Минский корпус Рене Генона

Франсуа-Шарль Барле и инициатические обществаА*

Прежде чем принять участие в основании движения, которое можно с уверенностью назвать оккультистским, Ф.-Ш. Барле стал одним из основателей первого французского отделения Теософского общества. Немного позже он стал членом организации, известной под аббревиатурой ГБЛ1, то есть Герметическое Братство Луксора, которая провозгласила своей главной целью «создание внешних центров на Западе для возрождения обрядов древних инициаций». Эта организация заявила о своём происхождении на 4320 лет ранее 1881 года н. э.: очевидно, что это символическая дата, указывающая на определённые циклические периоды2. Она претендовала на принадлежность к сугубо западной традиции, поскольку, согласно её учению, «Герметические инициаты ничего не заимствовали из Индии; сходство, обнаруживаемое между множеством имён, доктрин и обрядов индусов и египтян, отнюдь не доказывает, что Египет заимствовал свои доктрины из Индии, но лишь показывает ясно, что основные черты их доктрин были взяты из одного источника, и этим первоначальным источником были не Индия и не Египет, а затерянный остров Запада». Что касается формы, которую приняла ассоциация в недавнее время, вот что говорится об этом: «В 1870 году адепт всё ещё существующего древнего ордена, изначального ГБЛ с разрешения своих братьев-инициатов решил выбрать в Великобритании неофита, способного соответствовать его намерениям. Выполнив на европейском континенте важную частную миссию, он прибыл в Великобританию в 1873 году и сумел найти неофита, которого постепенно обучал, после того как в достаточной мере проверил и подтвердил подлинность его рекомендательных писем. Затем неофит получил разрешение учредить внешний круг ГБЛ, чтобы передать всем, кто покажет себя достойным, ту форму посвящения, для которой они окажутся квалифицированы».

В момент вступления в ГБЛ, Барле испытал сомнение: совместимо ли это с принадлежностью к Теософскому обществу? Он задал этот вопрос иницировавшему его английскому клирику, который поспешил успокоить его, сказав, что «он сам и его учитель (Питер Дэвидсон) были членами Совета Теософского общества». Тем не менее между двумя организациями действительно существовала едва прикрытая враждебность, и так было с 1878 года — с того времени, когда г-жа Блаватская и полковник Олкотт были исключены из ГБЛ, в которое вступили в 1875 году при посредничестве египтолога Джорджа Г. Фельта. Несомненно, именно для того, чтобы скрыть это едва ли лестное для обоих основателей приключение, в журнале «Теософист» утверждалось, будто создание внешнего круга ГБЛ восходит лишь к 1884 году; но, как ни странно, тот же журнал в 1885 году перепечатал объявление из Occult Magazine (Глазго), органа ГБЛ, в котором содержался призыв к лицам, желающим «быть принятыми в члены Оккультного братства, которое не хвалится своими познаниями, но открыто и полностью наставляет всех, кого находит достойными принять его учения» — косвенный, но вполне ясный намёк на приёмы, прямо противоположные тем, в которых упрекали Теософское общество. Враждебность последнего проявилась явно чуть позже, в контексте проекта основания членами ГБЛ своего рода сельскохозяйственной колонии в Америке; г-жа Блаватская нашла в этом удобный случай отомстить за исключение, жертвой которого она была, и повела дело так, что добилась запрета на въезд в США генерального секретаря ордена, Т. Г. Бургойна. Только Питер Дэвидсон, носивший титул «Великий Мастер провинции Севера», отправился со своей семьёй на поселение в Лаудсвилле, штат Джорджия, где и умер несколько лет назад3.

В июле 1887 года Питер Дэвидсон написал Барле письмо, в котором, назвав «Эзотерический буддизм» «попыткой извратить западный ум», говорил: «Истинные и подлинные Адепты не учат этим доктринам кармы и реинкарнации, выдвинутым авторами Эзотерического буддизма и других теософских сочинений… Ни в вышеназванных сочинениях, ни на страницах «Теософиста» нельзя найти, насколько мне известно, верного и эзотерического по смыслу взгляда на эти важные вопросы. Одна из главных целей ГБЛ в том, чтобы полностью раскрыть тем из братьев, кто показал себя достойным, тайну этих серьёзных вопросов… Следует также заметить, что Теософское общество не находится и никогда не находилось, с тех пор как г-жа Блаватская и полковник Олкотт прибыли в Индию, под руководством или вдохновением подлинного и реального Гималайского братства, но руководилось относящимся к буддийскому культу орденом гораздо более низкого уровня4. Я говорю вам о том, что знаю и что почерпнул из бесспорного источника; но если у вас есть какие-либо сомнения в моих утверждениях, у г-на Александра из Корфу есть какое-то количество писем г-жи Блаватской, в некоторых из которых она ясно сознаётся в том, что я вам сообщаю». Год спустя Питер Дэвидсон написал в другом письме эту несколько загадочную фразу: «Истинные Адепты и подлинные Махатмы подобны двум полюсам магнита, хотя многие Махатмы, безусловно, являются членами нашего Ордена; но они являют себя как Махатмы лишь по весьма важным причинам». Именно в этот момент, то есть около середины 1888 года, Барле покинул Теософское общество вследствие разногласий, возникших внутри парижской ветви Изида, отголоски которых можно найти в Lotus того времени.

Примерно в это же время Папюс начал организовывать мартинизм; Барле был одним из первых, к кому он обратился для создания его Верховного совета. Сперва подразумевалось, что мартинизм должен иметь целью лишь подготовку своих членов к вступлению в орден, способный дать подлинное посвящение тем, кто покажет себя способным его получить; и орден, который для этого имелся в виду, был не чем иным, как ГБЛ, официальным представителем которого во Франции стал Барле. Вот почему в 1891 году Папюс писал: «Поистине оккультные общества всё же существуют и сохраняют полноту традиции; я ссылаюсь на одного из мудрейших среди западных адептов, который учил меня практике, на Питера Дэвидсона»5. Однако этот проект не удался, и пришлось довольствоваться в качестве высшего центра мартинизма Каббалистическим орденом Розы-Креста, основанным Станисласом де Гуайтой. Барле также состоял членом Верховного совета этого ордена, и, когда в 1896 году Гуайта скончался, был назначен ему преемником на посту Великого мастера; но, получив этот титул, он никогда действительно не исполнял связанных с ним функций. В самом деле, после кончины своего основателя орден более не проводил регулярных собраний, а позже, когда Папюс на мгновение задумался о его возрождении, Барле, который к тому времени уже не посещал никаких оккультистских объединений, заявил, что совершенно к этому не причастен; он полагал, и, несомненно, справедливо, что подобные попытки, не опирающиеся ни на какое прочное основание, могли привести лишь к новым неудачам.

Мы не будем говорить о нескольких более или менее эфемерных организациях, к которым Барле присоединялся, быть может, излишне легко; его великая искренность, его по существу честный и доверчивый характер не позволяли ему в этих обстоятельствах разглядеть, что некоторые люди искали лишь возможности сослаться на его иня как на показатель «респектабельности». В конце концов этот печальный опыт всё же сделал его более осторожным и сильно усомниться в пользе всех объединений, которые под инициатическими притязаниями не скрывают почти никакого подлинного знания и служат лишь предлогом для того, чтобы носить более или менее пышные титулы; он постиг тщетность всех этих внешних форм, которых поистине инициатические организации полностью лишены. За несколько месяцев до своей смерти, рассказывая нам о новом, якобы розенкрейцерском обществе, пришедшем из Америки, в которое его приглашали вступить, он сказал нам, что не станет иметь с ним ничего общего, поскольку был совершенно убеждён, как и мы сами, что истинные розенкрейцеры никогда не основывали никаких обществ. Мы остановимся на этом заключении, к которому он пришёл в итоге столь долгих поисков и которое должно было бы заставить серьёзно задуматься немалое число наших современников, если они пожелают, как гласили учения ГБЛ, «научиться распознавать огромную разницу между незамутнённой истиной и истиной мнимой», между подлинным посвящением и его бесчисленными подделками.

  1. А. Эта статья была позже опубликована в книге «Статьи и рецензии. Том 1» (2002) под тем же заголовком. Русский перевод также публиковался в книге «Герметическое братство Луксора. Инициатические и исторические документы ордена практического оккультизма», Джослин Годвин, Кристиан Шанель, Джон П. Девени, 2026. Кроме того, она была перепечатана в журнале «Исследования Традиции» в номере за январь-март 1985.⁠ ↑
  2. * Опубликовано в номере журнала «Вуаль Исиды» за апрель 1925 г. [Прим. ред.]⁠ ↑
  3. 1. Герметическое братство Луксора. Существовало также Hermetic Brotherhood of Light, или «Герметическое братство Света», которое, судя по всему, было диссидентской и соперничающей ветвью. Можно, кроме того, заметить, что слово Luxor также означает «свет», причём вдвойне, поскольку оно составлено из двух слов (Lux-Or), имеющих это же значение на латыни и на иврите соответственно.⁠ ↑
  4. 2. Эти периоды — те самые, о которых идёт речь в «Трактате о вторичных причинах» Тритемия, объяснение которого составляло часть учений ГБЛ⁠ ↑
  5. 3. После того как ГБЛ перешло в спящее состояние, Питер Дэвидсон основал новую организацию под названием Орден Креста и Змея. Другой же из внешних вождей ГБЛ, со своей стороны, встал во главе движения совершенно иного характера, в которое был также вовлечён Барле, но сейчас речь не о нём.⁠ ↑
  6. 4. Имеется в виду организация, руководителем которой был преподобный Х. Суманагала, глава Vidyodaya Pirivena в Коломбо.⁠ ↑
  7. 5. Traité méthodique de Science occulte, с. 1039.⁠ ↑

Поиск

Если вы хотите стать патроном, чтобы
перевод этого текста появился в корпусе раньше —
свяжитесь с редактором по почте
или через Telegram.

Предложить правку