест, могущих быть весьма отдаленными, и кажется часто, что они были вынуждены проходить через материальные препятствия. Если медиум испускает тем или иным образом продолжение самого себя для совершения действий над предметами, величина расстояния не имеет значения, нужны лишь более или менее развитые способности, и если вмешательство «духов» или других инопланетных сущностей не является всё-таки необходимым, то оно никогда и не имеет места. Трудность здесь скорее заключается в явлении перехода, реального или кажущегося, через материю: чтобы объяснить этот переход, некоторые предполагают, имеют место последовательно «дематериализация» и «рематериализация» переносимого предмета. Другие конструируют более или менее запутанные теории, в которых они отводят главную роль «четвертому измерению» пространства. Мы нисколько не собираемся погружаться в обсуждение этих разнообразных гипотез, но заметим, что следует поостеречься фантазий, на которые «гипергеометрия» вдохновила «неоспиритуалистов» разных школ. Поэтому нам кажется предпочтительным в случае перемещения предмета просто рассматривать «изменения состояния», которые мы не так уж и будем уточнять, и мы добавим, что, возможно, вопреки верованию современных физиков, непроницаемость материи является лишь очень относительной. Но в любом случае нам достаточно указать, что снова предполагаемое вмешательство духов совершенно ничего не решает: так как если признать роль медиума, логично искать объяснение явлений, подобных этим, в свойствах живого существа; впрочем, для спиритов человеческое существо после смерти теряет определённые качества скорее, чем приобретает новые. Наконец, если выйти за рамки какой-либо особой теории, с точки зрения действия, осуществляемого над физической материей, живое существо явно находится в более предпочтительных условиях, чем существо, строение которого не включает ни один элемент этой материи.

Что касается «материализаций», то это, возможно, самые редкие феномены, но также и те, которые спириты считают самыми убедительными: как можно было бы сомневаться в существовании и присутствии духа, в то время как он принимает совершенно доступный чувственному восприятию внешний вид, облекается в форму, которую можно видеть, осязать и даже фотографировать (то, что исключает гипотезу галлюцинаций)? Однако спириты вполне признают, что медиум некоторым образом замешан в этом: нечто вроде субстанции, вначале бесформенной и туманной, кажется, отделается от его тела, затем постепенно сгущается; это допускают все, за исключением тех, кто оспаривает саму реальность феномена. Но спириты добавляют, что «дух» затем ваяет эту субстанцию, эту «эктоплазму», как называют её некоторые психисты, придавая ей форму и оживляя её как настоящее временное тело. К несчастью, имели место «материализации» воображаемых личностей, как и «сообщения» от героев романов: Элифас Леви уверяет, что некоторые побуждали Дангласа Хоума вызывать призраки мнимых родственников, которые никогда не существовали16. Упоминались также случаи, при которых «материализованные» формы воспроизводили просто-напросто портреты или даже воображаемые образы, заимствованные с картин или рисунков, виденных ранее медиумом. «После Конгресса спиритов и спиритуалистов в 1889 г., – сообщает Папюс,

Дональд Мак-Наб показал нам фотографический негатив, представляющий материализацию юной девушки, к которой он мог прикоснуться также, как и шестеро его друзей, и которую ему удалось сфотографировать. Рядом с призраком заметен медиум, пребывающий в летаргическом оцепенении. Между тем, материализованный призрак являлся лишь материальным воспроизведением старого рисунка, датируемого несколькими столетиями и сильно поразившего медиума, когда он находился в бодрствующем состоянии17.

С другой стороны, если вызванную личность узнает один из присутствующих, это явно свидетельствует, что этот присутствующий хранил образ в своей памяти, и отсюда, вполне возможно, берет начало зафиксированное сходство. Если, напротив, никто не признал явившегося так называемого «развоплощённого», его личность не может быть установлена, и довод спиритов опять рушиться. Впрочем, сам г-н Фламмарион вынужден был признать что установление личности «духов» никогда не было подтверждено, что самые замечательные случаи всегда могут оставить место для возражений. И как могло бы быть иначе, если думается, что даже для живого человека почти невозможно теоретически, если не практически, предоставить для удостоверения его личности по-настоящему строгие и неопровержимые свидетельства? Стало быть, надо ограничиваться теорией, называемой «идеопластией», согласно которой не только субстрат «материализации» вызывается медиумом, но ещё и сама её форма берет начало из идеи или точнее мысленного образа, одинаково, будь ли то медиума, будь ли кого-либо из присутствующих; причем этот образ может, к тому же, являться лишь «подсознанием». Все явления этого рода могут объясняться этой теорией, и некоторые среди них не могут объясняться иначе. Заметим попутно, что если признать это, то следует, что речь не всегда идёт о мошенничестве, когда представляются «материализации», лишённые выразительности, как рисунки, на которых изображен схематичный образ. Конечно, это не мешает тому, что случаи мошенничества являются в действительности очень частыми, но случаи наподобие этих следовало бы тщательнее проверять, вместо того чтобы отбрасывать их из предвзятого мнения. Известно к тому же, что имеют место более или менее полные «материализации». Иногда бывают формы, до которых можно дотронуться, но которым не получается сделаться видимыми. Также бывают призраки, оказывающиеся лишь частичными, и чаще всего это формы рук. Эти явления рук без туловища заслуживали бы того, чтобы остановить на них внимание: старались объяснить их, утверждая, что,

так как предмет обычно берут рукой, желание взять предмет с неизбежностью неизбежно должно было пробудить идею руки и, следовательно, мысленное изображение руки18.

Принимая это объяснение в принципе, позволительно думать, что оно не является всё-таки достаточным, и мы напомним по этому поводу, что подобные явления засвидетельствованы в случаях, относящихся к области колдовства, как уже упомянутые нами явления в Сидевиле. Теория «идеопластии», к тому же, не исключает обязательно любое постороннее вмешательство, как могли бы полагать те, кто чересчур склонен к систематизации. Она ограничивает только число случаев, где следует говорить об этом вмешательстве, а именно, она не исключает ни действия живых людей, которые физически не присутствуют (именно так действуют колдуны) ни действия различных сил, к которым мы вернемся.

По утверждению некоторых, то, что экстериоризируется, это «двойник» медиума. Это выражение является неправильным, по крайней мере, в том смысле, что этот мнимый «двойник» может принимать внешность очень отличную от внешности самого медиума. Для оккультистов этот двойник, очевидно, тождественен «астральному телу». Среди них есть такие, кто практикуется в достижении «раздвоения» или «выхода в астрал» сознательным и добровольным образом, то есть в общем в осуществлении активным путём того, что пассивно совершает медиум, продолжая признавать, что опыты этого рода крайне опасны. Когда результаты не являются чистой иллюзией, вызванной простым самовнушением, в любом случае им дается неверная интерпретация. Мы уже говорили, что невозможно допускать существование «астрального тела», а тем более «флюидов», потому что налицо лишь очень грубые представления, заключающиеся в предположении, что есть материальные состояния, от обычной материи отличающиеся лишь меньшей степенью плотности. Когда мы говорим о «тонком состоянии», мы имеем в виду совсем другое: это не тело, состоящее из разреженной материи, «аэросома» (aérosome), согласно термину, принятому некоторыми оккультистами, это нечто, являющееся по-настоящему «бестелесным». Впрочем, нам не известно, следует ли называть это материальным или нематериальным, что для нас не имеет значения, так как эти слова имеют лишь очень относительную ценность для любого, кто становится за пределы конвенциональных рамок современной философии, и этот ход размышлений остается совершенно чужд восточным учениям, единственным, в которых в наши дни вопрос, о котором идёт речь, исследуется так, как он должен быть. Хотим уточнить, что указанное нами в настоящее время главным образом является состоянием живого человека, так как после смерти существо подвергается совершенно иным изменениям, чем простой потери своего тела, в противоположность тому, что утверждают спириты и даже оккультисты. Поэтому то, что способно являться после смерти, может лишь рассматриваться как нечто вроде следа этого тонкого состояния живого существа, и оно является самим этим состоянием не больше, чем труп – живым организмом. На протяжении жизни тело выступает выражением определённого состояния существа, но это существо равным образом и в то же самое время обладает бестелесными состояниями, среди которых обсуждаемые нами является к тому же наиболее близкими к телесному состоянию. Это тонкое состояние должно представляться наблюдателю скорее как сила или совокупность сил, нежели чем тело, и телесный облик «материализаций» лишь в исключительных случаях добавляется к его обычным качествам. Все это было странным образом искажено оккультистами, утверждающими в самом деле, что «астральный план» – это «мир сил», но это нисколько не мешает помещать в него тела. Ещё следует добавить, что «тонкие силы» весьма отличны, как по своей природе, так и по образу действия, от сил, которые изучает обычная физика.

Что любопытно отметить как следствие этих последних рассуждений, так это следующее: даже те, кто допускает возможность вызывать умерших (мы имеем в виду реальное существование умерших) должен был бы признать, что равным образом возможно и даже более легко вызвать живого, потому что умерший не приобрел, на наш взгляд, новые элементы, и к тому же, каковым бы не было его предполагаемое состояние, это состояние по сравнению с состоянием живых никогда не предложит сходства столь совершенного, как при сравнении живых между собой, из чего следует, что возможности общения, если они существуют, в любом случае нельзя уменьшить, ни увеличить. Между тем, примечательно, что спириты яростно восстают против этой возможности вызывать живого, и кажется, что они находят это особо пугающим для своей теории. А мы, отрицающие любое основание для неё, напротив, признаем эту возможность, и мы постараемся чуть более ясным образом показать доводы в её пользу. У трупа не появляется новых свойств по сравнению со свойствами живого организма, он сохраняет только некоторые из свойств, которыми тот обладал. Также ob древних евреев или preta индусов не может иметь новых свойств в сравнении с состоянием, лишь след которого он представляет. Стало быть, если этот элемент может быть вызван, то и живой может быть вызван также в его соответствующем состоянии. Конечно, только что сказанное нами предполагает лишь аналогию между различными состояниями, а не уподобление телу. Ob (давайте сохраним это название для большей простоты) есть лишь «астральный труп», и это лишь невежество оккультистов, путающих аналогию и тождество, превратило его в «скорлупу», о которой мы говорили. Оккультисты, скажем ещё раз, лишь собрали обрывки непонятных знаний. Заметим ещё, что все традиции согласны в признании реальности магической эвокации ob, какое бы имя они ему не давали. В особенности, древнееврейская Библия сообщает о случае эвокации пророка Самуила19, и к тому же, если бы это не было реальностью, запреты, которые она содержит, не имели бы ни смысла, ни значения. Но вернемся к нашему вопросу: если живой человек может быть вызван, то по сравнению со случаем смерти имеется разница, что, так как состав совершенно не разложился, эвокация с неизбежностью повлияет на его реальное бытие. Стало быть, эвокация может иметь значительно более тяжелые последствия в этом отношении, чем эвокация ob, что никоим образом не означает, что эта последняя также их не имеет, хотя и другого порядка. С другой стороны, возможность эвокации, возможно, осуществима преимущественно, если человек дремлет, потому что именно тогда, что касается его нынешнего сознания, он находится в состоянии, соответствующему тому, в котором может быть проведена его эвокация, по крайней мере, если только он не погружен в настоящий глубокий сон, когда его ничто не в силах затронуть и на него не может быть оказано никакое внешнее влияние. Эта возможность связана только с тем, что мы можем назвать состоянием дремы, средним между бодрствованием и глубоким сном, и также именно с этой стороны, заметим попутно, следовало бы в действенности искать подлинное объяснение всех феноменов сновидений, объяснение, которое не в меньшей степени невозможно для психологов, чем для физиологов. Едва полезным будет сказать, что мы не посоветовали бы никому пытаться проводить эвокацию живого и особенно добровольно становится объектом такого опыта, и что было бы крайне опасно публично давать малейшие указания, могущие помочь достижению этого результата. Но самое неприятное из того, что может случиться, заключается в возможности, что этот результат достигается иногда самопроизвольно, и в этом одно из побочных неудобств, которые представляет распространение эмпирических практик спиритов. Мы не хотим преувеличивать значимость такой опасности, но уже достаточно того, что эта опасность существует, какое бы исключение она не составляла. Вот то, что утверждает на эту тему психист, выставивший себя решительным противником гипотезы спиритов, инженер Дональд Мак-Наб:

Может случаться, что на сеансе происходит материализация физического облика находящегося вдалеке человека, находящегося в психической связи с медиумом. В таком случае, если действовать неумело, можно убить этого человека. Много случаев внезапной смерти может иметь эту причину20.

В другом месте этот же автор рассматривает также, кроме, собственно говоря, эвокации, другие возможности того же рода:

Находящийся вдалеке человек может психически присутствовать на сеансе, так что это очень хорошо объясняет, что можно наблюдать призрак этого человека или любого другого образа, содержащегося в его бессознательном, включая и образы умерших людей, которых он знал. Человек, который является таким образом, как правило, не осознает этого, но он испытывает нечто вроде провала в памяти или отключки. Этот случай встречается более часто, чем думают21.

Давайте просто заменим здесь «бессознательное» «подсознанием» и увидим, что это точь-в-точь в сущности, что мы говорили выше об этих неясных ответвлениях человеческого существа, позволяющих объяснить так много вещей в спиритических «сообщениях». Прежде чем идти дальше, мы заметим ещё, что «медиум, специализирующийся на материализациях» всегда погружен в этот особый сон, который англосаксонские спириты называют трансом, потому что его жизненная энергия, как и его сознание, в то время сконцентрированы в «тонком состоянии», и даже, по правде говоря, этот транс намного более похож на мнимую смерть, чем обычный сон, поскольку в таком случае между этим «тонким состоянием» и телесным состоянием происходит более или менее полное разъединение. Именно поэтому при любом опыте с «материализацией» медиум постоянно подвергается опасности смерти, не меньше чем оккультист, который пытается «раздвоится». Чтобы избежать этой опасности, следовало бы обратиться к особым средствам, которые ни один и ни другой не могут иметь в своем распоряжении; несмотря на все их претензии, «практикующие» оккультисты являются, точно также, как и спириты, простыми эмпириками, не знающими даже то, что они делают.

«Тонкое состояние», о котором мы ведём речь, и с которым следует связать в общем не только «материализации», но также все прочие явления, предполагающие в какой-либо степени «экстериоризацию», это состояние, скажем мы, в учении индуизма носит название тайджаса, потому что это учение рассматривает соответствующий принцип как имеющий природу огненного элемента, который является одновременно теплом и светом. Это можно было бы легче понять через изложение состава человеческого существа, такого, каковым его видит данное учение. Но мы не можем подумать о том, чтобы здесь взяться за это, так как этот вопрос потребовал бы специального исследования, которое к тому же у нас есть намерение когда-либо осуществить. В данный момент мы должны ограничиться очень кратким указанием на некоторые из возможностей этого «тонкого состояния», возможностей, превосходящих, к тому же, намного все феномены спиритизма, с которыми они даже несравнимы. К таковым относятся, например, следующие: возможность переводить в это состояние всю полноту индивидуального сознания, а не только часть «подсознания», как это имеет место во время обычного сна и в гипнотических и медиумических состояниях; возможность «локализовать» это состояние в каком-либо месте, то, что является собственно говоря «экстериоризацией», и конденсировать в этом месте благодаря своему средству телесный призрак, что аналогично «материализации» спиритов, но без вмешательства какого-либо медиума; возможность придавать этому призраку либо даже форму тела (и в таком случае он по-настоящему заслуживал бы название «двойника»), либо любую другую форму, соответствующую какому-либо мысленному образу; наконец, возможность «переводить» в это состояние, если можно так выразиться, составные элементы самого тела, что покажется, без сомнения, ещё более необычным, чем все остальное. Заметим, что в этом заключается объяснение, среди прочих вещей, феноменов «билокации», принадлежащих к числу тех, на которые мы намекали, когда говорили, что существуют феномены, крайне сходные примеры которых мы находим у святых и колдунов. Здесь мы находим также объяснение этих историй, слишком распространённых, чтобы не иметь основы, о колдунах, которых видели скитающимися в обличье животных, и можно было бы ещё увидеть, отчего удары, наносимые этим животным, имеют своё отображение в виде реальных ран на теле колдуна, также как и когда его призрак является в его естественной форме, которая может быть, к тому же, не видна для всех присутствующих. Касательно последнего момента, как и в отношении многих других, случай Сидевиля особенно показателен и поучителен. С другой стороны, именно с очень неполными и очень рудиментарными осуществлениями последней из перечисленных нами возможностей следовало бы связать феномены «левитации», о которых мы уже прежде вели речь (и в отношении которых следовало бы повторить то же самое замечание, что и в отношении «билокации»), изменение веса, зафиксированное у медиумов (что внушило некоторым психистам нелепое заблуждение о возможности «взвесить душу»), а также эти «изменения состояния» или, по крайней мере, формы, должные происходить при «аппортах». Также имеются случаи, которые можно было бы рассматривать как представляющие неполную «билокацию»: к таковым относятся все феномены «телепатии», то есть призраки человеческих существ на расстоянии, являющиеся в течение их жизни или даже в момент их смерти, призраки, которые, к тому же, могут представлять чрезвычайно разнообразные степени плотности. Возможности, о которых идёт речь, находясь вне области обычного психизма, позволяют объяснить а fortioriАмногие изучаемые им феномены; но эти феномены, как мы только что видели, представляют лишь их отдельные случаи, сведенные к самым посредственным размерам. Впрочем, при всем этом мы говорим лишь о возможностях и признаем, что они из разряда вещей, на которых было бы достаточно трудно настаивать, учитывая, прежде всего, склад образа мышления, господствующего в нашу эпоху. Можно ли его, например, заставить поверить, что при определённых условиях человеческое существо может покинуть земное существование, не оставляя после себя трупа? Однако обратимся ещё к свидетельству Библии: Еноха «не стало, потому что Бог взял его»22; Моисей «умер […] по слову Господню, и никто не знает места погребения его»23, Илья вознесся на небеса «на огненной колеснице»24, странным образом напоминающую «огненную повозку» индусской традиции. И если эти примеры подразумевают вмешательство причины трансцендентального уровня, тем не менее правда, что это вмешательство также допускает наличие у человеческого существа определённых возможностей. Как бы там ни было, мы указываем на все это лишь для того, чтобы дать пищу для размышлений тем, кто способны думать, и чтобы побудить их представить себе до определённой степени широту этих возможностей человеческого существа, о которых самое большое число столь совершенно не подозревает. Для них же мы добавим; всё то, что связано с этим «тонким состоянием», касается очень тесно самой природы жизни, которую древние, например, Аристотель, соглашаясь в этом с восточными людьми, отождествлял с теплом, специфическим качеством элемента tejas25. Кроме того, этот элемент некоторым образом переходит в тепло и свет, из чего вытекает, что «тонкое состояние» связано с телесным состоянием двумя различными и взаимодополняющими путями, посредством нервной системы, что касается световой природы, и посредством крови, что касается тепловой природы; в этом основы всей «психофизиологии», которая не имеет никакого отношения к психофизиологии современных западных людей и о которой последние не имеют ни малейшего представления. Здесь следовало бы ещё напомнить роль крови в производстве определённых феноменов, её использование в различных магических и даже религиозных обрядах и также запрет на употребление её в пищу традиционными установлениями, как, например, установлениями древних евреев. Но это могло бы нас увести очень далеко, и к тому же эти вещи не принадлежат к числу тех, о которых можно спокойно говорить без ограничений. Наконец, «тонкое состояние» не следует рассматривать только в индивидуальных живых существах и, как любое другое состояние, оно имеет своё соответствие на космическом уровне; именно на него ссылаются мистерии «яйца мира», этого древнего символа, общего для друидов и брахманов.

Кажется, что мы находимся очень далеко от феноменов спиритизма, это верно, однако именно это последнее только что сделанное нами замечание возвращает нас к нему, позволяя нам дополнить предложенное нами ему объяснение, которому не достает ещё кое-чего. Живое существо в каждом из своих состояний находится в связи с соответствующей космической средой. Это очевидно для телесного состояния, и для остальных здесь следует видеть аналогию, как в любых вещах. Подлинная аналогия, правильно проведенная, не может, само собой разумеется, быть ответственна за эти злоупотребления ложной аналогией, которую ежеминутно отмечаешь у оккультистов. Они, используя термин «астральный план», исказили и изобразили в карикатурном виде, так сказать, космическую среду, соответствующую «тонкому состоянию», бестелесной среде, чье «поле сил» является единственным образом, который может представить себе физик, и ещё с оговоркой, что эти силы совершенно отличны от тех, с которыми он привык обращаться. Вот, стало быть, то, что объясняет посторонние действия, могущие в определённых случаях присоединяться к действиям живых существ и комбинироваться с ними некоторым образом для производства феноменов, и опять, то, чего следует опасаться больше всего при создании теорий, так это произвольно ограничивать возможности, которые можно назвать собственно неопределёнными (мы не говорим безграничными). Способные вступить в игру силы разнообразны и многочисленны. Их следует рассматривать как происходящие от особых существ или как простые силы в смысле, более близком тому, в котором физик понимает это слово, что не имеет большого значения, когда ограничиваются общими рассуждениями, так как и то и другое может быть верным в зависимости от случая. Среди этих сил имеются такие, которые по своей природе стоят ближе к телесному миру и физическим силам и которые, как следствие, проявятся более легко, вступая в контакт с доступной восприятию органов чувств сферой через посредство живого организма (организма медиума) или благодаря любому другому средству. Между тем, эти силы являются как раз низшими из всех, а значит следует самым тщательным образом избегать их воздействия, которое может быть самым неблагоприятным. В космическом плане они соответствуют тому, что в человеческом существе является низшими областями «подсознания». Именно к этой категории следует отнести все силы, которыми дальневосточная традиция дала общее наименование «блуждающих влияний», силы, управление которыми составляет самую важную часть магии и проявления которых, иногда самопроизвольные, дают место всем этим феноменам, чьим самым известным типом является «навязчивая идея». Это, в итоге, все неиндивидуализированные энергии, и естественно, имеется много их видов. Некоторые из этих сил можно назвать по-настоящему «демоническими» или «сатанинскими»; именно их пускают в ход колдуны, и спиритические практики также могут их притягивать, хотя и невольно. Медиум – это существо, которое свою злосчастную конституцию связывает со всем тем, что менее всего заслуживает похвалы в этом мире и даже в низших мирах. Под «блуждающими влияниями» следует равным образом понимать всё то, что, происходя от умерших, способно давать место чувственно воспринимаемым проявлениям, так как здесь речь идёт об элементах, не являются более индивидуализированными. Таков сам ob и таковыми с большим основанием являются все эти психические элементы меньшей значимости, представляющие «продукт распада бессознательного (или лучше «подсознания») умершего человека»26. Добавим, что в случае насильственной смерти ob сохраняют на протяжении определённого времени совершенно особую спаянность и псевдо-жизненную энергию, что позволяет объяснить значительное количество феноменов. Мы приводим здесь только несколько примеров, и к тому же, повторим, вовсе не нужно указывать на необходимый источник этих влияний. Там, откуда они происходят, их можно уловить согласно определённым законам. Но обычным ученым, совершенно ничего не знающим об этих законах, не следовало бы удивляться, испытывая некоторое разочарование и будучи не в состоянии подчинить себе «психическую силу», которой, кажется, иногда нравится расстраивать самые искусные комбинации их экспериментального метода; не потому что эта сила (которая, впрочем, не одна) более «капризна», чем любая другая, но ещё надо уметь ей управлять. К несчастью, она имеет на своем счету иной вред, чем шутки, которые она играет с учеными. Маг, знакомый с законами действия «блуждающих влияний», можно определить их при помощи различных способов, например, используя для поддержки определённые вещества или определённые предметы, действующие на манер конденсаторов». Само собой разумеется, есть лишь чисто внешнее сходство между действиями этого рода и воздействием «духовных влияний», о которых прежде шла речь. Наоборот, маг может также растворить «скопления» тонкой силы, которые были сознательно созданы им или другими или которые исчезают самопроизвольно. В этом отношении, огни святого Эльм были хорошо известны во все времена. Эти два противоположных действия аналогичны тому, что алхимия называет «свертыванием» и «растворением» (мы говорим, аналогичны, но не тождественны, так как силы, задействуемые в алхимии и в магии, не принадлежат к точно такому же порядку). Они составляют «обращение» и «возвращение», посредством которых производится и заканчивается любая операция западной «церемониальной магии». Но она может носить в высшей степени символический характер, и принимая буквально ту манеру, в которой она «персонифицирует» силы, доходишь до крайней нелепости; впрочем, именно это делают оккультисты. Что имеется подлинного в этом символизме, так это прежде всего следующее: силы, о которых идёт речь, можно разделить на различные классы, и выбор той или иной классификации будет зависеть от принятой точки зрения. Классификация западной магии разделяет силы, в соответствии с их сходством, на четыре «элементарных царства», и не следует искать другого источника происхождения и другого реального значения у современной теории «элементалов»27. С другой стороны, в промежутке между двумя противоположными фазами, являющимися крайними точками его операции, маг может придавать силам, которые он уловил, нечто вроде сознания, отражение или продолжение его собственного сознания, что придает им черты временной индивидуальности. И именно эта искусственная индивидуализация у тех, кого мы называем эмпириками и которые применяют непонятые правила, вызывает иллюзию, что имеешь дело с настоящими существами. Маг, знающий, что он делает, если он изучает эти псевдоиндивидуальности, которые он сам породил за счет своей жизненной энергии, может видеть в них лишь способ заставить явиться посредством искусственного процесса то, что его «подсознание» уже содержало в латентном состоянии. Впрочем, эта же теория применима с необходимыми изменениями ко всем способам гадания, какими бы они ни были. Именно здесь находится, когда простой экстериоризации живых совершенно недостаточно, объяснение спиритических «сообщений», с той разницей, что эти влияния, не будучи направляемы в этом случае чьей-либо волей, проявляются самым несвязным и самым неупорядоченным образом. Пожалуй, имеется также и другое различие, различие в задействованных методах, так как использование человеческого существа в качестве «конденсатора» до спиритизма было уделом колдунов самого низшего пошиба. Также имеется ещё и третье различие, поскольку, как мы уже говорили, спириты более невежественны, чем последний из колдунов, и никто из колдунов никогда не поднимал на щит бессознательное, для того чтобы принимать «блуждающие влияния» за «души умерших». Перед тем, как оставить эту тему, хотим ещё добавить, что кроме способа действия, о котором мы говорили и который является единственным, известным обычным магам, по крайней мере, на Западе, есть и другой, совершенно иной, принцип которого состоит в конденсации влияний в себе самом, так чтобы мочь пользоваться ими по желанию и таким образом иметь в своем распоряжении постоянную возможность производить определённые феномены. Именно к этому способу действия следует отнести феномены факиров, но не забудем, что они в чем-то ещё лишь невежды, и они, обладая совершенным знанием о законах этого порядка вещей, в то же самое время совершенно не интересуются их применением.

Мы не утверждаем, что приведенные выше указания составляют в той очень сокращенной форме, в которой бы их дали, совершенно полное объяснение феноменов спиритизма. Однако они содержат всё то, что необходимо для обеспечения этого объяснения, возможность которого мы хотели, по крайней мере, показать, перед тем как предоставить подлинные доказательства бессодержательности спиритических теорий. Мы были вынуждены сократить в этой главе рассуждения, чье развитие потребовало бы нескольких томов; разве бы мы остановились на этом более, чем следовало бы сделать, если бы нынешние обстоятельства не подтвердили бы нам необходимость противопоставить некоторые истины растущему потку «неоспиритического» бреда. Эти вещи в самом деле не принадлежат к числу тех, на которых нам доставляет удовольствие останавливаться, и мы далеки от того, чтобы испытывать тягу к «промежуточному миру», к которому они относятся, тягу, проявляемую любителями «феноменов». Поэтому нам не хотелось бы в этой сфере быть вынужденными выходить за рамки совершенно общих и обобщающих рассуждений, единственных, впрочем, чье изложение не может доставить никакого неудобства. Мы убеждены, что эти объяснения, такие, как они есть, уже идут намного дальше, чем всё то, что можно было бы отыскать в других местах на эту тему, но мы хотим решительным образом предупредить, что они не могут принести никакой пользы тем, кто хотел бы предпринять опыты или попытаться заняться какими-либо практиками, вещами, от которых, вместо того чтобы их пусть хоть самая малость поощрять, никогда не помешает достаточно усердно отговаривать.

  1. 1. Le Spiritisme, стр. 310-311.⁠ 
  2. 2. Лекция, прочитанная в Aryan Theosophical Society (Нью-Йорк) в декабре 1886 г., Х. А. Бьеррегаардом (Le Lotus, сентябрь 1888).⁠ 
  3. 3. Traité méthodique de Science occulte, стр. 373.⁠ 
  4. 4. Decrespe М. (Maurice Després), Les Microbes de l’Astral.⁠ 
  5. 5. Там же, стр. 39.⁠ 
  6. 6. Lermina J., Magie pratique, стр. 218-220.⁠ 
  7. 7. Traité méthodique de Science occulte, стр. 347.⁠ 
  8. 8. Там же, стр. 351.⁠ 
  9. 9. Там же, стр. 373 и 909-910.⁠ 
  10. 10. L’état de trouble et l’évolution posthume de l’être humain, стр. 12-13.⁠ 
  11. 11. См. брошюру Папюса: Lumiere invisible, Médiumnité et Magie. Не следует путать этот очень современный od с древнееврейским ob.⁠ 
  12. 12. Также имеются предсказания, осуществляющиеся лишь потому, что они действовали на манер внушения; мы вернёмся к ним, когда будем особо говорить об опасностях спиритизма.⁠ 
  13. 13. Les Grands Mystères.⁠ 
  14. 14. Именно так Элифас Леви пишет это слово, которое он взял из Книги Еноха и которому он приписывает латинскую этимологию, что нелепо. Правильная орфография была бы égrégores. Обычное значение на греческом это «часовой», но очень трудно определить, что точно это слово обозначает в тексте, а это дает место для надуманных интерпретаций всех видов.⁠ 
  15. 15. Traité méthodique de Science occulte, стр. 874. Папюс следует параллели между медиумом и гипнотезером, которую бесполезно воспроизводить здесь, потому что в ниши намерения не входит вдаваться в подробности феноменов.⁠ 
  16. 16. La Clef des Grands Mystères.⁠ 
  17. 17. Traité méthodique de Science occulte, стр. 881.⁠ 
  18. 18. Étude expérimentale de quelques phénomènes de force psychique, в Le Lotus, март 1889, стр. 729.⁠ 
  19. 19. 1Сам. 28.⁠ 
  20. 20. Цитируемая статья издана в Le Lotus, март 1889, стр. 732. Последняя фраза даже подчеркнута.⁠ 
  21. 21. Там же, стр. 742.⁠ 
  22. А. С большим основанием (лат.) - прим. пер.⁠ 
  23. 22. Быт. 5:24.⁠ 
  24. 23. Втор. 34:6.⁠ 
  25. 24. 2Цар. 2:11.⁠ 
  26. 25. В этом случае речь не идёт о «витальном принципе» в духе некоторых современных теорий, которые являются почти не менее искаженными, чем теория «астрального тела». Мы не знаем, в какой степени «пластический медиатор» Кедворта может избежать этой же самой критики.⁠ 
  27. 26. Статья Мак-Наба в Le Lotus, март 1889, стр. 742.⁠ 
  28. 27. Кроме того, магия использует также классификации, имеющие астрологическую основу; нам не следует здесь заниматься этим.⁠ 

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку