Глава 31 Гора и пещера1
Итак, существует тесная связь между горой и пещерой, поскольку и та, и другая берутся за символы духовных центров, каковыми, собственно, являются также, по причинам вполне очевидным, все «осевые» или «полярные» символы, среди которых гора – один из главнейших. Напомним, что под этим углом зрения пещера должна рассматриваться как расположенная под горой или внутри неё, что ещё более усиливает связь, существующую между этими двумя символами, которые в некотором роде дополняют друг друга. Однако, чтобы, некоторым образом, расположить эти два символа относительно друг друга надо заметить, что гора имеет более первозданный характер, нежели пещера. Это следует из того, что она видима снаружи, и притом со всех сторон, в то время как пещера, напротив, является, как мы уже сказали, местом по самой своей сути скрытым и закрытым. Отсюда легко заключить, что отождествление духовного центра с горой соответствует именно первоначальному периоду земного человечества, в течение которого вся истина целиком была доступна всем (откуда название эпохи сатья-юга, и вершина горы – сатья-лока, или «место истины»). Но когда, вследствие нисходящего хода цикла, та же самая истина стала доступна лишь для более или менее ограниченной «элиты» (что совпадает с началом инициации, понимаемой в самом строгом смысле) и скрыта от большинства людей, пещера сделалась символом, более подходящим для духовного центра и, следовательно, для инициатических святилищ, которые являются её образами. Вследствие такого изменения, центр, можно сказать, не покинул гору, но лишь ушел с её вершины в глубину; с другой стороны, это же изменение есть, своего рода, «инверсия», в силу которой, как мы уже говорили, «небесный мир» (с которым соотносится возвышение горы над земной поверхностью) стал, в некотором роде, «подземным миром» (хотя в действительности изменился не он, а условия внешнего мира и, стало быть, его отношения с последним). И эта «инверсия» получает выражение в соответствующих схемах горы и пещеры, которые в то же время выражают их взаимодополняемость.
Как мы уже сказали раньше, схема горы, как и схема пирамиды и кургана, которые являются её эквивалентами, есть треугольник, вершиной вверх; схемой же пещеры, напротив, является треугольник, вершиной вниз, стало быть, обратный по отношению к первому. Этот опрокинутый треугольник является также и схематическим изображением сердца2 и чаши, которая обычно уподобляется ему в символизме, как мы уже показали это, говоря о Св. Граале.3 Добавим, что эти последние символы или их подобия, с более общей точки зрения, соотносятся с пассивным, или женским принципом универсальной проявленности, либо же с одним из его аспектов,4 тогда как те, что схематически изображаются треугольником вершиной вверх, соотносятся с принципом активным, или мужским, то есть речь идёт о настоящей взаимодополнительности. С другой стороны, если поместить оба треугольника один под другим, что соответствует расположению пещеры под горой, мы увидим, что второй может рассматриваться как отражение первого (рис. 12); и эта идея отражения хорошо согласуется с соотношением символа производного с символом первоначальным, в соответствии с тем, что мы только что сказали о соотношении горы и пещеры, понимаемых как последовательные олицетворения духовного центра в различных фазах циклического развития.
Можно было бы выразить удивление в связи с тем, что мы изображаем здесь перевернутый треугольник меньшим, чем треугольник правильный, ибо, являясь отражением последнего, он, казалось бы, должен был быть ему равен. Но такая разница в пропорциях не есть нечто исключительное в символизме; так, в еврейской Каббале «макропросоп», или «большой лик», своим отражением имеет «микропросоп», или «малый лик».
Для этого в данном случае есть ещё и особая причина; мы уже упоминали, в связи с соотношением пещеры и сердца, текст из упанишад, где говорится, что принцип, который пребывает в «центре человеческого существа», «меньше, чем зернышко риса, чем зерно ячменя, чем горчичное семя, чем семя проса, чем ядро семени проса», и в то же время «больше, чем земля, больше, чем воздух (или промежуточный мир), больше, чем небо, больше, чем все эти миры».5 Итак, в обратном соотношении двух символов, которое мы рассматриваем здесь, именно гора соответствует идее «великости», а пещера (или полость сердца) – идее «малости». Аспект «величия» соотносится, кроме того, с абсолютной реальностью, аспект же «малости» – с внешними обликами в рамках проявленности; стало быть, совершенно нормально, что первый олицетворяется символом, соответствующим «изначальному»6 состоянию, а второй – тем, что соответствует последующему состоянию «помрачения» и духовной «потаенности».
Если же мы хотим изобразить пещеру расположенной в самом центре (в сердце, можно было бы сказать) горы (рис. 13), достаточно перенести инвертированный треугольник внутрь правильного треугольника таким образом, чтобы их центры совпали; тогда он непременно должен быть меньше, чтобы целиком вместиться в последний, но, за исключением этой разницы, в целом получаемая таким образом фигура явно идентична символу «Печать Соломона», где два противоположных треугольника также олицетворяют два взаимодополняющих принципа в различных вариантах их применения.
С другой стороны, если сделать стороны перевёрнутого треугольника равными половине сторон треугольника правильного (мы их сделали чуть меньшими для того, чтобы оба треугольника чётко отделялись один от другого, но на самом деле вполне очевидно, что вход в пещеру должен находиться на самой поверхности горы, и, следовательно, изображающий её треугольник должен был бы в действительности касаться контура другого),7 то малый треугольник разделит поверхность большого на четыре равные части, одна из которых будет сам перевернутый треугольник, а три остальных будут треугольниками правильными. Это последнее соображение, так же, как и некоторые связанные с ним числовые соотношения, по правде сказать, не имеет прямого отношения к теме этой главы, но, несомненно, у нас ещё будет случай вернуться к нему в контексте иных наших повествований.
- 1. Опубл. в Е.Т., янв. 1938. ↑
- 2. С этим изображением можно соотнести тот факт, что арабское слово qalb, обозначающее сердце, подчеркивает его «перевёрнутое» положение (см. Т. Буркхардт, О Барзаке (Перешейке), в E.Т., дек. 1937). ↑
- 3. В древнем Египте сосуд был иероглифом сердца. «Чаша» Таро также соответствует сердцу обычных карт. ↑
- 4. Опрокинутый треугольник в Индии является одним из основных принципов шакти, он также и символ изначальных вод. ↑
- 5. «Чхандогья-упанишада», III.14.3. ↑
- 6. Известно, что Данте помещает земной рай на вершине горы; именно таким было положение духовною центра в «изначальном состоянии» человечества. ↑
- 7. Из этой схемы можно было бы заметить, что если гора замещается пирамидой, то внутренняя камера последней является точным эквивалентом пещеры. ↑