Минский корпус Рене Генона

Блуа, 3 ноября 1929

Мой дорогой друг,

Я только что получил ваше письмо; я уехал в пятницу утром и не успел побывать у Шамюэля в четверг вечером; всё, что вы мне говорите, не заставляет меня жалеть об этом, а, наоборот, показывает, что так было лучше. Я совершенно не понимаю, почему я должен был первым заговорить об этом деле; если он ждал, то и я со своей стороны тоже ждал; а если он неправильно всё понял, то тем хуже. Не следует думать, что он незаменим, и, в сущности, я полагаю, что он нуждается в нас больше, чем мы в нём; но он не хочет показывать этого. В любом случае, даже если бы он занимался техническим руководством, как мы предполагали, его роль все равно была бы ролью сотрудника; он не должен думать, что он решал бы, что публиковать, а что нет.

То, что он вам сказал о моём письме, действительно странно; какими бы ни были его источники информации, я думаю, что следует быть осторожным. Так что, если вы можете отказаться от поездки в следующий четверг, я думаю, это было бы предпочтительнее; посмотрим потом. Во всяком случае, он, должно быть, понял, что не сможет заставить меня говорить так, как ему хотелось бы, и это привело его в ярость. Судя по тому, что вы мне говорите, его дела идут хуже, чем когда-либо; очевидно, это все устроило бы, по крайней мере на данный момент; но при таких условиях с ним ничего не поделаешь. Я не знаю, добьётся ли он чего-нибудь со своей стороны; я желаю ему этого, но немного в этом сомневаюсь. Пусть он устраивается с мадам Лаланд так, как ему заблагорассудится, меня это не касается, и я не буду ему завидовать; что касается других лиц, которых он имеет в виду, мы хотим, чтобы они не имели к этому делу никакого отношения. Кроме того, я сейчас же напишу, чтобы дело сдвинулось с другой стороны, и думаю, что оно окончательно решится вскоре после моего возвращения. Очень хорошо, что все так сложилось, потому что я вижу, что, если бы мы взяли Шамюэля, у нас были бы одни только неприятности.

Я нахожусь здесь в доме, где нет воды; уже более трёх месяцев назад я писал, чтобы починили насос, а этого не сделали! Кроме того, уже довольно холодно, так что я постараюсь остаться здесь как можно меньше; думаю вернуться в Париж в воскресенье или в понедельник; я вам напишу, чтобы мы могли встретиться и немедленно обсудить всё это.

Я постараюсь быть там в субботу 16-го, но пока ещё не знаю, не будет ли у меня других дел.

Да, вы можете передать статью Шампрено Шакорнаку; что касается перевода Веданта-сары, то нужно будет немного посмотреть, что это такое, но, к сожалению, у меня нет санскритского текста, или, по крайней мере, я не думаю, что он у меня есть.

Я видел Менгеля на днях, но он не говорил мне о своем проекте библиографии тамплиеров; ваша идея мне кажется хорошей, если только вопрос о гностицизме его достаточно интересует, чего я точно не знаю; в общем, нужно посмотреть.

Я ещё не написал свою статью для декабрьского номера, на этот раз я опоздаю; я только передал Шакорнаку обзоры книг и журналов перед отъездом.

Сердечно ваш,

Рене Генон

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку